Фурия (СИ)

Мои боксеры улетают в неизвестном направлении.
Целует каждый сантиметр под ними, не касаясь самого главного. И не надо. Я взорвусь.
— Сэл, не надо…
Она хихикает и облизывает головку члена. А потом берёт в рот.
Фак! Меня как молнией ударяет. Руки судорожно сжимают простынь, ткань трещит.
А она продолжает ласкать руками, губами, языком, доводя меня до сумасшествия.
Мой стон оглушает, не скрывая удовольствия. Подаюсь вперёд, когда она заглатывает или слегка прикусывает плоть.
Водит шаловливыми пальчиками, пока я не кончаю ей прямо на лицо. Сэл проводит пальцем по каплям спермы, собирая их, и облизывает его.
Развратная…
Усаживается на мои ноги, расстёгивает и медленно снимает с себя платье через голову. Под ним ничего нет.
Ты так на вечеринку ходила? Совсем страх потеряла?!
В висках стучит кровь. Меня снова захлестывает ревность.
Я сажусь, запускаю руку в её волосы и давя на затылок заставляю приблизиться ко мне. С жадностью впиваюсь в её губы. Такие пухлые и желанные. Слегка прикусываю нижнюю, а потом обвожу языком. Сэл стонет и приоткрывает рот. Спасибо за приглашение!
Я, не задумываясь, углубляя свой поцелуй, запуская язык в её сладкий и горячий ротик.
Как же это круто!
Все, кто был до неё, всего лишь — жалкие бесчувственный куклы. Только она способна дать мне то, что я хочу. И я беру. Беру по полной, наслаждаясь каждой её клеточкой.
Губами впиваюсь в её сосок, терзая его. Руки сжимают попу. Она выгибается и громко стонет. Да, я хочу слышать только эти стоны и чем громче, тем лучше.
Рукой приподнимаю ее немного и вхожу в лоно. Она вскрикивает и откидывается назад, становится почти в мостик.
Одной рукой помогаю ей двигаться со мной в одном ритме, вторая тянется к её шее. Я сдавливаю, но не сильно. Сэл ноготками впивается мне в бедра и издаёт приглушённый хрип.
С губ слетает звериный рык. Нет здесь хомячков. Ты будишь во мне льва.
В мгновение она оказывается подо мной. Я хочу видеть, как она кончает, как закатывает в этот момент глаза и стонет.
Мои движения грубые и глубокие. Но она кайфует тот них. Просит продолжать и не останавливаться. О, да! Кошечка хочет своего котика. Я только ускоряю свой темп, чувствую, что вот-вот оргазм и эякуляция.
Сэл громко вскрикивает и начинает отталкивать. Её тело судорожно трясется, а влагалище быстро и сильно сжимается. Я прижимаю её бёдрами к кровати. Немного спустя в моей голове что-то взрывается, разлетаясь миллионом звёзд перед глазами. Я истекаю в неё.
Какое-то время мы лежим так, сплетаясь друг с другом. Я покрываю поцелуями её мокрое тело. Она не издаёт ни звука.
— Сэл? — тихо зову её.
Ноль реакции.
Мать твою! Она в отключке.
  
Глава 11
 
— Ты опять полуголый расхаживаешь по дому, — упрекаю Алекса, который хозяйничает на моей кухне.
— Я думал, этот конфликт исчерпан, — нагло улыбается, притягивая меня к себе.
— Это не конфликт, это просьба, — уворачивается от его поцелуя.
Он хмурится и слегка встряхивает меня в своих руках.
— Не смей!
— Уже и пошутить нельзя? — обхватываю руками его лицо и вызывающе смотрю в глаза.
— Мне не нравится эта шутка. Я слишком долго был без тебя, от ревности вчера чуть с ума не сошел.
— Мэг была права — ты сломаешься…
— Стоп! — глядит мне как будто прямо в душу. — Вы это подстроили? Ты обвела меня вокруг пальца!
Я виновато сжимаю губы и дергаю плечами.
— Она моя подруга и я с ней иногда делюсь своими личными проблемами. Обсудив, мы решили вывести тебя на чистую воду. А как ещё это сделать? Правильно — ревность. Только так у мужчин развязывается язык, — вырисовываю пальцем на обнаженной груди Алекса круги.
— В который раз убеждаюсь, что все женщины стервы.
— А тебе досталась самая стервозная, — обнимаю его за пояс.
— Но самая любимая, — легко касается поцелуем моих губ. — Обещай, что больше не сбежишь от меня и никогда не забудешь о том, что я тебя люблю.
— Обещаю. Забыть тебя невозможно, я пробовала, поверь мне. У меня не получилось… А ты обещай, что будешь одеваться полностью, а не соблазнять меня своими шестью кубиками, — щипаю его за живот. — Иначе я за себя не ручаюсь.
 
— Я после сегодняшней ночи уже боюсь к тебе приставать. Вдруг ты опять сознание потеряешь. Это вообще нормально?
Я прыскаю от смеха.
— Вполне. Иногда от переизбытка эмоций и перевозбуждения девушки отключаются.
— Ты меня испугала. Второй раз за неделю вырубаешься при мне.
— Ну, что поделаешь, если я от тебя голову теряю, — треплю его по щеке. — Так ты собираешься кормить меня завтраком?
— Собираюсь.
Он быстро накрывает на стол.
— А где омлет? — когда вижу на своей тарелке яичницу.
— Какой омлет?
— Обычный. Из двух яиц и половины стакана молока.
— Ты не ешь омлет, я помню.
— Ты ошибаешься. Я ем.
Алекс недовольно щурит глаза.
— Просто со временем у людей меняются вкусы. Это как с оливками, — виновато.
— Ешь! Забыл тебе сказать, что утром в понедельник тебе нужно быть в студии, чтобы что-то там переснять.
— Я знаю. Они мне тоже звонили.
— Чем займёмся на выходных, кроме того, что будем наверстывать упущенное время? — с озорным блеском к глазах дёргает бровями Алекс.
— Есть идея, — решаю воплотить давнюю мечту. — Только не забудь прихватить с собой костюм.
— Зачем?
— Потому что в джинсах туда не пускают.
***
Через три часа мы летим в моём самолёте в Париж.
Заселяемся в отель с самым лучшим видом на Эйфелеву башню.
— Почему Париж? — берёт меня за руку Алекс, когда мы вечером медленно идём по улице в сторону бутика.
Костюм он всё же забыл дома.
— Давняя мечта приехать сюда с любимым мужчиной.
— Ты раньше этого не делала? Со мной-то точно.
— В период влюбленности как-то не получалось. Я много раз здесь была, начиная с десяти лет, но… это другое. Париж ведь город любви и романтики…
— Я в первый раз приехал в Париж лет в восемнадцать. Моя первая самостоятельная поездка в Европу. Мы устроили маленькое турне с двумя моими друзьями. Париж — Рим — Амстердам — Берлин — Мадрид — Ибица. Было круто.
— Подозреваю, что самым крутым был Амстердам, — нахмуриваюсь с осуждением.
— Я его почти не помню, — смеётся. — Был молодым и дурным, что ты от меня хочешь?! — разводит руками.
— А что изменилось за эти годы?! — подкалываю его.
Он мягко толкается своим боком о мой.
В бутике выбираем для Алекса костюм. Благо у него хорошая фигура, даже подгонять ничего не надо, сел как влитой.
— Шикарно! — оцениваю его.
— Вышла бы за такого замуж? — бросает взгляд исподлобья, застёгивая пуговицы.
— Не знаю. Теперь на роль мужа я буду тщательно фильтровать кандидатуры, — острю.
Алекс меняет добрый взгляд на недовольный.
— Считай, отбор закончен.
— Это предложение?
— Это предупреждение!
Его слова вызывают у меня смех.
Я расправляю лацканы его пиджака, разглаживаю и без того ровную ткань и целую в губы.
— За тобой хоть на край света, любимый, — шепотом так, чтоб услышал только он.
И без того вокруг собрались все сотрудники магазина.
И пусть они наверняка не понимают по-русски, всё же эти слова должен слышать только Алекс. Они предназначены ему.
Я прекрасно понимаю, что скрыть наши отношения не получится, слишком часто мы вместе мелькаем на людях и в прессе уже появились статьи с фотографиями и предположениями воссоединения, но очень хочется оградить его от всей этой желтухи. Если раньше его фанатки накидывались на меня, то теперь рвать будут его.
Но и жить за семью замками я не хочу. Всё время находиться в страхе, что нас где-то увидят или снимут вместе. Поклонников нашей пары тоже в своё время было немало, как и адекватных людей, которым откровенно пофиг на чужую личную жизнь.