Фурия (СИ)

— А разве нет? Ты преследуешь меня, пишешь, звонишь, подстраиваешь встречи. Типичное поведение психопата.
— Я называю это по-другому…
— Ты одержим, Том! — высказываю своё предположение.
— Я влюблен…
Не удивляюсь его словам, рано или поздно он бы их сказал.
— Иногда это одно и то же, — отхожу от него, чтобы выпить воды.
Даже опомниться не успеваю, как он оказывается сзади меня и прижимает попой к своему паху, крепко вдавливая бедра руками.
— Почувствовала мою любовь? — трётся выпирающим бугром о ягодицы.
— Это похоть, ничего общего с любовью у неё нет! — шиплю по-кошачьи. — Отпусти или я буду кричать.
Но его уже переклинило.
Он шумно вдыхает воздух у моего плеча.
Что он там пытается унюхать? Запах пота, который с меня стекает ручьем?
— Можешь кричать сколько угодно. Твой зал в самом дальнем крыле, здесь прислуга пару раз в неделю появляется.
— В доме полно людей, — пытаюсь оторвать его руки от себя.
— У девчонок там вечеринка в самом разгаре, — запускает пальцы под трусики.
Я цепенею и делаю глубокий вдох.
— Ал…
— А муж твой улетел в Детройт на запись песни. Сэл, перестань со мной играть. Я всё равно получу своё.
— Я надеялась, что ты после болезни изменился, — прикусываю губу от жаркой волны, которая прокатывается по телу от того, что он прикасается пальцами к сокровенному.
— Я пытался, не получается… Это сильнее меня, — зарывается лицом в мои волосы. — Я как человек в пустыне. И вроде пить есть что, и не одна бутылка, но только жажда от них всё сильнее. А тот источник, из которого я точно могу напиться, спрятан глубокого в земле и я пытаюсь до него докопаться.
— Красивыми метафорами говоришь. Я так понимаю, ты не одну Лиму трахаешь?!
Он только усмехается в ответ.
— Если ты согласишься быть со мной, то будешь единственной. Не бойся, я буду ласковым и нежным. Тебе понравится… — дёргает тонкую полупрозрачную сорочку вниз так, что горловина рвётся и оголяет плечи.
Он покрывает их поцелуями.
— Том, не надо… — бороться с собой плохо получается.
Наваждение какое-то! Разве так бывает? Его ласки вызывают трепет в животе.
Он вторгается под одежду, обхватывает грудь и сжимает её, теребя соски через тонкую ткань бюстгальтера.
— Ты потрясающая… красивая… сексуальная… — шепчет между поцелуями в мою шею.
Я плавлюсь.
Разворот к себе лицом и целует в губы. В голове шумит кровь, и уходят все мысли. Остаются только чувства, которыми трудно управлять.
Я ощущаю, как что-то поднимается у меня внутри и дурманом окутывает голову. Соображаю плохо.
Том подхватывает меня под попу, а я его ногами.
— Да, девочка, так бы сразу, — смотрит на меня, отстранившись.
Снова целует и тащит меня к матам, которые лежат в дальнем углу.
Осторожно укладывает и садится между моих ног, разглядывая меня. Сбрасывает футболку и набрасывается с поцелуями.
Я всё ещё не могу включить мозг, отдаюсь только наслаждению, которое внутри сжигает всё.
Руки и губы Тома исследуют каждую частичку моего тела, заставляя дрожать от желания.
— Ты моя… Только моя… — слышу сквозь густой полуобморочный туман в голове.
Твоя? А вот хрен тебе!
Включается сознание.
Я дожидаюсь, когда он сядет, чтобы стянуть с меня трусики и толкаю его двумя ногами. Он отлетает в сторону и падает с матов. Молнией спрыгиваю с них и бегом к выходу. Пока Том очухивается и следует за мной, я уже за дверью и подпираю её стулом.
— Открой! — ударяет кулаком.
— Нет! Посиди, остынь!
— Я вынесу дверь! — зверем рычит с той стороны.
— Да, пофиг! — хлопаю ладонью о дерево и убегаю отсюда.
У лестницы я встречаю одну из подруг Лимы, Стефани, которая идет из кухни и несёт бутылки с колой.
Она смотрит на меня с удивлением.
Видок у меня тот ещё! Растрёпанная, раскрасневшаяся, испуганная и в порванной сорочке.
— У вас всё нормально, миссис Гроу?..
— Что? Да… — пытаюсь перевести дух и восстановить сбившееся дыхание.
— У вас одежда разорвана…
Я поднимаю и треплю в руках край рваной горловины.
— Увлеклась танцами, — ляпаю какую-то ерунду, которую она тоже не поняла и посмотрела с недоумением.
 
Из коридора, которого я вышла, раздаётся звук шагов и появляется Том.
Сломал всё-таки дверь.
Он замирает, увидев, что я не одна.
— Извини, Стэф, мне надо в душ, — бросаю взгляд на припавшего к стене Гарнера.
Она следит за моим взором.
Я пулей поднимаюсь по лестнице и запираюсь в спальне. Сюда он не придёт.
  
Глава 54
 
Том
Прячусь в тени за фальш стенкой.
Об ноги трётся котенок, урчит как трактор.
— Брысь! — чуть слышно, чтобы не заметили, отодвигаю носком от себя.
Но он шипит и набрасывается с укусами на ногу.
Чтоб тебя! Нахрен я тебя купил?!
Сельванна быстро поднимается по лестнице. Теперь к ней не подойти.
— Я вижу тебя, Том, — вглядывается в темноту Стефани.
Отхожу от стены и неторопливо, как тигр на охоте, подхожу к ней, подхватывая котёнка на руки.
Зверёныш царапается своими короткими лапками и кусает за пальцы.
— Ну, ты и козёл! Встречаешься с Лимой, а сам за её спиной спишь с женой брата! — упреки от девушки.
Усмешка.
Придавливаю слегка в руках кота, чтоб успокоился и дал сосредоточиться. Он затихает и начинает урчать.
Козёл? И это мне высказывает рядовая университетская шлюшка, которая готова с любым из игроков в нашей команде переспать, лишь бы быть в гуще событий и закулисной жизни селебрити?
— И с тобой… — затыкаю ей рот. — И ещё с парочкой из вашей компании.
Она роняет челюсть. Безмолвно открывает и закрывает рот.
Вот только им ты нормально и можешь работать.
— Так что прикрой ротик, который не для этого предназначен, — скалюсь и захлопываю пальцами её нижнюю челюсть. — Если узнаю, что ты кому-то растрепала хоть слово, о том, что видела сейчас, то твои фотографии будут во всех чатах универа.
— Какие фотографии? — от испуга Стэф сжалась в комок и сдавила бутылки в руках.
Вынимаю из кармана телефон, открываю облако, пролистываю и показываю ей снимки, на которых отлично видно, как она делает минет в душевой раздевалки футболистов.
— Вот ты ублюдок! — ударяет бутылкой по плечу.
— Будешь молчать, и никто ничего не узнает, — уворачиваюсь от второго удара и перехватываю запястье, крепко сжимая.
Смотрю на неё так, что она приседает под давящим взглядом.
— Не понимаю… У тебя и так молодых девчонок пруд пруди. Зачем тебе ещё Сельванна?
— И не поймёшь. Это вообще не твоё дело! Просто закрой рот на замок и всем будет хорошо. Вкурила? — отбрасываю её руку.
— Да, — трёт запястье.
— Вот и умничка, — хлопаю Стэфани по щеке. — Жду завтра после тренировки, сама знаешь где, — иду прочь.
— Да, пошёл ты в жопу! — кричит в след.
Не поворачиваясь, задираю руку и показываю телефон.
— Урод! — злобно и, опустив голову, уходит к подругам.
Сельванна.
Почти всю ночь провожу бодрствуя. Всё время кажется, что Том может прийти, хотя наверняка знаю — он этого не сделает.
Спальня Лимы напротив.
За это время принимаю решение… И оно не требует отлагательств. Кидаю всё необходимое на один день в небольшой чемодан, звоню и поднимаю пилота на крыло.
— Ты куда-то собралась? — спрашивает Лима, увидев, как я спускаюсь с багажом с лестницы.
— Да… Мне нужно улететь по срочным делам.
— И куда?
— В Новый Орлеан.
— А что Алексу сказать, если он вернётся?
— Ничего. Он не вернётся до моего приезда. О поездке я ему сама позвоню и скажу.
Из столовой к нам в гостиную выходит Том.
— Доброе утро! — улыбается, как ни в чём не бывало, и обнимает Лиму за плечи.
Вот же скотина бессовестная!
Его взгляд падает на мой чемодан, на лице расплывается недобрая кривая улыбка, в глаз появляется гнев.