"Та самая Аннушка". Часть первая: "Аннушка и ее Черт" (СИ)

— В силу своей работы я постоянно взаимодействую с людьми. Поэтому я, с одной стороны, лишена иллюзий по их поводу. Но, с другой, именно это взаимодействие сделало возможным моё развитие как личности. Если сформулировать мою позицию, то я за то, чтобы наш мир был населён снова, но против того, чтобы делать это наугад. Я всё ещё в поиске ответа на вопрос: «Возможно ли создание человеческого общества, которое не уничтожит однажды себя и нас, и каковы его критерии».
— Сходу бы сказал, что нет, — признался я. Лифт остановился, я тронул джойстик кресла, выезжая. — Люди, на мой взгляд, глубоко заражены тягой к разрушению и уничтожению себе подобных. Однако сейчас мне пришло в голову, что я при этом не учитывал «фактор Алины».
— Что вы имеете в виду?
— Возможно, если люди вашего мира будут больше общаться с такими, как ты, это повлияет на них. Может быть, тебе удастся заразить их своим здравомыслием.
— Вы делаете этот вывод на основе личного опыта?
— Ну, Аннушке ваша дружба определённо идёт на пользу. Ты её отлично уравновешиваешь.
— Благодарю, мне приятно это слышать, — сказала Алина, вышагивая рядом. — Не тороплю с ответом, но, если найдёте время и сформулируете, по каким критериям отбирали бы людей лично вы, это расширило бы мою базу вариантов.
— А Аннушку ты спрашивала?
— Да. Она сказала, что устроила бы кастинг и отбирала по внешности.
— Оригинально. Объяснила как-то?
— Да. Цитирую: «Всё равно выйдет бардак, но будет хотя бы красиво».
* * *
Аннушка снова одета, что немного жаль, халатик ей был очень к лицу. И к остальным частям тела.
— Привет, солдат, — поздоровалась она со мной, поднимаясь с диванчика. — Хочу познакомить тебя кое с кем.
— Я вас оставлю, — сказала Алина. — Мои профессиональные обязанности требуют физического присутствия на ресепшн.
— Конечно, Алиночка, дальше мы сами.
В приветливо распахнувшиеся двери ввалилась компания каких-то не то байкеров, не то панков, не то фанатов старинного фильма «Мэд Макс». Грязные, пыльные, татуированные, весёлые, нетрезвые, одетые в клёпанную кожу, увешанные холодным и огнестрельным оружием, громко хохочущие и матерящиеся, пахнущие пылью, перегаром, бензином и портянками.
— Добро пожаловать в Терминал, — приветливо сказала им Алина. — Хотите заказать комнаты? Поесть? Заправиться? Требуется текущий ремонт транспортного средства? Услуги по капитальному ремонту оказываются внешним подрядчиком. Также напоминаю, что для получения услуг проживания оружие следует оставить в камере хранения.
— Гля, кукла говорящая! — восхитился один из них.
— Железная девка! — добавил другой. — Круто! Сиськи прям огонь, хоть и твёрдые. Эй, а между ног у тебя что, красивая?
— Благодарю за высокую оценку моего дизайна, — невозмутимо ответила Алина. — Я кибернетическая хостес Терминала, особенности моей конструкции исключают функционал, на который вы намекаете.
— Так, может, у тебя подружки есть, — заржал тот, — с мягкими местами?
— Услуги по сексуальному обслуживанию гостей Терминалом не оказываются из этических соображений. Хотите заказать комнаты? Поесть? Заправиться? Требуется текущий ремонт транспортного средства? Услуги по капитальному ремонту оказываются внешним подрядчиком.
— Хоть пощупать за вымя тебя можно? — не унимается этот придурок.
— Прошу вас избегать тактильного контакта с деталями моей конструкции во избежание бытового травматизма. Сохранность конечности в этом случае не гарантируется.
— Ты чо, железяка, угрожаешь мне, что ли? Ты кто такая вообще?
— Я кибернетическая хостес Терминала. Хотите заказать комнаты? Поесть? Заправиться?
— Хочу, чтобы мне не хамили говорящие жестянки!
 
— Так! — громко сказала Аннушка. — А ну хлебало завалил, хуепутало. Отъебался от Алинки бегом.
— А то что?
— А то автомедик пришьёт то, что останется от твоей жопы, на место, где была твоя пустая башка.
— Да ты, девка, совсем… — начал было он, но какой-то панк постарше хлопнул его по плечу и сказал:
— Заткнись, придурок.
— С хрена ли?
— Это же Аннушка, дебил.
— Та самая Аннушка? Блин, серьёзно? Охереть! Блин, прошу прощения, уважаемая! Не всосал. Мой косяк!
— У неё проси, — Аннушка указала на Алину.
— Прости, железяка! — повернулся к рободевушке парень, срывая с нечёсаной башки мятую кепочку и прижимая её к сердцу, — фигню спорол.
— Я не являюсь говорящей жестянкой, — сказала Алина холодно.
— Разумеется, о прекраснейшая из хостес! — вступил в разговор старший группы, суровый байкер с седой бородой. — Кыря просто в первый раз на Дороге, не видит обочин. Клан приносит свои извинения. Я проведу воспитательную работу.
Бородатый показал Кыре увесистый татуированный кулак, и тот сразу резко погрустнел.
— Конфликт исчерпан, уважаемая?
— Терминал принимает ваши извинения. Хотите заказать комнаты? Поесть? Заправиться?
— Всё это и ещё кое-что. Ребята, камера хранения там, бегом сдавать пушки, — обернулся он к своим, — стволы не ныкать, я проверю!
— Аннушка, — сказал он, подойдя к нам. — Рад встрече.
— Хреново молодняк учишь, Гурис, — буркнула она недовольно. — Охренели совсем.
— Это Кыря, он просто дурак. Его скоро кто-нибудь грохнет, нет смысла время тратить. Сколько я тебя не видел? Лет пять? Или семь?
— Типа того, — пожала плечами Аннушка.
— А ты всё так же хороша.
— А ты отрастил бороду и пузо. Так что не подкатывай.
— Что, место занято? — покосился он на меня.
— Не твоё дело. Чего надо?
— Ничего, — тут же сдал назад байкер, — просто подошёл выразить уважение той самой Аннушке.
— Не гони. Говори, чего нужно, или проваливай.
— Ну… — он недовольно покосился на меня, понизил голос и спросил: — Есть чо?
— Нет, Гурис. Нету. Не было и не будет. Сам знаешь, как теперь с этим дела обстоят.
— Я-то знаю, да… Но ты-то, вон, такая же. Слушай, Аннушка, у меня есть заначка, любую цену дам! Вообще любую!
— Отвали. Сказала же — нету! Ни у меня, ни у кого. Вообще нету. Забудь.
— Контора, говорят, где-то берёт.
— Вот у Конторы и спрашивай.
— У неё спросишь, пожалуй… Аннушка, ну будь ты человеком! Сама видишь, мне надо!
— Пива меньше пить тебе надо. И жопу от байка иногда отрывать. Тогда ещё лет двадцать протянешь, если не грохнут.
— Сука ты, — сказал он внезапно. — Всегда такой была. Красивая злая сука. Кого б другого грохнул за это, но тебе прощаю, цени.
— Я ценю, Гурис. Серьёзно. И у меня, правда, нет. Я не вру.
* * *
— Что это было сейчас? — спросил я, когда обиженный байкер ушёл.
— Не твоё дело, солдат. Старые счёты. Жми на газ, поехали. Нам туда, видишь вывеску?
Я двинул вперёд джойстик на подлокотнике, кресло покатилось в сторону дальней части холла. На вывеске написано большими буквами: «Биржа».
— Аннушка! — обрадовался сидящий перед компьютером очень приличный мужчина лет сорока, одетый в официальный костюм с жилеткой и галстуком.
Он вскочил из-за стола, выбежал ей навстречу, порывисто обнял.
— Ладно, ладно, Керт, я тоже рада тебя видеть, — сказала она. — Думала, ты уже свалил с Терминала. Назад, жёнушке под крыло. Всё ещё пытаешься пробить башкой эту стену?
— Зря ты так, — покачал головой тот, — я выстроил уникальную систему. И она работает.
— Пока не приходит Коммуна и не указывает тебе твоё место.
— Если они не дали мне сделать то, что я хотел, это не означает, что я не сделал ничего. Они не всесильны и не могут занять все ниши.