Профессиональный оборотень. Каникулы оборотней. Хроники оборотней
Мои родители живут у судоремонтного завода, на другом конце города. Добираться оттуда в институт неудобно, и во время сессии я обычно переезжаю в маленькую двухкомнатную квартирку моей покойной бабушки. Это и ближе, и не достает никто…
Отперев дверь, я заскочила в прихожку, зажгла свет и, отойдя от прохода, любезно произнесла:
– Проходите. Вон гостевые тапочки. Сейчас я что-нибудь приготовлю на ужин. А вы пока располагайтесь. Туалет там, в конце коридора. Ванная рядом. Пользуйтесь. Но… – добавила я, глядя на окончательно проснувшегося котика, – ты не подумай, что я так вот могу запросто пригласить к себе домой первых встречных. Такое у меня впервые, усек?
– Как скажешь, подруга, буду считать себя избранным, – успокоил меня кот.
Он спрыгнул с плеча своего товарища и, переваливаясь, побрел прямиком в гостиную, наверное, в поисках дивана.
Алекса я отправила в ванную мыть руки, а сама принялась готовить ужин. Отварила макароны, вылила туда остатки аджики, в холодильнике нашла кусок зачерствелого сыра (он тоже пошел в ход) и, на счастье моих дорогих гостей, три магазинные котлеты, которые оставалось только поджарить. В принципе, я могла неделю не покупать продукты, один раз затарившись на рынке. Вопрос, что есть, меня никогда не беспокоил. Я вообще неприхотлива в еде, часто обхожусь парой бутербродов на ужин, не затрудняя себя готовкой. Но другое дело гости! У нас, на Востоке, это святое.
Котлеты не слишком сильно подгорели, поэтому я надеялась, что голодные агенты будут удовлетворены моей стряпней и не заметят мелких недостатков. Закипел чайник, я полезла в шкаф за чашками. Вода в ванной перестала шуметь, и через пару минут в кухню заглянул агент Алекс с мокрыми волосами и встревоженно горящими глазами. Усы и борода также исчезли – наверняка были приклеенными.
– Что-то случилось?
– Нет, я хотел только спросить… то есть сказать… – замялся он. – В общем, кушать очень хочется. О, котлетки, сто лет не ел! – покосился он на плиту, радостно облизнувшись.
– Правда? А сколько тебе тогда лет? – простодушно и с искренним любопытством осведомилась я, отпихивая его от плиты. – На вид не больше тридцати, но, может быть, и все двести?
Он удивленно посмотрел на меня, явно недопонимая…
– Ну, я думала, у вас в будущем вполне могли придумать какую-нибудь вакцину против старения, – пояснила я.
– А-а… Это образное выражение, просто давно не ел мясных котлет, – уклонился он от ответа.
Конечно, не мешало бы дать ему что-нибудь переодеть после душа вместо еврейского костюмчика. Да у меня не было ни одного сарафана его размера. Но, похоже, парень и так был доволен. Просто не стал надевать жилетку и пиджак и сразу стал похож на человека – в смысле на современного человека. Ореол таинственности с него сошел вместе с уличной пылью, поэтому я даже испытала некоторое разочарование. Хотя агент все равно оставался очень симпатичным.
Я быстро накрыла стол на кухне. Ну, решила, что к рангу почетных гостей агенты из будущего не относятся, поэтому сойдет и на кухне.
Мы с Алексом принялись за ужин, но не подумайте, что я забыла о втором герое.
– Кота будем звать? – поинтересовалась я. – Просто он велел не беспокоить, а в итоге останется голодным. Хотя я не рискну обращать на себя его гнев – буди его ты, если хочешь.
– Он продрыхнет до утра, – ответил Алекс, заедая котлету большим количеством хлеба.
Видно, они подгорели сильнее, чем я предполагала. Поэтому свою котлету я не стала есть, предложив ее гостю. Парень энергично замотал головой, отказываясь и убеждая, что он и так уже сыт, а ужин был очень вкусным.
– Ну, если вкусным, – сказала я, улыбаясь, – зачем мяться, ведь я вижу, что тебе и вправду понравилось. Кушай на здоровье!
И все-таки заставила съесть мою котлету. Приятно было наблюдать за его мучениями, но вскоре я почувствовала укоры совести, с которой примирилась, отпоив спасителя большим количеством чая и кофе.
Когда Алекс немного пришел в себя, мне захотелось поболтать.
– Скажи, а почему ты называешь своего напарника «агент Ноль Тринадцать»? У него что, нет своего имени, как у тебя, допустим?
– Напротив, имен у него слишком много, хоть отбавляй, – ответил Алекс, пытаясь держать глаза открытыми. Видимо, его уже морил сон.
– Что ты имеешь в виду? Какие же это имена и почему ты не можешь выбрать среди них что-то более достойное? Агент Ноль Тринадцать – это как номер машины, совершенно безликое прозвище.
– Не подумай, что я его не уважаю. Просто, когда ты узнаешь, какие у него есть имена, сама поймешь, что лучше называть его так, по-простому. Он сам торжественно продиктует тебе весь список…
– А как это получилось, что он стал твоим напарником? – продолжала любопытствовать я. – У вас что, в будущем все животные образованные?
– Нет, пока он единственный в своем роде говорящий кот, – усмехнулся Алекс. – Но он гораздо охотнее сам расскажет тебе свою биографию. Не лишай его этого удовольствия.
– Ладно, – согласилась я и, видя, что Алекс вовсю зевает, задала последний на этот вечер вопрос: – А какая у тебя фамилия?
– Орлов, – почему-то страшно смутился он.
– Алекс Орлов? – неуверенно переспросила я. – Что-то очень уж знакомое…
– Увы, родители удружили…
Судя по его красной физиономии, никаких вразумительных разъяснений мне не видать. Пришлось встать и прикинуть, где его можно уложить. Котик мирно сопел в кресле. Замечательно. Я боялась, что он уснул на диване, а это было единственное место, которое оставалось для Алекса. Агент 013 был слишком больших размеров для кота и, похоже, любил спать «раскидисто», чтобы они уместились там вдвоем. И пушистого агента пришлось бы переносить на руках, что его больное самолюбие вряд ли бы пережило спокойно.
Когда господин Орлов наконец смог лечь спать, я выключила в гостиной свет и унесла телефон в прихожую – звонить родителям. Похоже, они не очень обрадовались, ведь было уже два часа ночи. Наскоро придумала и выложила им историю о том, что предложили вакантное место на курсах с перспективой на аспирантуру. Но это в другом городе, курсы престижные, стипендия приличная, все прочее за счет приглашающих, поэтому выезжать нужно срочно, иначе место будет занято. Спросонья вроде бы поверили. Институт, видимо, придется просто бросить – временно. Если бы не выпало на эту проклятую сессию, моего отсутствия там могли бы и не заметить. Ничего, восстановиться будет не так трудно.
Немножко пугал завтрашний день. Честно говоря, даже очень пугал, хотя в глубине души я была уверена, что тысячи девчонок моих лет отдали бы все на свете, лишь бы их взяли в спецотряд будущего по ликвидации монстров прошлого. Да плюс еще в компании такого мужественного красавчика.
Алекс Орлов… Интересно, почему он не любит свою фамилию? В то, что у меня в крови опаснейший вирус, верилось не очень. По крайней мере, я тешила себя надеждой, что просто понравилась этому сероглазому «еврею». Боже, ну кто додумался убедить его, будто бы в наше время так одеваются очень многие?! Ладно, будем работать вместе – я лично прослежу, куда и как он одевается. Коту такие вещи доверять нельзя.
Хотя особенного страха все-таки, видимо, не было. Ни слез, ни скулежа, ни попыток звать маму… Разумеется, я понимала, что борьба с нечистью не может быть односторонним делом. Представители этой самой нечисти тоже не дожидаются покорно своей участи, а, наоборот, применяя все подручные средства, пытаются выжить (а в идеальном варианте – первыми уничтожить охотников). И кто их за это осудит?
О мое парадоксальное везение! И почему я не пошла в этот вечер домой другой дорогой? В обход, зайдя к подруге, в магазин и вообще другим маршрутом… Хотя зачем теперь себе мозги парить, когда ничего уже не изменишь.
Тьфу ты, пора спать! Похоже, это действительно реальность.
* * *Я проснулась ранним утром от приглушенных звуков спора, доносящихся из комнаты, где спали напарники. Они старались говорить тише, но кот, порой увлекаясь, резко переходил на повышенные тона.