Не кричи...(СИ)
Страшные пустые глаза Адамса близко-близко и они пугают. Да, если во взгляде Рамлоу полыхает ярость и адское пламя бесконечной войны, то тут нет ничего, тут — равнины безумия… И это страшно. Адамс заносит руку с зажатым в кулаке скальпелем. Лезвие сверкает молнией. Первую секунду кажется, что ничего не произошло, а затем по лицу бежит что-то горячее, обжигающее, пахнущее металлом. Кровь мешается с болью. Пульсирует и жжёт на лбу, возле волос. Сердце заходится в ужасе.
Гнусная усмешка на лице Клея превращает его в того самого психа. Я почти не узнаю его. Лицо скривилось в какой-то дикой гримасе. Черты, что прежде казались мне вполне приятными вдруг растворились, выпуская наружу чудовище, таившееся всё это время. Кто этот человек?! Кто? Озноб бьёт так, что я всё-таки теряю равновесие… Брок не спасёт. Он не приедет. Не вытащит меня отсюда снова. Рамлоу сбежал, почуяв запах свободы, и я осталась один на один с этим монстром.
Мои слабые попытки освободиться не приносят успеха. Взгляд Адамса темнеет. Он подходит к импровизированному столу, любовно проводя пальцами по набору инструментов. Что-то бормочет под нос. От этого полушёпота-полубреда мне становится ещё хуже. В глазах темнеет и я слышу, как колотится сердце… Неужели сейчас — это и есть мои последние минуты? Вот правда последние? Не будет больше ничего: ни света, ни на море не поедем с Алексом… Не будет Алекса? Не приду утром на работу… Не будет моего любимого кофе? Я… Просто перестану существовать? Я не хочу… Я не готова! Я не могу умереть! Это не честно!
Судорожно бьюсь, пытаясь развязать узлы на запястьях. Толку-то… Клей что-то такое там наворотил, что только ножом и разрезать. Когда он вновь приближается, держа в руках большой шприц с прозрачным раствором, я понимаю, что последнее, что я увижу перед смертью будут его жуткие, пустые безумные глаза… Господи, хоть бы я потеряла сознание сейчас, лишь бы не видеть и не чувствовать того, что он задумал… Боже, молю тебя… Сбереги Алекса, если Ты есть… А если нет, то и катись к черту!
Клей грубо хватает меня за предплечье, готовясь всадить иглу, как внезапно срабатывает рация. Хорошо знакомый голос буквально ошпаривает кипятком.
— Ну, ждёшь в гости? Чайник ставь… — даже сквозь эфир голос Брока невозможно спутать ни с каким другим.
Клей бросает на меня такой злобный и торжествующий одновременно взгляд, что по коже бежит мороз. Улыбаясь, направляется к машине. А у меня душа рвётся в клочья. То ли от страха, то ли от осознания того, что сейчас происходит. Всё кажется сном. Страшным, бесконечным сном, в котором ты бежишь по коридору, за тобой мчится нечто неведомое, а ты никак не можешь убежать… И не можешь проснуться… Внутри словно что-то горячее лопается и льётся по венам. Если вам когда-нибудь вводили внутривенно хлорид кальция, то вы должны понимать, что я сейчас чувствую. Лицо горит, горят руки, ноги и всё тело словно изнутри сжигает пожаром.
***08.23.2018 2:37 а.m.
Всё бы ничего, но холодная липкая жижа затекает в глотку, забивается в нос и рот, не давая дышать. Блядь! Ёбанная жизнь! Сука, неужели ты так и оборвёшься? Попытка выбраться из западни только усугубляет моё положение. Яркий свет прожектора со стрелы экскаватора бьёт в лицо. Вот выберусь и затолкаю этому уроду в очко всё, что найду под рукой. И похуй, что это похоже на скрытый гомосексуализм. Оказаться по уши в вязкой жиже — я вам скажу то ещё приключение. Кашель душит вместе с вонью от тухлой водицы, в которую я так неудачно десантировался прямо с вала, уворачиваясь от ковша спецтехники. Ловушка на славу. Откуда не смотри — не увидишь, пока не угодишь. Мумифицируюсь я тут знатно, если не смогу выбраться.
Экскаватор глушит двигатель. Свет гаснет. Высокий силуэт замирает на краю котлована. Я вижу его сквозь пелену грязи и слабое освещение.
— Ну что ж, мистер Рамлоу. Не так страшен чёрт, как его малюют… Я думаю, вам будет любопытно узнать, что произойдет дальше? А дальше вы медленно задохнётесь под толщей такой же грязи как и вы сами. Кстати, хочу сказать вам определённое «спасибо» за то, что всё же приехали… Будет кого представить следствию в качестве Койота…
От его болтовни настроение совершенно не улучшается. Что ж, примерно так я и полагал. Я всё ещё пытаюсь нащупать под ногами что-то твёрдое, обо что можно опереться, чтобы выбраться. Не может быть, чтобы у этой ямы не было дна. Руки сводит от напряжения. Частить опасно. Да, это не болото, но приятного мало. Грязь с жижей затягивают не хуже трясины. Судорожно соображаю, что делать. В болото я ещё не попадал. Ну, в настоящее, в смысле. Говножизнь не в счёт. До условного берега подать рукой, но для этого надо её вытащить из чачи, не утопив при этом весь остальной организм. Я не знаю, какого хуя творится у этого полуёбка в голове, но вместо того, чтобы прикончить меня, он просто уходит. Неужели мысль, что я утону в болоте заставляет его оргазмировать? Странные фетиши.
***08.23.2018 3:12 а.m.
Клей поигрывает скальпелем, то и дело поглядывая на меня. Если бы его лицо не было скрыто под маской, он бы улыбался. Я-то знаю. Я всё ещё не оставляю попыток освободить запястья, но руки только сильнее отекают. Плечи ноют, как бы я не пыталась выкрутиться.
— Тебя найдут. Найдут, и посадят!
— Возможно. А возможно и нет. Ты же не нашла, хотя я был у тебя все эти годы прямо под носом… — мечтательный тон сменяется прямо-таки насмешкой. — Думаю, твоему новому бойфренду понравился сюрприз, что я для него устроил. Грязевые ванны для полного… расслабления, так сказать.
— Рамлоу из тебя душу вытрясет…
Клей замирает на миг, пожимая плечами. Смотрит лукаво. Когда он подходит ближе, меня начинает трясти. От него воняет канализацией и смертью. Не могу отделаться от ощущения, что всё это время от него действительно пахло смертью, как в морге, как в прозекторской… А я не замечала.
— Душу? Милая моя Нина… Кстати, о душе… Она у тебя в пятки не уходит при мысли о том, что ты оставишь бедняжку Алекса совсем одного на всём белом свете? Но ты не беспокойся… Как только я закончу с вами обоими, я обязательно наведаюсь к нему…
Тёмная тень молниеносно пересекает луч света. За спиной Адамса возникает грязная, встрёпанная фигура Рамлоу. В руках у него лопата. Он сверкает глазами так, что я невольно сглатываю. Видеть его одновременно и радостно и страшно. Он сейчас похож на полоумного демона, вырвавшегося из преисподней. Весь в грязи и крови. Судя по всему своей. Клей на секунду силится понять, что произошло, разглядывая моё лицо, но хриплый, упавший голос его опережает:
— Куда ты, блядь, собрался наведаться? — широко замахнувшись, Рамлоу бьёт лопатой по голове Адамса.
Я невольно вскрикиваю. Честно — радостно! Ладно, ещё честнее — злорадно. Удар дезориентирует Адамса, но не выводит из строя. Он шипит, стонет, уклоняясь от следующего удара. Сказать, что Рамлоу молниеносен, я не могу. Я рассчитывала, что он, как заправский профи открутит этому ублюдку башку в три счёта. Я надеялась, что так и будет. Брок же ловит воздух раскрытым ртом, как загнанная лошадь. Глаза красные, на руках бугрятся вены. Видно, ему пришлось не сладко. Судя по кускам отваливающейся грязи в прямом смысле слова, Клей устроил ему западню.
— Выбрался-таки… Неожиданно, — Клей отползает за машину, спешно ища что-то.
Я могу видеть лишь скосив глаза в бок. Повернуть голову не получается, мешает привязь. Рамлоу, опираясь на лопату, пытается отдышаться.
— Ты как? — спрашивает, не сводя глаз с мельтешащего где-то в тени Адамса.
— Сойдёт. Сделай уже с ним что-нибудь…
Рамлоу кивает, устало отбрасывая лопату в сторону. Привычным жестом тянется за оружием к кобуре, и судя по выражению его лица, что-то идёт не так. Кобура пуста. Рамлоу матерится вполголоса, оглядываясь в поисках Адамса. Тот не заставляя себя долго ждать, всаживает скальпель в лопатку. Ростом он почти на две головы выше Брока, да и не так измотан. Начинается дичайшая потасовка. Рамлоу рычит не хуже животного, хватая Клея за руки и рывком перебрасывая через себя. Адамс тяжело падает на столешницу, ломая под своим весом что-то. Собственные медицинские инструменты осыпают его. Сопение, возня и рычание сопровождают эту потасовку. Нет, это явно не кино, где драки красиво поставлены, продуманы и всё видно. Единственное, что мне видно, так это как два мужика сплетаются в один вонючий грязный клубок на полу, пытаясь удавить друг друга. Горячая кровь брызгами попадает мне в лицо, когда Клей с силой бьёт Брока по уже нанесённой ране, заставляя того сделать шаг назад. Я думать не могу ни о чём, кроме как чтобы Рамлоу победил. Сердце колотится, кажется где-то в горле, и хочется орать, вырваться из пут и всыпать Адамсу от щедрот. Пробую вырваться, напрягая остатки сил. Проклятье!