13-й демон Асмодея (СИ)

Вот в данном конкретном случае вектор направления силы не высчитывался. Необходим был тактильный контакт. Как только энергия потекла по моей руке, я положил ладонь на кристалл и принялся наблюдать, как он меняет цвет. Постепенно кристалл из тёмного становился бордовым, затем начал светлеть. Как только цвет стал тёмно-розовым, с искрящимися золотистыми вкраплениями внутри переливающихся граней, я убрал руку и прервал действие заклинания.
— Ну вот, с меня подзарядка, с тебя готовка. Думаю, Егорыч свежими продуктами нас сможет обеспечить. — Сказал я, поворачиваясь к Насте. — Эй, я здесь, — я пощёлкал пальцами у неё перед лицом. Девушка встрепенулась и покраснела.
— Я почему-то не верила до конца, что ты одарённый. — Проговорила она. — Одарённые редко идут в медицинский. Здесь нет применения их дару, и это не нравится слишком многим.
— Я военный медик, и в нашей Академии почти все одарённые, — я подтолкнул ей артефакт. — Да, и Егорыч тебе наверняка говорил.
— Говорил, но я как-то не придала значение. Думала, что у тебя какие-то проблемы с даром. Такое бывает, я слышала. Даже в самых лучших семьях. — Настя встала и пошла прилаживать артефакт на место.
За окном сверкнула молния и прогремел гром, а в кухню вошёл Егорыч.
— Пойду я, до соседки сбегаю, пока дождь не влил, она обещала сегодня немного продуктов продать. — Сказал он, поправляя на плечах плащ, видимо, всё-таки не надеялся до дождя успеть. — О, вы плиту починили? Вот это хорошее дело, — он закивал.
— А где Барон и это жуткое исчадье, что увязалось за мной? Я правда не могу сказать, кто из них хуже, — признался я, прислушиваясь к своим ощущениям. Вроде бы мучительной боли от гибели фамильяра не испытываю, так что, как минимум курица жива-здорова.
— Они вроде бы нашли общий язык и обосновались в конюшне на сеновале, — ответил Егорыч.
— Где? — я уставился на него.
— На сеновале в конюшне. — Пояснил Егорыч. — Машина-то не всегда доступна. Вот глава поселения лошадёнку и выделил. На всякий случай. А на сеновале сейчас хорошо. Сено свежее, одним запахом лечит от всех невзгод. Сразу молодость вспоминается, девчонки на таком вот сеновале… Эх, старость не радость, — Егорыч пошёл к выходу из кухни, бормоча под нос. — Я вам продуктов притащу, да тоже на конюшню пойду. Мне всё привычнее будет, чем здесь ютиться, да ещё и спать на полу.
Он ушёл, а мы с Настей снова остались наедине. Я долго смотрел на блондиночку в полумраке кухни.
Нужно завтра поговорить с главой поселения, наконец, принял я решение, наступая на горло своей сущности, которая умоляла не делать этого. Не могу обещать, что, живя со мной под одной крышей, она не подвергнется искушению. А курица не всегда сможет прийти, чтобы защитить нашу нравственность. К тому же слухи всё равно поползут. Да и мне от обольщения этой блондиночки никакой выгоды всё равно не будет, кроме чисто физического удовольствия. Она не замужем, и сотни спасенных в итоге жизней перевесят минутную слабость. Если она не пустится во все тяжкие, то наша канцелярия даже не почешется, чтобы попробовать отнять эту душу у пернатых. И зачем тогда нарываться на неприятности, которых вполне можно избежать?
И да, я слишком много времени провёл с суккубами и умею обольщать, особенно если задамся такой целью. Да и всегда есть крошечная вероятность, что девчонка устоит. А получать сковородкой по морде мне почему-то тоже неохота.
Настя словно почувствовала напряжение и выпрямилась, расправив плечи под моим пристальным, изучающим взглядом.
Раскат грома прозвучал настолько неожиданно, что мы подпрыгнули, и практически сразу зазвонил телефон. Резко развернувшись, я пошёл в прихожую, чтобы взять трубку.
— Давыдов, — представился я, поднося трубку к уху.
— Денис Викторович, вы нам нужны. Саша, как та собака, тащит в приёмник всякое. Сейчас за вами машина приедет. — Прощебетала Анечка.
— Хорошо, — я провёл по лицу рукой и покачал головой, а затем положил трубку, даже не стал спрашивать, что именно у них там опять произошло. Всё равно ехать придётся, чего себя раньше времени расстраивать.
 
Сверкнула молния, да так сильно, что отблески донеслись и до тёмной прихожей. Я развернулся, чтобы пойти на кухню и сказать Насте, что снова уезжаю, но тут затухающий отблеск высветил полупрозрачную фигуру, внезапно появившуюся передо мной.
— Ах ты ж, Асмодеевы подтяжки, — я схватился за грудь, в которой сердце колотилось, как ненормальное. И тут очередная молния осветила лицо призрака. Передо мной висел в воздухе, скрестив руки на груди, дядюшка и смотрел суровым взглядом. — Вот только тебя мне здесь не хватало, — простонал я, прикрывая глаза ладонью.
  
Глава 19
 
— Кто звонил, что-то случилось? — послышался голос Насти с кухни.
— Да, меня опять вызывают, скоро приедет машина, — крикнул я.
И тут в прихожей резко потеплело. Призрак дядюшки, который секунду назад обхватил себя за горло, явно на что-то намекая, исчез. Я так и не понял, на что именно он намекал: то ли хотел, чтобы я снял с него заклятие, и он смог говорить, то ли показывал, что со мной в конечном счёте сделает. А он мог бы, наверное, придушить меня, если бы перед ним был обычный человек. Но демонам такие вот дядюшки могут только пакостить по мелочам, да изводить чисто морально.
Всё-таки призраки всегда приносят с собой могильный холод. И как я не заметил, что в прихожей стало заметно прохладнее, чем было до этого на кухне? Знать бы ещё, зачем он притащился, и самое главное, как он это сделал. Призраки привязаны к одному месту, и не могут самостоятельно перемещаться. Или в этом мире другие правила для существования этих созданий?
Слышал, что они могут быть привязаны к какой-то вещи, неужели я случайно взял из дома нечто такое, что позволило этому надоедливому старикану притащился вместе со мной. Вряд ли он мне расскажет, к чему именно привязан, ведь в таком случае избавиться от него будет проще простого. Главное, чтобы он не высунулся, пока меня не будет, и не напугал мою соседку. И что более важно, не встретился с Егорычем, который наверняка знает, кто это такой.
В прихожую вошла Настя. Она остановилась напротив меня, пристально разглядывая, тем самым выводя меня из задумчивости.
— Ты так и не рассказал, зачем тебя вызывали в прошлый раз, — тихо проговорила она, скрестив руки на груди.
— Ну так меня никто и не спрашивал, — улыбнулся я. — Или тут заведены такие правила, в которые меня никто не посвятил? После вызова мы обязательно должны рассказывать обо всём, что там случилось, или как-то так? — хмыкнул я.
— Нет, такого правила нет, просто мне интересно, — ответила она, продолжая немного хмуриться.
В коридоре было всё ещё холодно, поэтому она передёрнулась, а кожа её обнажённых по локти рук, покрылась мурашками. За окном снова раздался оглушительный раскат грома, и в коридоре стало очень душно.
— Там был Вовчик, допившийся до гипогликемической комы. В процессе его изъятия из дома возник напряжённый момент, и фельдшер не измерил сахар. Иначе меня не дёрнули бы. — Коротко ответил я на её вопрос.
— А сейчас тебя зачем вызывают? — Настя продолжала меня разглядывать.
— Не знаю, я не спрашивал. Всё равно скоро узнаю, зачем себя зря накручивать. — На мгновение задумавшись, я задал вопрос, который волновал меня ещё на кухне. — Кто здесь раньше жил?
— Понятия не имею, — Настя пожала плечами. — Когда я заселялась одновременно со Степаном Егорычем, то местные говорили, что какой-то колдун.
— Так, а эти земли в чей-то майорат входят? — не скажу, что мне было интересно, но ожидая машину, нужно было чем-то время занять. Чтобы о призраке, например, не думать. — Я почему-то эту информацию мимо ушей пропустил, даже если мне говорили.
— Конечно, — Настя улыбнулась. — Аввакумовский куст входит во владения императорской семьи. Как и Мёртвая пустошь. Думаю, они с удовольствием кому-нибудь это хозяйство давно сплавили, ну там наградили за верную службу, вот только никто не хочет брать.