Тамия. Алая княгиня Призрачной пустоши (СИ)

Фабиан Керро
Молодой князь Керро был в ярости. Он метался по пространству гостевой спальни и безуспешно пытался успокоиться.
Выходило скверно. У мужчины буквально чесались руки чтобы пойти и придушить бывшую любовницу, которая так его опозорила. Устроила просто безобразную истерику, услышав своё наказание за участие в нападении на Тамию. Обвинила Верховного Князя государства вампиров в жестокости, окружающих в чёрствости, и принялась требовать от него, Фабиана, защитить её поруганную честь. Ужас просто!
Мужчина едва со стыда не сгорел, увидев, как на него после криков Кайниры посмотрели стражи Дарт’Сулай, Светлейший и жена. Недоумение, жалость, насмешка — стали лишь той малостью, что Фабиану удалось различить в их глазах. И он не выдержал. Сбежал из трапезного зала к себе в комнату, откуда теперь боялся выйти. Осознание, что стал посмешищем, давило на наследника основателя военного форта на границе с Призрачной пустошью. И он совершенно не представлял, что ему теперь делать. Как вернуть уважение? Да над ним наверняка сейчас даже слуги смеются: обсуждая его позор.
Подойдя к окну, лорд уставился в него невидящим взглядом и глубоко задумался. Принялся прокручивать в голове способы возвращения своей репутации, которую основательно подмочила бывшая любовница. Но единственное, до чего смог додуматься, так это попросить о помощи Тамию.
Ей нужен развод? Фабиан даст оный девчонке. И даже назначит содержание. Скромное, разумеется, ибо незачем баловать чужую, по сути, женщину. Но самое главное, он отдаст Тамии эту проклятую крепость в богами забытой дыре. Раз уж ей хорошо тут живётся, так пусть и следит за Дарт’Сулай дальше. А взамен… взамен она должна будет помочь обелить его имя. Съездит с ним в столицу, где они оформят все нужные бумаги на передачу военного форта в собственность смертной, а заодно Тамия поведает нескольким местным сплетницам заранее придуманную сказочку. Что с мужем у неё не сложилось, и тот благородно решил дать ей свободу, чтобы она могла обрести своё женское счастье с кем-то другим. И даже крепость, преподнесённую в качестве свадебного подарка, оставил в собственности. Хотя та являлась его наследством и памятью о трагически погибшем отце.
«Хорошо звучит! — пробормотал себе под нос Фабиан. — Всяко лучше моего прежнего плана остаться в браке с Тамией».
После разговора, что состоялся у них сегодня, и разбитого по вине жены лба, аристократ осознал, что их союз станет для него кошмаром. Он хотел узнать получше свою «новую» жену, и это знание Фабиану пришлось совершенно не по душе.
За время романа с Кайнирой он привык к совсем иному. Что сколько бы не капризничала, не взбрыкивала и не показывала свой характер, эта вампирша видела в нём мужчину. Прежняя Тамия боялась. А эта «новая» супруга, кажется, вообще ни во что его ни ставила.
Фабиан скривился, вспомнив, как та на него смотрела во время их разговора. Брезгливость, досада, раздражение… Не-ет. Такая женщина рядом ему точно не нужна. Лучше расстаться с Тамией и подыскать себе кого-нибудь в столице. Можно не такую красивую, как Кайнира, но зато с более покладистым характером и разумными запросами.
На последней мысли князь Керро кивнул самому себе, одобряя придуманный план действий. Посмотрел в окно более осмысленно, и снова испытал досаду, увидев за стеклом тьму. Пока он думал, прошло немало времени и идти с разговором к Тамии стало поздно. Придётся отложить его до завтра.
Вздохнув, мужчина подошёл к висящему на стене шнурку, дернул за него, вызывая прислугу, и завалился, не снимая обуви, на кровать. Прямо поверх покрывала. Откинулся на подушки, заложив руки за голову, и принялся перебирать в голове свободных аристократок-вампирш, которых видел на балах в Элисте. Воображал, насколько будет увлекателен процесс охоты на новую любовницу.
Но вот чего Фабиан представить не мог, так это того, что совсем скоро будет мечтать совсем о другом. О том, чтобы выжить.
 Глава 60 
Глава 60
 
За завесой…
Селестиан. Дамай народа коари
Лазарет дворца встретил молодого правителя народа коари тишиной и запахами лекарственных средств. А главный целитель, нашедшийся в своём кабинете, крайне озадаченным видом.
Однако стоило Селестиану перешагнуть порог помещения, как мужчина согнал это выражение со своего лица и поднялся из-за стола со словами:
— Дамай Селестиан, моё почтение! Вы пришли узнать о самочувствии тео Дейтона?
— Да, тео Бардин, — подтвердил мужчина, чуть склонив голову в ответном приветствии. — Очень надеюсь услышать от вас что-нибудь обнадёживающее. Гэйро не просто мой верный соратник, но и друг. Мне будет очень горестно потерять его.
— Не потеряете, дамай, — качнул головой коариец. — Ваш друг определённо родился под счастливой звездой. Губительная аура Бездушного задела его лишь по касательной, а родовая защита, коей служил носимый им отцовский перстень, практически полностью погасила воздействие опасной сущности.
— Практически? — переспросил молодой правитель, чувствуя, что дальнейшие слова ему не понравятся.
И не ошибся. Лицо собеседника сделалось нечитаемым, а затем он произнёс:
— То, что я расскажу вам сейчас, является сугубо моим личным мнением, которое основано на многолетнем наблюдении за жертвами Бездушных. Мы мало знакомы с последними, несмотря на то что имеем дело с этими тварями уже давно, однако я считаю, Бездушный Бездушному рознь.
— Поясните, пожалуйста, свою мысль, тео Бардин, — нахмурился младший наследник рода Линнуа. — Потому что я лично не понимаю о чём идёт речь.
— О методах воздействия Бездушных, дамай. О том, как именно они превращают нас в себе подобных.
— И как же?
— Двумя способами. Первые, бывшие в прошлом магически одарёнными, замораживают душу своей жертвы, лишая её тем самым возможности чувствовать. В то время как вторые, являющиеся магическими пустышками — иссушают её. Конечный результат в итоге действий тех и других одинаков — рождается новый Бездушный, но…
— Но?
— Но в первом случае, как кажется лично мне, у пострадавших существует небольшой шанс на спасение. Вернее, мог бы быть, если бы нашёлся способ снять те самые ледяные оковы. И если вернуться к разговору о тео Дейтоне, ему довелось пострадать от Бездушного принадлежащего к первому виду. Он здоров физически, сохранил способность чувствовать, однако яркость испытываемых им эмоций теперь будет не настолько сильной, как раньше. Поэтому не удивляйтесь, если при общении ваш гэйро станет проявлять некоторое… равнодушие и холодность.
— Понятно, — помрачнел, осмыслив услышанное, Селестиан. — Я могу с ним увидеться и поговорить? Когда вы вообще планируете отпустить этого тео из лазарета, если он, как вы недавно выразились, здоров?
— Когда? — задумался с ответом целитель. — Пока не знаю. Мне хотелось бы подольше за ним понаблюдать. Провести некоторые исследования. Но это только при условии, что вы не против, дамай.
— Я против, — нахмурился младший наследник рода Линнуа. — На тео Дейтоне лежит слишком много обязанностей государственной важности, с которыми, лучше него, не справиться никто. Выберете себе кого-то другого для наблюдений, тео Бардин. Насколько мне известно, не только мой верный гэйро имел несчастье столкнуться с Бездушным.
— Всё так, дамай Селестиан. Однако лишь одному ему удалось сохранить свою душу. Изменения коснулись её лишь краем, в то время как у других дела обстоят куда хуже.
— Понимаю. Вот только всё равно буду настаивать на том, чтобы вы отпустили тео Дейтона.
— Хорошо, — вздохнул целитель. — Идите за мной, пожалуйста. Я провожу вас к нему.
Молодой правитель народа коари кивнул, и как только собеседник двинулся с места направился следом за ним.
Прошёл через просторную залу, где стояли разделённые ширмами кровати, и увидел двери, на которых переливалась зелёным вязь из символов, блокирующих их открытие с другой стороны.