Пьяная боль

Без раздумий разбила пустую бутылку о край столешницы гарнитура и прижала оставшееся в руке горлышко с заостренными краями к его жирной шее. Если не знать, что между головой и плечами находится шея, то её можно было бы и не заметить.
— Вон из моей квартиры, — мой голос был максимально ровным, тон холодным и не терпящим возражений.
Мужик понял, что со мной шутки плохи и, подняв руки, сделал несколько шагов назад, пока не наткнулся задницей на стол.
— Пойдем отсюда, — опомнился второй мужик. — Ебанутая какая-то приперлась.
Мать за все это время не проронила ни слова, молча созерцая поверхность стола прямо перед собой. Так было всегда на протяжении уже более семи лет: она создает проблему — я её решаю, потому что иначе не только её жизнь, но и моя собственная окажется под угрозой.
Я — сирота. Да, моя мать, по факту, жива. Она дышит, ест, разговаривает и иногда очень даже здраво мыслит. Но семь лет назад, когда умер мой отец, вместе с ним умерла и она, оставив вместо себя одну лишь свою оболочку. То тепло, любовь и нежность, что были в ней когда-то, ушли вместе с отцом в могилу. Осталась лишь плоть, которую не волнует ровным счетом ничего, кроме того как бы снова напиться и забыться. Алкоголь, сомнительные мужчины, полное пренебрежение к себе и, тем более, ко мне — это то, с чем мне приходится бороться ежедневно. И эффективнее всего выходит бороться, когда противник уверен в том, что я психически нестабильна и не отвечаю за свои поступки. Хотя, на самом деле, внутри меня клокочет страх, который я не имею права показать, чтобы не быть слабой в глазах всех этих уродов.
Входная дверь за очередными ухажерами захлопнулась. Наконец, я смогла спокойно выдохнуть и опустить руку с зажатым в ней горлышком разбитой бутылки. Повернулась к столу, за которым сидела мать. Её клонило в сон, что значило, лишь одно — она пила с самого утра и дошла до той кондиции, когда у неё не осталось сил, ровным счетом, ни для чего. Будь в ней на пол литра меньше, она бы уже бросилась на меня, пытаясь выцарапать мне глаза и вырвать клок волос.
— Иди в свою комнату, — сказала я ей и выбросила осколок в мусорное ведро под раковиной.
— Угу, — выдавила она из себя и осталась недвижима.
Ясно. Склонилась к ней и закинула её руку себе на плечо. Придерживая за хрупкую талию, отвела мать в её комнату и уложила в постель, накрыв сверху одеялом. Вернулась в кухню, оглядела масштаб трагедии и принялась за уборку.
Для начала открыла кухонное окно нараспашку, чтобы избавиться от этой вони, от которой уже начинало тошнить. Выкинула «угощения», состоящие из консервов, огрызков колбасы и хлеба в мусорное ведро, в которое ранее собрала осколки бутылки. Помыла посуду, протерла все поверхности, к которым могли прикасаться те мужчины, влажной тряпкой.
Заглянула в холодильник и поняла, что напрочь расхотела есть. Запахи, царящие в квартире, отбивали любой аппетит на несколько дней.
Убедилась в том, что входная дверь закрыта на ключ изнутри, приняла душ и, наконец, позволила себе расслабиться на диванчике в своей комнате. Никогда не любила кровати, не знаю, почему. Но как только заработала свои первые деньги, сразу купила в свою комнату небольшой диванчик, на спинке которого в ряд составила плюшевые игрушки, что мне когда-то дарил папа. Окинула их взглядом и поняла, что их порядок нарушен. Не то, чтобы я являлась педантом и помнила какое место занимала каждая из них, но то, что они стояли не так, как я их оставила еще утром, заметила сразу.
Сердце тут же начало бить отбойным молотком по вискам. Я знала, что это значит и мне это совершенно не нравилось. Мать снова рылась в моей комнате в поисках денег. Такое случалось крайне редко, но всё же происходило.  В одном из плюшевых медвежат были спрятаны деньги, которые я откладывала, чтобы оплатить учебу. Взяла того самого медвежонка и достала из вшитого кармашка свернутые купюры, уже наощупь поняв, что их было меньше, чем я оставляла.
Пересчитала и убедилась в том, что не достает двенадцати тысяч. Класс. Судя по всему, сегодняшний банкет матери состоялся за мой счет.
 
Сегодня четверг, последний срок оплаты — понедельник. Найти такую сумму за три дня нереально. Просить снова отсрочки платежа не имеет смысла, так как мне уже дважды шли на уступки и третий раз за два месяца вряд ли сделают это снова.
Лежа на спине, созерцала потолок, прикидывая варианты того, где можно заработать двенадцать тысяч за выходные. Работа в торговом центре, дополнительные смены в кафе и подработка на вещевом рынке — прощай сон, аппетит и здоровье. Но другого выхода я не имела. Занимать деньги никогда не было моим вариантом, так как нести ответственность за чужие деньги было вдвойне сложнее, чем заработать собственные.
От сложных мыслей меня отвлек телефонный звонок. Достала мобильник из-под подушки и тяжело вздохнула, увидев имя звонящего.
Алёна — моя одногруппница и хорошая знакомая, которая имела довольно обеспеченную семью, но всё равно работала, за что и получила когда-то моё уважение. Даже не смотря на свою занятость, она любила тусовки и постоянно пыталась затащить на одну из них меня, что у неё еще ни разу не получилось, но она всё равно не прекращала предпринимать попыток скрасить мой досуг.
— Да, Алён? — ответила я на звонок, прижав телефон к уху.
— Поль, выручай! — взмолилась та.
— Что случилось?
— Выйди завтра за меня на смену в клубе, — пропищала Алена тоненьким голоском. — Мне нельзя потерять это место.
— И как ты себе это представляешь?
— Я предупредила девчонок, — начала та тараторить, чтобы я не успела возразить. — Сейчас идет неделя диско. Все официантки в костюмах и париках, так что никто ничего не заподозрит. Обслужишь столики, соберешь чаевые и спокойно отвалишь домой.
— А ты почему не можешь завтра сама выйти?
— Я тут у бабули застряла в деревне. Смогу выехать только в субботу утром и то неточно. Так что выручай, подруга. Тысяч пять чаевых точно заработаешь, а то и десять. Пятница же, сама понимаешь, — хлебный день.
Вздохнула и проследила взглядом трещинку в потолке. Если бы в моей копилке хватало денег для оплаты учебы, то я не раздумывая, отказалась бы от этого предложения. Я знала, в каком клубе работает Алена, какой контингент там отдыхает и какие слухи крутятся вокруг него. Азартные игры, проституция, подпольные бои — это лишь малая часть того, что я о нем слышала. Это то место, от которого следует держаться подальше и дальше не ступать на ту улицу, где находится это заведение.
Но сегодня у меня нет выбора и, если я хочу сохранить свое место учебы и надежду на лучшее будущее, то мне придется наступить себе на горло и убить инстинкт самосохранения, чтобы заработать нужную мне сумму.
— Хорошо, — выдохнула я прикрыла глаза ладонью. — Первый и последний раз.
— Спасибо! Спасибо! Спасибо! — заверещала Алёнка, оглушая меня своим писком. — Клуб Joker, начало смены в восемь вечера. Не опаздывай.
 Глава 3 
— Так, Алёна. В двух словах опиши мне, где находится костюм и какие столики я должна обслужить?
Быстрыми шагами, временами переходя на бег, добиралась до клуба, боясь опоздать. До начала смены меньше двадцати минут, а я ещё даже не пересекла порог заведения.
— Ты что, еще не в клубе? — раздражение и страх в голосе Алены заставили меня закатить глаза. Мне и своих нервяков хватало выше головы, да и времени слушать чужие у меня не было.
— Пары и работу в кафе никто на сегодня не отменял. Представляешь?
— Ладно, поняла. Не обижайся только.
— Не собиралась, — неоновая вывеска клуба уже показалась на горизонте. — Ну, так что? Костюм, столики?
— Насчет столиков не знаю, тебя админка поставит. Сегодня, скорее всего, пару випов перепадет, поэтому чаевых нагребешь нормально. А костюм… Ты уже подходишь к клубу?
— Да, метров через сто.
— Обойди здание с левой стороны, — начала выполнять роль навигатора Алёна. — Там есть служебный вход, рядом с ним, обычно один-два охранника. Я предупредила, что сегодня ты меня подменишь, дала им твою фотку, так что пропустят без проблем. Заходишь в здание и поворачиваешь в первом же коридоре налево. Потом первый поворот направо и втора дверь слева — это раздевалка. Мой шкафчик четвертый.