До мозга костей

– Думаю, Рейес тоже была недовольна? – Пальцы Ниты скользнули по телефону Рейес.
– Понятия не имею. Она ничего не сказала.
– Хм, – протянула Нита, прислоняясь к стене. – Он похож на того, кто носит с собой наличные?
Ковит склонил голову набок.
– Не знаю. Я тогда не думал об этом.
– А сейчас?
– Кто знает? – пожал плечами Ковит. – Однако я знаю, что у него есть вещи, которые сегодня продавались на рынке. Полагаю, они были оплачены наличными. Скорее всего, у него где-то есть деньги.
  
Нита резко кивнула.
– И мы их найдем.
Ковит молчал и довольно долго смотрел на нее.
– Мы? – наконец спросил он.
– Да. – Нита посмотрела ему в глаза. – Нам нужны деньги на взятки. Мы пойдем туда и заберем его деньги.
– Как?
В голове Ниты зазвучали крики Миреллы. Не те, которые она издавала во время пыток Ковита, а те крики чистой ярости, когда она сопротивлялась охранникам, пытавшимся увести ее, чтобы выколоть ей глаз.
Нита подняла подбородок и встретилась глазами с Ковитом.
– Ты проведешь для него тот сеанс пыток, которого он хотел.
  
Глава 29
 
Когда они направились к дому Боулдера, уже почти стемнело. Так же, как и дом Рейес, его жилище было немного удалено от рынка и находилось в лесу. Ковит сказал: Боулдер может заметить свет от включенного на их телефоне фонаря. Учитывая то, что Нита и Ковит не знали, сколько у Боулдера охранников, осторожность была как нельзя кстати.
Однако продвижение по сомнительной тропе в темном тропическом лесу безопасным назвать никак нельзя.
Нита потратила десять минут, пытаясь увеличить концентрацию палочек в глазах, чтобы лучше поглощать свет. Она подумывала о том, чтобы попробовать создать на сетчатке тапетум [13], как у хищников с ночным зрением, но это опасное действие требовало повышенного внимания к деталям и практически исключало право на ошибку. Поэтому она продолжила увеличивать количество палочек.
Открыв глаза, Нита увидела, что, несмотря на темноту, мир стал намного яснее и отчетливее, чем прежде, хоть и окрасился в оттенки серого. Она моргнула несколько раз, привыкая к новому зрению.
Они крались по лесу. Нита шла первой и держала Ковита за руку. Ночью было не так жарко. Рука Ковита оказалась теплой, а его хватка – легкой, почти неощутимой, словно он был всего лишь призраком.
В другой руке Нита держала пистолет Рейес. Так, на всякий случай.
Там будут охранники, и вряд ли Ковит разберется со всеми. Нита сделает все, чтобы выбраться отсюда. Если при этом умрет какой-то властелин черного рынка, кого это волнует? Человечество обойдется без него. А охранники, которые поддерживали его? Потакатели.
«Я его убью», – прошептал голос Миреллы в голове Ниты.
Рука Ниты крепко сжимала оружие, но она знала, что не сможет воплотить желание умершей Миреллы в жизнь, – у нее был ужасный глазомер. Когда она выберется отсюда, нужно будет поработать над этим. Возможно, взять уроки стрельбы.
Они вышли из леса на поляну, на которой стоял небольшой дом – более продуманный, чем дом Рейес, и по сравнению с ее же домом выглядел жилым. Стены были отделаны, сквозь окна пробивался свет, а до ушей Ниты и Ковита доносился смех.
Она кивнула своему спутнику, и они подошли ближе. Ковит остановился, склонил голову и прошептал:
– В здании пять человек.
– Откуда ты знаешь?
– Боль. Всем всегда больно. Содранный заусенец, боль в суставах, пережатый позвонок – неважно. Каждый человек хотя бы раз в минуту испытывает какую-то боль.
Ните стало любопытно. Она никогда не задумывалась, но то утверждение, что люди всегда испытывают какую-то боль, имело смысл. Интересно, ее боль невидима для Ковита прямо сейчас?
– Ты можешь все это чувствовать? – спросила Нита.
– Да.
Она кивнула.
– Хорошо. Как будем действовать дальше?
Ковит выкинул лезвие раскладного ножа.
– Они разделены. Трое в одной комнате, двое – в другой. Предлагаю вместе идти к троим и прикончить их, прежде чем они поймут, что происходит. А затем, когда двое других ворвутся в комнату, мы будем готовы.
– Трое против двоих – шансы невелики. А если мы начнем шуметь и выманим кого-то одного на улицу?
Ковит покачал головой.
– Я не думаю, что они настолько глупы, чтобы повестись на это. Они выбегут толпой. Неожиданность – наша лучшая стратегия.
«Только что тебе не давало покоя убийство Рейес, а сейчас ты планируешь “прикончить” людей? До чего ты докатилась?»
«Ох, да заткнись ты».
– Ладно. – Нита подняла пистолет. – Ты первый.
– Постарайся не стрелять в Боулдера, иначе у нас возникнет та же проблема, что и с Рейес. Я уверен, что она спрятала деньги где-то у себя в доме, но черта с два мы найдем их без ее помощи.
Верно. Убийство Боулдера – плохой вариант. Ковит должен сначала вытянуть из него деньги.
Однако, как только это будет сделано, Боулдера можно убить. По крайней мере, в память о Мирелле.
Ковит с Нитой перешли на другую сторону дома, к занавешенному окну. Он разрезал ножом москитную сетку и забрался внутрь. В комнате, которую они выбрали, было темно, и Нита радовалась, что у нее есть Ковит, который всегда знает, где находятся люди в здании.
Она пролезла в окно и спрыгнула на плюшевый ковер. Под ее весом заскрипели половицы.
Ковит двигался бесшумно. Интересно, как он это делает? Она должна попросить его научить ее. Похоже, это полезный навык.
Ковит подошел к двери комнаты. Нита слышала приглушенные голоса, говорили по-английски. Ковит посмотрел на Ниту, указал на дверь и поднял три пальца, в ответ Нита подняла пистолет.
Ковит пинком открыл дверь.
В комнате за столом сидели трое мужчин и играли в карты, потягивая алкогольные напитки. Все они были одеты в пропотевшие белые майки и камуфляжные штаны, а на ремнях у них висело несколько видов оружия. Боулдера среди них не оказалось. Все трое удивились, их рты открылись.
Сколько времени прошло с тех пор, как кто-нибудь пытался убить Боулдера в его собственном доме? Когда тебя начинают бояться, страх действует как сдерживающий фактор. Чужой страх сделал Боулдера слишком самоуверенным. Скоро он об этом пожалеет.
Нита крепче сжала пистолет, прицелилась в охранника, который тянулся к своему оружию, выстрелила. И промахнулась. В отличие от Ковита. Двигаясь со скоростью и ловкостью каскадера из фильма про боевые искусства, он пересек комнату и начал наносить удары. Его вездесущий нож перемещался от одного к другому, оставляя за собой только кровь и упавшие тела.
Двоих Ковит уложил на пол в считаные секунды, но третий поднял пистолет. Нита спустила курок первой. Теперь уже три раза, для верности.
На этот раз все три выстрела попали в цель. Хоть и не в лучшие места. Одна пуля угодила в руку, другая – в плечо, а третья – в бедро, но мужчина все равно повалился на пол, вопя от боли. Ковит выставил ногу и отбросил выпавшее из рук охранника оружие.
В следующий миг дверь на другой стороне комнаты распахнулась, впуская еще двоих мужчин, прибежавших на звуки выстрелов. Один, как и первые трое, был в майке и камуфляжных штанах. Другой был в белой рубашке на пуговицах с закатанными рукавами и брюках и держал в руках настоящую большую пушку. Базуку? Пулемет?
Ну конечно, Боулдер притащил огромную пушку. Просто замечательно.
Нита выстрелила в последнего охранника, а Ковит ринулся вперед. Не обращая внимания на устрашающую позу и гигантское оружие, он приставил нож к горлу Боулдера, даже не дав тому прицелиться. Руки Боулдера сжимали пушку, но с ножом у горла вся эта огневая мощь была бесполезна.
  
– Брось оружие, пожалуйста, – прошипел Ковит. Уголок его рта искривился в безумной улыбке, на лице проступило едва сдерживаемое возбуждение.
Валяющиеся на полу охранники стонали. Все, кроме одного, были еще живы, однако все они получили тяжелые ранения. Ковит дрожал от удовольствия, и рука, сжимавшая нож у горла Боулдера, тоже слегка подрагивала. Из небольшого пореза на шее Боулдера вытекала тоненькая струйка крови.