Северный мир. Опасный дар (СИ)

Мы оставили Белозара контролировать, чтобы огонь не вышел за пределы заброшенного участка, а сами направились к толпе селян, которые заполнили дорогу. Чтобы пройти к себе, нам надо было миновать их.
– Мы видели огненную фигуру над домом, – сказал старейшина, – неужели Тимира всё ещё сохранила силу?
– Уже нет, – ответил мой муж.
– Много солнц она не проявляла себя, – продолжал собеседник.
– Колдунья затаилась и ждала удобного момента, который пришёл, когда её навестила Милиса, оказавшаяся кровной родственницей. Да и тянуть больше было нельзя: разливающийся по нашим землям свет скоро уничтожил бы наследие Тимиры. Ей надо было попробовать вернуть себе власть сейчас. И среди селян были те, кто разделял эти планы, – продолжал Демид.
– Нам об этом ничего не известно, – ответил старейшина.
– Зато мне известно, – спокойно проговорил посланник князя, – к предателям уже пришли мои люди.
Селяне оглянулись. За их спинами в окружении воинов, прибывших вслед за моим мужем, стояли те, кто плёл заговор против назначенных князем старейшин и хотел на сборе после свадебного огня захватить власть.
– В чём нас обвиняют? – спросила одна из схваченных женщин.
Она была той, что беседовала с Милисой перед походом той в дом Тимиры.
– Об этом вы узнаете на совете, который будет судить вас, – ответил Демид.
Виновные пытались возмущаться и искать сочувствия у своих соседей. Но те отошли подальше, не желая иметь ничего общего с предателями. А тем более спорить с теми, кто только что уничтожил логово змеи.
Мы же пошли к дому, желая отдохнуть и прийти в себя. Я наконец осознала, что сегодня могла пострадать. Привыкнув быть в безопасности в своём доме, я стала слишком беспечна, в чём корила себя сейчас. Демид думал о том же, понимая, что если бы не Белозар, неизвестно, чем бы всё кончилось.
– Будет нам наука – не считать себя всесильными, – сказал он, и я согласно кивнула.
Вдалеке на дороге послышался шум множества копыт. А перезвон бубенцов на гривах лошадей возвестил о прибытии в наше селение княжеской семьи. Глаза Радамилы, идущей рядом с нами, радостно заблестели: вскоре она должна была увидеть Светозара.
Мы с Демидом остановились. Было понятно, что отдохнуть нам не удастся. Радовало лишь то, что со змеиным логовом было покончено, и Тимира не сможет причинить вред прибывающим гостям.
Вскоре показались и первые всадники. Цветана с княжичем путешествовали с размахом, чтобы все видели, что вернулись истинные правители: они возобновляют традиции предков по посещению селений и не боятся выходить к народу.
Дружинники, сопровождающие княжескую семью, увидев Демида, остановились и спешились. Придерживая коней, они поприветствовали своего предводителя. Он спросил, как прошла дорога, всё ли было спокойно, а после сказал им, что часть воинов может остаться в нашем дворе для отдыха, а часть направится в дом около ручья. Дружинники кивнули и построили остальных воинов в шеренгу, чтобы княжеская семья вышла из повозки вдоль караула.
Демид открыл полог, из-за которого показалась Цветана. Она радостно улыбнулась ему, а Светозар еле сдержался, чтобы не обнять своего названого отца, ведь Демид растил его как сына многие солнца. Но на людях такие проявления чувств были невозможны для правителей, поэтому княжич просто приветливо кивнул моему Ладо, вышел из повозки, подал руку матери и, поддерживая её, направился ко мне и Раде.
Дочь замерла в предвкушении встречи. Те несколько метров, что разделяли их со Светозаром, молодые люди не сводили друг с друга глаз. Сблизившись, они улыбнулись, ведь больше ничего не могли себе позволить.
Цветана же протянула мне руки и крепко сжала их. Мы прошли за ворота, а Демид остался давать распоряжения по размещению повозок и людей.
В нашем дворе было шумно, дети веселились, играли, вспоминали вчерашний праздник. Старшие мальчики успели поприсутствовать на сегодняшнем сожжении дома колдуньи и теперь взахлёб рассказывали младшим, какую змею видели над крышей заброшенного дома, а те им не верили. Ведь даже малые дети знают, что пресмыкающиеся ползают по земле, а не витают в воздухе.
 
– Как у вас интересно! – сказала мне княгиня, услышав, о чём говорят мальчишки.
– Да, но матушка чуть не погибла, пойдя с нами, – ответила Рада.
Цветана удивлённо подняла на меня глаза. Я быстро пересказала ей случившееся.
– Это тот старый дом у края селения? – уточнила она.
Я кивнула.
– Мне он всегда не нравился, – сказала княгиня, – по коже бегали мурашки, когда проходила мимо него.
В этот момент со стороны двора, где раньше жила княжеская семья, вышла Велислава. Она направлялась в большой дом и несла близнецов на руках. Цветана обернулась к ней. Соперничество между этими двумя женщинами за сердце Белозара давно осталось в прошлом, и княгиня, отличающаяся любовью к детям, протянула руки к сыновьям своего прежнего возлюбленного. Моя невестка дала ей Велимудра, который сладко спал.
– Как на деда похож! – воскликнула Цветана.
– Да, мой двоюродный брат – вылитый дед, – сказал неслышно подошедший к нам Милослав. – Ведмурд показывал мне его в своих видениях, он очень гордится своими внуками.
Последние слова были обращены к Велиславе, делая ей честь как матери. Та зарделась от оказанного внимания.
– Матушка, с вами всё в порядке? – спросил сын, поворачиваясь ко мне. – Я видел, как вас окружили змеи, послал к вам Крона, но он быстро вернулся без добычи. Видимо, всё решилось без него.
– Почему ты не предупредил нас об опасности? – накинулась на него Рада. – Если бы не предчувствие Велиславы, то неизвестно, что бы сейчас было.
– Я отправила к вам Белозара, не зная, что Младе нужна помощь, – тихо сказала женщина, – просто он изнывал, не имея возможности применить огонь.
Милослав же повернулся к Радамиле и проговорил:
– Сестра, ты зря обвиняешь меня. Я не вижу грядущее нашей матушки, да и никого из нашей семьи. Лишь общие очертания. Родную кровь тяжело просмотреть наперёд. Это недоступно даже сильнейшим из нас.
– Не ссорьтесь, – молвила я, – всё закончилось хорошо. А впредь я буду осторожней.
К нам подошёл Демид, закончив размещать прибывших воинов. Одного из наших сыновей он отправил с дружинниками к лесному дому Боремира, чтобы показать им дорогу и предупредить хозяев о приезде княжеской семьи.
– Где ты нас разместишь? – спросила Цветана.
– Я могу уступить вам дом, – проговорила Велислава.
– Нет, я оставила его вам с Белозаром не для того, что прогонять при приезде, – покачала головой Цветана, – погостить я могу и в общем доме.
– Боремир построил новый дом в лесу на берегу реки. Там очень красиво и спокойно, – ответила я, – мы с Демидом хотели предложить вам пожить там. Я знаю, что ты любишь уединение, а в нашем дворе его не будет.
– Дом в уединении в лесу? – переспросила Цветана. – Я с радостью побуду там. Добираться надо пешком?
– Нет, можно поехать на лошади, – сказал Демид.
– Наконец-то я вновь почувствую свежий ветер и быстроту езды! – улыбнулась княгиня. – А то обязанности совсем лишили меня времени на удовольствия.
– Как Славемира и сыновья Лебедяны? – спросила я, поняв, что Цветана говорит в том числе и о детях мужа, забота о которых легла на её плечи.
Ведь прислужницы не могли дать им любви, в которой нуждались дети.
– Дочка растёт, я по ней очень скучаю в разлуке, – чуть взгрустнув, ответила княгиня, – и к мальчикам тоже привязалась. Они такие чуткие, к добру тянутся, за любую ласку благодарны. У Лебедяны ведь не было времени с ними нежиться. Одна она в доме управлялась. Я стараюсь уделять им внимание. Они уже привыкли и ждут меня.
– Как нежданно Боги подарили тебе большую семью, – сказала я, зная, что княгиня всегда хотела много детей.
Но это было ей недоступно. Сколько бы Цветана ни спрашивала меня о возможности родить ещё ребёнка, мне было нечем её порадовать. Нить материнства в её судьбе обрывалась сразу после рождения Светозара. Но дальше шёл красивый рисунок полотна жизни, на котором была забота о многих других детях. Согласно ему она стала княгиней-матушкой для всех Северных земель и для своих пасынков.