Пьяная боль

— Прости, — снова шепчу ей в губы и подхватываю податливое тело на руки. — Прости, малыш.
— Заткнись, — почти неосмысленно отвечает она и льнет ко мне всем телом.
Кожа к коже. Запредельно тесно и горячо. До дрожи в ногах. До мурашек, проносящихся разрядом тока по всей моей сущности.
Утопая в захлестывающих эмоциях, оказываюсь не в силах удержать равновесие и падаю вместе с Полиной на пол прихожей. Опираясь ладонями о ковровое покрытие по сторонам от ее головы. Нависаю над ней, наслаждаясь жадностью в заволоченных туманом желания светлых глазах.
Полли требовательно тянет меня на себя. Неосознанно трется о давно уже твердый член, почти умоляя оказаться в ней.
Как же я хочу того же, малыш. Каждая клеточка тела требует твоего обволакивающего тепла, твоей особой близости.
Упираюсь головкой к влажному, разгоряченному лону и неторопливо вхожу. Медленно заполняю ее до самого основания и ловлю каждый тихий всхлип, что срывается со сладких губ.
— Больно?
— Немного, — отвечает она, забываясь в ощущениях. — Не останавливайся.
Продолжаю движения, плавным ритмом вознося нас на вершину удовольствия.
Хрупкое, стройное тело извивается подо мной в сладкой истоме. Малышка заглушает стоны, кусая меня в плечо.
Точно останутся следы.
Плевать. Пусть хоть клеймо на мне ставит, я против не буду.
Волна наслаждения захлестывает внезапно. С головой уносит меня в водоворот чувств. Оглушая шумом кипящей крови, разносящейся по венам.
В последний момент выхожу из Полли и кончаю в сторону, чтобы снова не ставить нас в сложное положение. Не обрекать нас на новые глупости и не толкать на необдуманные шаги.
— Я скучал, — выдыхаю я, целуя расслабленную девушку в плоский живот.
— Я заметила, — коротко усмехается она, мечтательно глядя в потолок. — Мама тебя убьёт за этот ковер.
— Скажем, что я разлил йогурт.
— Ага, яичный, — смеется Полина и запускает пальцы в мои волосы. — Я тоже скучала.
Невесомыми поцелуями осыпаю ее тело, приближаясь к губам. Впечатываюсь в ее рот долгим, дурманящим поцелуем и отстраняюсь.
— То слово, — напоминаю ей. — Что это за слово? Хоть намекни.
— Ты его только что произнес сотню раз, — светлые глаза смотрят укоризненно. — Мог бы и раньше догадаться.
Хмурю брови, пытаясь сообразить, какое из сказанных мною слов оказалось тем самым.
— Прости? — спрашиваю робко, на что она коротко кивает. — Но, я же говорил…
— Нет, Денис. Ты говорил кучу разных слов, но самое нужное из них так и не сообразил сказать.И не просто сказать, а действительно осознать.
— Идиот, — утыкаюсь лицом в изгиб ее шеи.
— Я предпочитаю называть тебя балбесом.
 Эпилог 
— А где девчонки? — спрашиваю у Дениса, когда он пробегает мимо меня, стащив с тарелки кусочек колбасы.
— С батей в доме, — указывает он большим пальцем себе за плечо на особняк. — Он им водяные пистолетики водой наполняет.
— Опять? — поднимаю брови. — Мы же с Даше й буквально только что их переодели в сухие вещи.
— Ну, а я что? — разводит он руками. — Внучки хотят играть с дедом. Пусть резвятся.
— А ты, нудист, далеко собрался? — указываю взглядом на его оголенный торс, снова засмотревшись на татуировку в виде огромной лапы медведя на левой груди.
— До Жорика доебаться, — ехидно улыбаясь, отвечает мой не взрослеющий муж.
— Отстань от мужика, — закатываю глаза и бросаю взгляд туда, где над мангалом колдует сам Жора. Каменное лицо мужчины не выдает никаких эмоций, но очевидно, что веселья в нем мало. — Что у него, кстати, случилось? Не говорит?
— А что тут говорить? — деловито спрашивает Денис и хватает еще один кусочек колбасы с тарелки и отправляет его в рот. — Рыжая бестия опять лохматую бороду потрепала.
— Варя? — не сдерживаю я смеха. — Ну, тогда понятно и так ему и надо, значит.
— Вот видишь?! — укоризненно тычет он в меня пальцем, за что я шлепаю его по руке. — Никто не сможет утешить Жорика так как я.
— Слышь, утешитель, — толкаю его в бок и передаю тарелку проходящей мимо нас Даше, которая, видимо, ходила в особняк, чтобы проведать наших дочерей. — Ты бы так женой занимался, как Жориком.
 
— Полчаса назад я тобой и занимался в нашей комнате. Уж поверь мне, так Жориком я точно не занимаюсь, — вполголоса напоминает Денис, обняв меня за талию. — Или ты уже забыла?
— Ну-у, я же блондинка. Сам понимаешь, память так себе. Думаю, еще через полчасика нужно будет напомнить.
— Мой будильник почти завелся и готов напомнить хоть сейчас.
— Воу, полегче! — смеюсь я прижимаю пальцы к его губам и он их незамедлительно целует. — Веди себя как Арчи с Дашей. Смотри, какие она классные. Он на нее как на богиню смотрит.
Денис поворачивает голову и смотрит в том же направлении, что и я.
В тени высокого раскидистого дерева стоит Даша. Черные длинные волосы ласкает ветер, пока она делает овощную нарезку к скорому шашлыку, который нам всем пообещал Жорик. Девушка увлечена процессом незатейливой готовки и даже не замечает, с каким обожанием на нее смотрит ее муж Арчи.
Мужчина прислонился спиной к стволу дерева и, кажется, не замечает ничего вокруг, кроме нее. Он поглощен ею.
Лично меня всегда пугает его взгляд. Он слишком холодный, царапающий и долго выдержать его невозможно. Но специально для Даши и дочери Поси в его арсенале имеется вот этот особенный теплый взгляд, которого удостаиваются только они.
Легкий порыв прохладного вечернего ветра проносится по полянке близ дома. Девушка едва заметно вздрогнула от внезапного холода, и это не осталось без внимания ее мужа.
Подобно тени он отошел от дерева и приблизился к одному из шезлонгов, с которого взял плед. Расправив его, накинул девушке на плечи и получил в ответ благодарную улыбку и легкий, почти невесомый поцелуй в губы.
Едва Арчи решил отойти от Даши и вернуться к исходной позиции, как она поймала его за руку и что-то произнесла, глядя прямо в его светлые глаза.
Мужчина неожиданно тепло улыбнулся и встал позади нее, обняв девушку за талию поверх накинутого пледа. Положил голову ей на плечо, и она прислонилась щекой к его щеке, при этом о чем-то рассказывая и продолжая процесс нарезки овощей.
— Я тоже на тебя как на богиню смотрю, — сжал меня в своих руках Денис.
— Да?! — спросила я, иронично изогнув брови. — И богиня чего я в твоем видении?
— Богиня… — задумался он, почесывая щетинистый подбородок. — Богиня вагины.
— Фу на тебя! — шлепаю его по плечам и морщу нос. — Лучше бы не спрашивала.
— А что? — деланно возмущается Денис. — Такая богиня может быть только одна. А ты в моей жизни единственная богиня и ваг…
Накрываю его рот ладонью раньше, чем он успевает договорить.
— Достаточно, — усмехаюсь я. — Я верю, что когда-нибудь настанет тот счастливый день, когда ты научишься делать нормальные комплименты своей жене.
— Этот день точно не сегодня, — высвобождает он свои губы и нежно целует меня в ладонь.
— Это я поняла еще утром.
— Тогда, может, пососёмся? — приближает он ко мне свою хитрую морду.
— Куда ж я теперь от тебя денусь?
Конец!