Профессиональный оборотень. Каникулы оборотней. Хроники оборотней

– Не серчайте, а тока вы из дальних краев к нам пришли, а земля слухом полнится. Судачат бабы: мол, жены некрещеные, татарские, все ворожить обучены. А казаки донские завсегда мощью к ведовству славны были. Раз жену мусульманскую взял, значит, сила в тебе великая! – разоткровенничался парень, отводя глаза и слегка сутулясь.
Похоже, он нас побаивался. Это, наверно, потому, что я молчу. Иначе откуда бы такой ореол таинственности? Может, показать им пару карточных фокусов? Наверняка нас еще больше зауважают. Но я тут же отбросила эту мысль как недостойную семейной пары колдунов, чтящих свою профессию. Страсть как хотелось поболтать с парнем, но приходится делать вид, что не умею говорить по-русски.
  
Когда мы распрощались и пошли дальше, командор недовольно пробурчал:
– Неужели мы так загадочно выглядим, что…
– Что нас даже пригласили на свадьбу? – закончил за него кот. – Но ведь это же замечательно, друзья мои! Представляете, сколько там будет угощений! Хоть раз за эту операцию поедим по-человечески. А то у меня от сегодняшней гречки сушняк дикий. На таком корме я долго не продержусь.
Однако, поняв, что рискует, кот испуганно покосился на меня. На этот раз я сделала вид, что ничего не услышала. Да пусть проваливает куда хочет. Я к нему кухаркой не нанималась, не буду больше готовить на этих оглоедов, и все. Пусть сами выкручиваются как хотят.
В размышлениях угрюмость сошла на мое лицо, а котик тем временем поспешно сменил тему:
– Меня очень интересует личность этого призрачного кота. Пока я не сумел разобраться в структурной природе данного существа. Кто он, зачем, почему, какова первопричина и какой из этого следует вывод? Тут, знаете ли, вполне могло быть реализовано поверье о том, что вампир может превращаться в кота, тем самым инкриминируя нам, ни в чем не повинным четвероногим гражданам, свои жуткие преступления. В образе кошек они кидаются на людей, кусают их, могут даже, пробравшись ночью к постели ничего не подозревающего и мирно дрыхнущего человека, перегрызть ему горло. Тут ведь сразу и не разберешься, был это обычный кот, мстящий за недодачу сметаны, или же оборотень, жаждущий крови.
Живо представив себе обрисованные котом картины, я вздрогнула и посмотрела на нашего пушистика уже другими глазами.
– А ты можешь доказать, что ты настоящий кот? – с опаской спросила его я.
Агент 013 только отмахнулся лапой, одарив меня жалостливым взглядом.
– Ну что ж, у нас еще есть время до ужина. Наши хозяева, я так полагаю, еще не вернулись с поля, поэтому, может, осмотрим сегодня и новое кладбище? – сделал предложение Алекс. – Это будет полезная и познавательная экскурсия. В любом случае без результата не останемся. Отсутствие упыриной могилы – тоже результат.
До отдаленного кладбища надо было топать минут двадцать, а мы уже и так с утра мотаемся по этой жаре, поэтому я заныла:
– Пить хочу!
– Так вон же колодец, иди пей, – удивился Орлов.
– А я устала! Охота вам туда тащиться? Давайте все перенесем на потом, на когда-нибудь, а?
Кот закатил глаза: дескать, началось.
– Нам желательно закончить операцию завтра. Ты же знаешь, что обычно на каждое дело мы тратим не больше двух дней. Ну, при форс-мажорных обстоятельствах – три, – терпеливо, стиснув зубы, начал объяснять Мурзик. – Прошли сутки, а мы все еще топчемся на месте. Нейтрализовать монстра нужно уже к завтрашнему вечеру. Можно, конечно, задержаться на один день, но это грозит лишением законной премии.
– О, кстати ты напомнил. Когда у вас на Базе выдача зарплаты? – сузила я глаза.
Этот вопрос меня крайне интересовал. Мысль о том, что я бесплатно рискую жизнью, уже не грела.
– Раз в месяц, как и везде. А аванс уже на следующей неделе, – охотно пояснил кот.
– А сколько получает лейтенант?
– Непринципиально, – вмешался Алекс. – Если не будет готова сыворотка, размер оклада потеряет для тебя всякое значение.
– Увы, мой друг прав: ты с нами не навечно. В худшем случае – еще две недели максимум. Я буду скучать и даже хотел бы подарить тебе что-нибудь на память. – Профессор страшно засмущался, а я так же страшно удивилась. – Ну, скажем, колечко с брильянтиком. Как ты на это смотришь?
Я на это смотрела выпученными глазами. И это говорит такой крайне бережливый, до скупердяйства, котик?! Такой дорогой сувенирчик на память? Нет, тут дело нечисто…
– Извини, не поняла юмора.
Я требовательно вперилась в его застенчивые глаза, странно бегающие в ожидании ответа. Если бы не… Черт, я бы решила, что он – влюбился!
Командору, судя по всему, совсем не понравились последние слова верного напарника. Он передернул плечами, поправил портупею и не оборачиваясь пошел вперед.
– Это в знак дружбы? – тихо спросила я у кота.
– Не только, – пробормотал мой хвостатый приятель. – Но я, кажется, выбрал не тот момент, – смущенно заметил он, глядя вслед Алексу.
Больше он ничего не сказал, мы молча пустились догонять главу отряда. Но в душе теперь у меня был полный разлад. Неужели этот маленький пушистик испытывает ко мне нечто большее, чем просто неприязнь? Приязни он ко мне никогда не испытывал… Я преисполнилась гордости и одновременно чувства неизъяснимого злорадства по отношению к «впереди идущим». Ну что, видишь, самовлюбленный ты наш, что я пользуюсь у мужской части населения (пусть это волки, коты и биороботы, но все равно мужчины!) не меньшей популярностью, чем ты – у женской?
Но все же, хотя Васенька всегда занимал в моем сердце особое место и я не могла приравнивать его к остальным моим поклонникам, лучше бы в меня влюбился Алекс. Хотя логика подсказывала, что нельзя разбрасываться такими предложениями, но жить с котом – это что-то сомнительное… Я имею в виду жить в том самом смысле. От меня же все друзья сразу отвернутся, преисполненные отвращения, да и родители не одобрят, наверное. С другой стороны, он ведь умный, добрый, самоотверженный. Сколько раз он вступался за меня при первой опасности, рискуя собственной жизнью.
Я очнулась от своих мыслей, увидев, что на кладбище как-то необычно людно сегодня. Сюда стеклось, наверное, не меньше половины деревни… Можно подумать, что мы попали на народное гулянье. Нет, судя по внешним признакам, скорее, все-таки похороны. Мужики стояли, обнажив головы, а женщины в темных платках не переставая голосили что-то вроде: «Да на кого ж вы нас оставили-и-и?!» Эти вопли, как ни странно, заканчивались хихиканьем. Да и лица хоронивших не отличались унылостью выражений. Парни помоложе улыбались и отпускали разные шуточки.
Поначалу меня возмутило подобное кощунство, а когда мы подошли ближе, я удивленно округлила глаза. Могилы как таковой не было, да и гроба тоже. Только маленькая ямка, куда при нас торжественно высыпали с маленькой досочки целую кучу дохлых мух и тараканов. Рядом весело приплясывал Лукашка. Кто-то бросил первый ком земли, постаравшись сделать максимально печальное лицо, после чего за полминуты «могила» была засыпана остальными участниками этой странной мистерии. Все стали расходиться, видимо, торопясь на поминки, а вынырнувший из толпы Антон подскочил к нам. Шустрый какой! Мы оставили его в деревне всего минут десять назад, а парень уже оказался в гуще событий.
– Ну как вам наш Семен-летопроводец? Верно, что веселый праздник?! – с горящими глазами выпалил он.
Меня терзало сильное любопытство, сразу захотелось узнать все об обычае хоронить тараканов, я ведь не слышала о таком ни разу. Поспешно ткнула в бок Алекса, довольно чувствительно, судя по тому, как он согнулся, зато, похоже, намек понял и спросил:
  
– Точно, очень интересное представление… А утоли-ка ты безграничную любознательность моей таджикской супруги, – при этом я улыбнулась как можно милей, – и расскажи нам поподробнее об этом деле.
– Дык она же вроде по-русски не разумеет…
– Я ей потом художественно переведу.
– Объясняю для невежд: на Руси издавна в день Семена-летопроводца хоронили мух и тараканов, чтобы они ушли из дома, – не выдержал кот. Но, встретившись взглядом с побледневшим Антоном, он тяжело вздохнул и добавил, делая невинные глаза: – То есть я хотел сказать – мяу-мяу!