Короткий триллер

…Дэйв качнул головой. Он уже знал, что находилось в яме. Некое никчемное животное, купленное за ненадобностью у цирка, возможно паршивая гиена. И два к одному за то, что оно, вдобавок, предстанет лишь в виде чучела. Экая невидаль!
Капитан Райдер стянул брезент и отшвырнул его за яму. Затем взмахнул тростью.
— Итак, повелитель джунглей!
Толпа заволновалась и, поднажав, заглянула за край ямы.
И вздохнула.
Дэйв, поднажав вместе со всеми, уставился на существо, смотревшее на него со дна колодца.
Это была живая взрослая горилла.
Монстр сидел на корточках на охапке соломы; его передние лапы надежно удерживали две тяжелые цепи, укрепленные на стальных шестах. Оскалясь, он глядел вверх, на окаймляющие края ямы лица, и медленно качал огромной седой головой. Его массивные челюсти застыли в безразличной гримасе, открыв желтые клыки; выразительными казались лишь маленькие, ревматические, с красными ободками глаза — и Дэйв, никогда раньше не видевший гориллу, сразу понял, что животное болеет.
Солома на дне была влажной и в пятнах; в углу находилось помятое жестяное блюдо с сырой мешаниной из резаной моркови, окры и зелени — все это плавало в масляной пене, под облачком гудящих мясных мух. Едкий запах из ямы, поднимающийся в удушающую палаточную жару, был едва переносим. Дэйв ощутил спазм брюшных мускулов и постарался переключить внимание на капитана. Тот уже сошел с платформы, приблизился к дальнему краю ямы, и его трость опустилась вниз.
— Можете не бояться, ребята. Как видите, он совершенно безобиден — не так ли, Бобо?
Горилла захныкала и, съеживаясь на грязной соломе, пыталась избежать палочных тычков. Но цепи ограничивали движение, и трость несколько раз успела вдавиться в волосатые плечи.
— А теперь Бобо немножко попляшет для гостей, да?
Горилла снова съежилась, но палка вдавилась сильнее, а дребезжащий голос посуровел:
— Встать, Бобо, — ап!
Животное уселось на корточки и под ритм поднимающейся и падающей на плечи трости принялось раскачиваться коренастым телом. Толпа, посмеиваясь, загудела.
— Хорошо! Попляши-ка для ребят как следует, Бобо!
В парящей духоте вокруг покрытой мехом фигуры спиралью кружил мушиный рой. Дэйв смотрел, как больное животное, шаркая лапами, мечется туда-сюда, туда-сюда. Потом желудок его, словно поддаваясь ритму, зашевелился, и он, зажмурясь, вслепую принялся протискиваться к выходу сквозь бормочущую толпу.
— Эй, парень, куда прешь?
Дэйв выскочил из палатки как раз вовремя…
Избавление от гамбургера и уход с карнавальной площадки помогли, но ненадолго; шагая по дороге между полей, он вновь почувствовал тошноту. Голова пошла кругом от пахнущего нефтью воздуха, и он понял, что ему нужно минуту полежать. Он плюхнулся в скрытую высокой травой канаву у дороги и закрыл глаза, борясь с головокружением. Всего лишь на минуту…
Неприятные ощущения миновали, но сквозь сомкнутые веки ему продолжали мерещиться и невыразительное лицо и слишком живые глаза животного. Они глядели из глубины ямы с грязной соломенной подстилкой, — помутневшие от боли и безнадежного отчаяния, в то время как позвякивала цепь и гуляла по волосатым плечам палка.
«Здесь нужен закон, — решил Дэйв. — Какой-то закон, запрещающий подобное обращение с беднягами-животными. И старина Райдер — для подобной скотины тоже нужен закон».
Да черт с ними, надо выбросить все это из головы и немножко отдохнуть. Лишняя пара минут не имеет значения…
Его разбудили раскаты грома. Вздрогнув, Дэйв очнулся. Крупные теплые капли падали на голову и ползли по лицу. Он поднялся. Со свистом пронесся и прошелестел в поле ветер. Должно быть, он проспал несколько часов, потому что его окружала чернильная тьма, а огоньки карнавала исчезли. Собиралась нешуточная гроза — еще минута, и он промокнет насквозь. Пробираясь к шоссе, запросто можно утонуть, но и там шансов на «попутку» маловато. В такую погоду люди не любят путешествовать. Может, попытаться найти какое-нибудь укрытие?
Дэйв застегнул молнию и поднял воротник куртки. Ветер дул в спину, но двигаться пришлось буквально сквозь водяную стену.
 
Снова блеснула молния и ударил гром. Вскоре вспышки и грохоты слились в одно целое. Внезапно полотно дороги посветлело и появился какой-то звук, перекрывающий шум дождя и ветра. Дэйв оглянулся. Сзади по шоссе шел грузовик. Когда он подошел ближе, Дэйв понял, что это не грузовик, а кэмпер — двухэтажный фургон. Сейчас ему было наплевать, что это за машина, лишь бы остановилась и подбросила его. Дэйв шагнул на дорогу, размахивая руками.
Фургон затормозил, остановился. Темная фигура за рулем наклонилась, и рука приоткрыла оконце с пассажирской стороны.
— Подбросить, приятель? Влезай…
Дверца распахнулась, и Дэйв забрался в кабину. Скользнув на сиденье, захлопнул дверцу. Кэмпер тронулся.
— Закрой окно, дождь хлещет прямо в кабину, — попросил водитель.
Дэйв закрыл и тут же пожалел об этом: воздух в кабине был спертым, и не только от запаха пота, но и от паров, определенных Дэйвом раньше, чем водитель достал из кармана куртки бутылку.
— Хочешь глотнуть? Свежая кукурузная. На вкус — преисподняя, но это лучше, чем ничего.
— Нет, спасибо.
— Как хочешь.
Бутылка наклонилась и булькнула. Блеснувшая поперек дороги молния отразилась в ветровом стекле и бутылочном донышке и на миг осветила лицо водителя. Дэйв узнал капитана Райдера.
Ударили раскаты грома, и тяжелый кэмпер свернул на зеркально-гладкое от дождя полотно главного шоссе.
— Ты что, оглох? Я спросил, куда ты едешь?
— Оклахома Сити, — вздрогнув, ответил Дэйв.
— Попал в точку. Я туда и направляюсь…
Действительно, в точку. Дэйв как раз думал о капитане и вспоминал гориллу в колодце. Он ненавидел этого типа всем нутром, и от мысли, что придется ехать с ним до самой Оклахомы, у него едва не скрутило желудок. С другой стороны — прогуляйся-ка в бурю один, посреди прерии, и живо смекнешь, что желудку от этого лучше не будет…
Кэмпер вильнул, и Райдер вцепился в баранку.
— Ну и вираж, парень! И много здесь таких?
— Понятия не имею, я тут впервые. Договорился встретиться с приятелем в Оклахома Сити. Хотим смотаться вместе в Голливуд.
— Голливуд? Чертово место! — прохрипел Райдер.
— Но разве вы не оттуда?
Капитан, нахмурясь, бросил на него взгляд, и, приглядевшись, Дэйв понял, что он не так уж стар; видно, не только годы вылепили это хмурое лицо и горькие морщинки вокруг глаз и губ.
— Кто тебе это сказал?
— Я был на карнавале вечером. Я видел ваше шоу.
Райдер хмыкнул, следя за дорогой сквозь двойные маятники работающих дворников.
— Довольно поганое зрелище, а?
Дэйв чуть было не кивнул, но сдержался. Это было бы ошибкой.
— Эта ваша горилла, похоже, больна.
— Бобо? Он в порядке. Это погода. Приедем на север, и он повеселеет. — Райдер кивнул на огромный фургон за спиной. — Не пискнул с тех пор, как мы тронулись.
— Он путешествует с вами?
— А как же, не отправлять же его авиапочтой… — Капитан, жестикулируя, снял руку с баранки. — Кэмпер сделан на заказ. У меня верх, у него низ. Сзади есть люк, так что воздуху ему хватает, и проблем нет — кругом решетки. Посмотри-ка в оконце за спиной!
Дэйв оглянулся и всмотрелся через забранное проволокой окно в задней стенке кабины. Он увидел освещенный верхний этаж, аккуратный и оборудованный всем необходимым. Переведя взгляд, уперся в темноту этажом ниже: на боковых стенках размещались надежно привязанные доски платформы, палатка, транспаранты и прочее, а между ними, на полу, — солома, взбитая в кучу наподобие гнезда. В конце фургона, у забранного решеткой торца, виднелась сидящая на корточках грузная фигура гориллы. Казалось, животное, сидя спиной к Дэйву и лицом к дороге, внимательно следило за ревущим снаружи дождем. Кэмпер на миг занесло, и зверь, вздрогнув, повернул голову. Дэйв уловил остекленевший взгляд. Ему показалось, что животное тихонько хнычет, но грохот грома заглушал другие звуки.