Не случайно (СИ)

Целую его в колючую щеку. Сердце ускоряется. Люблю этого невероятного мужчину. Сейчас понимаю, что Олька была права. Все испытания в жизни человека даются не за что-то, а для чего-то. Если бы не сложилось все так, мы бы с Максом могли и не встретиться…
Кстати, про Ольку.
— Я вчера не могла весь вечер дозвониться Ольке… — говорю взволнованно. — Сейчас рано звонить, не могу дождаться, когда уже можно будет набрать ее…
— Что могло случиться? — Макс закидывает остаток сырника в рот, жует с аппетитом, запивает чаем.
— Не знаю…
Мне не сидится на месте все утро. С трудом дожидаюсь девяти, набираю подругу, но абонент вне зоны, и я начинаю нервничать еще сильнее. Мартынов не выдерживает моих метаний и предлагает поехать к Ольге и все выяснить. Дети остаются дома с Лидией Семеновной, а мы быстро собираемся и выезжаем. Макс настоял, чтобы ехать на его машине. Да я и не против, не смогла бы сейчас сосредоточиться на дороге. Пальцы подрагивают и заледенели от волнения. Нервно перебираю ручку своего рюкзака, не в силах унять дрожь. Макс берет мою руку в свою, целует пальцы:
— Не переживай так… все нормально у нее. Ну мало ли, забыла зарядить телефон…
— Это не про Ольку, Макс. Она никогда ничего не забывает, еще и меня контролировать успевает…
Доезжаем довольно быстро, влетаем на нужный этаж. Начинаю судорожно нажимать на звонок, дыхание сбилось от волнения. Дверь долго не открывают. Я оборачиваюсь к Максу, хочу снова позвонить в дверь, но раздается звук поворота ключа…
На пороге стоит…сонный Василий!
— Ой, — он явно растерян, смотрит то на меня, то на Макса.
— И тебе доброе утро, — ухмыляется Макс, берет меня за руку. — Я же говорил тебе, что все нормально, Поль.
Оглядываю Василия. Он явно только встал с кровати. Стоит в одних спортивных штанах. Ну и здоровяк же он!
— Вааась, кто там? — спрашивает из-за его спины моя подруга. Выдыхаю от облегчения. Василий отступает, а Олька, увидев нас, ойкает и сжимает на груди полотенце. Ее волосы мокрые после душа, глазищи блестят. Мне становится неловко. Ей Богу, у подруги тут личная жизнь, а я с ранним визитом.
— Полина не смогла тебе дозвониться, — поясняет Мартынов, а я так и стою с приоткрытым ртом и слова вымолвить не могу.
— Я вчера телефон уронила, и он не включился больше, — говорит Ольга и, спохватившись, говорит: — Ну что мы в коридоре топчемся, проходите в кухню. Я быстро приведу себя в порядок… — Оля убегает в комнату. Улыбаюсь, иду за ней. Мужчины проходят в кухню, откуда пахнет свежесваренным кофе.
— Извини, матрех, — говорю я. — Помешали вам, приехали в такую рань…
— Ох, Поль, я тебе такоооое расскажу… — глаза Ольки горят, я ее такой еще не видела.
— Я очень на это надеюсь, — смеюсь, и подруга рассказывает мне свою историю с самого начала.
ОЛЬГА
— Ну, Поль, как мы познакомились с Василием, ты знаешь, — начинаю я, глядя, как Поля от нетерпения начинает ерзать. Она кивает. — Так вот, в тот день, когда я ему раны обрабатывала… в общем, я на него наехала, что он грубиян и напугал тебя тогда на дороге. И что если еще раз он в твою сторону хоть посмотрит криво, я прикопаю его в ближайшем лесочке, и никто его не найдет. Он буравил меня своими льдистыми глазами и улыбался. А потом сказал, что перед тобой уже извинился. В общем, закрыли вопрос, я продолжаю поливать его кулачище перекисью, а он такой: «А ты замужем?». Ну я от неожиданности пузырек с перекисью и выронила… Опустилась поднимать, и Василий тоже наклонился… Как в дурацкой комедии, встретились лбами, расхохотались… — я мечтательно закатываю глаза. — А потом он меня поцеловал. Представляешь, Поль, только узнал мое имя, и сразу поцеловал… Каков нахал! Ну я с размаха ему по щам ладошкой и дала, а он улыбается, и пальцы мои целует, говорит: «Ты это прекращай, Оль». Я выбежала из ванной, а он за мной идет, за попу меня щипает, представляешь?
Полина смеется в голос.
— Потом пошла его провожать, держу в руках телефон, жду, пока обуется. А он выхватил из рук мобильник, и говорит, какой пароль? Ну я ж не могу такие секреты выдавать, молчу гордо, отвернулась от него. «Тогда номер свой диктуй», говорит. Продиктовала, одну цифру неправильно назвала. А он возьми, и сбрось гудок. Естественно, мой мобильный молчит. От одного взгляда Василия дурно стало, сделала вид, что случайно ошиблась, назвала свой номер. Ну и завертелось… Он мне смс писал, потом на свидание позвал… В общем, мы вместе, — заканчиваю я.
 
— Об этом я догадалась, когда нам дверь открыл полуголый Василий, — смеется Полина, а я краснею.
— Никогда бы не подумала, что Василий будет таким добрым, чутким и внимательным…
— Я так рада за тебя, Олька, — говорит Полина, смотрит на меня влажными глазами.
— Поль, ты чего, плакать собралась? — говорю, чувствуя, что тоже вот-вот заплачу.
— Не знаю, что со мной происходит, Олька.
— Я смотрю, тебя можно поздравить, — смотрю на колечко, что красуется на безымянном пальце. Поля всхлипывает, говорит:
— Вчера попросил моей руки у детей, — улыбается сквозь слезы. — А калушата так обрадовались, — вновь всхлипывает. Я вместе с ней.
— А давно ты вот такая чувствительная стала, Поль? — смотрю на подругу с интересом и думаю, стоит ли ей сказать свое предположение…
— Не знаю, несколько дней…
— Поль, может, ты беременна? — выпаливаю и смотрю на реакцию подруги. Она сначала зависает, потом начинает хохотать, потом всхлипывать. Обнимаю ее, сжимаю в объятиях. — Ну ты чего, матрех… я ведь сейчас с тобой буду реветь… затопим соседей, придется им ремонт оплачивать… — пытаюсь пошутить, и мы смеемся сквозь слезы.
— Так, а как ты телефон умудрилась разбить? — вдруг вспоминает Поля.
— Ой, там вообще история… Василий меня склоняет к переезду, а я не готова пока вместе жить… поссорились вчера, я телефон с психу об пол шарахнула… Потом, правда, сразу помирились, но телефон уже не включился…
— Вот это у вас страсти… — Полина улыбается. Вроде успокоились.
— Пойдем к мужчинам, а то они, чувствую, сами к нам скоро придут.
В кухне наши мужчины сидят, беседуют, пьют кофе. Василий, видя нас, встает и по-хозяйски варит нам кофе. Полины красные глаза заставляют Максима занервничать. Наблюдаю за ними, Макс шепчет ей на ухо что-то, Поля тихонько отвечает ему. Мартынов целует ее в висок, обнимает. Ну, милота, ей Богу! Ловлю на себе взгляд Василия. Он уже успел надеть футболку, но все равно не могу отвести от него взгляд. Вот эта гора мышц и тестостерона — и вся моя! Счастье привалило!
Чуть позже решаем съездить в магазин за продуктами. Все вместе загружаемся в машину Мартынова.
— Не привычно меняться с Вами местами, босс, — говорит Василий, улыбаясь смотрит на Макса с заднего сиденья. Поля сидит рядом с Максом спереди. У всех хорошее настроение, время близится к обеду. Пока мужчины отвлеклись от нас, несут сумки в машину, мы с Полей заходим в аптеку, она покупает несколько тестов на беременность.
— Мне так страшно, Оль, — говорит подруга.
— Не переживай, матрех. Не думаю, что Мартынов будет против…
Приезжаем домой, Поля уходит в ванную комнату, а я отправляю мужчин в гостиную, а сама принимаюсь за готовку.
ПОЛИНА
Не могу успокоиться. Сердце бьется где-то в горле, мне тяжело дышать. Смотрю на три теста, на которых по две ярко-красных полоски. Господи, как же так… Совсем потеряла голову, а ведь мы ни разу не предохранялись… Хотя взрослые ведь, а мозгов… Как теперь сказать об этом Максу? Как он отреагирует? Мы ведь даже не обсуждали тему детей, я даже не знаю, хочет ли он ребенка… На глаза наворачиваются слезы.
Вздрагиваю от стука в дверь.
— Поль, ты тут? — голос Макса приглушает закрытая дверь. Мои руки трясутся от волнения, если бы можно было сейчас испариться, я бы с удовольствием это сделала.
— Да, я тут.
— Открой, пожалуйста, Поль…
Иду на негнущихся ногах к двери, поворачиваю защелку. Дверь в ту же секунду распахивается, Макс входит в тесное помещение. Мне не хватает воздуха… Паника накрывает волной, чувствую, как начинает кружиться голова… Мартынов подхватывает меня, обнимает, не дает упасть.