Цемфелада (СИ)
— И, что теперь будет?
— Да кабы знать. Я раньше соборов не встречал, сегодняшних божеств иначе воплощали. Инструкции, конечно, читал, но их, как известно, пишут для тех, кто уже собрал всё своими руками. С Тэлой я сам поговорю, постараюсь как-нибудь усмирить её гнев. Основной вопрос в другом — кого сможет воспитать этот варвар.
— В смысле, воспитать?
— Новая богиня будет единственным представителем золотого пантеона и будет она… Очень юной.
— Насколько юной?
— На подростка потянет, я думаю.
— Подростка?!
— Точно сказать не могу. По человеческим меркам, лет так от четырнадцати до восемнадцати кто-то будет. Говорю же, нашему солнцу не так много внимания доставалось, в отличие от того же феномена войны, например. А с появлением Аины так и вовсе позабыли да позабросили.
— Хорошо, допустим. Тем не менее, она будет полноценным божеством?
— Конечно! Со всеми вытекающими. Она может стать вашим благословением и сокровищем, а может испепелить и по ветру развеять. Уверен, характер у неё будет не из лёгких.
— Откуда такая уверенность?
— Это же солнце! Да ещё и воплощённое пьяным варваром, призванным дикарём, на отобранной силой мане вскормленное. При таком раскладе, лично у меня, нет оснований надеяться на появление богини с покладистым характером и поведением монашки.
При этих словах, господин Сист как-то совсем нехорошо посмотрел на Захара.
— У меня детей никогда не было… А детей-богинь тем более. Может быть её можно будет отдать в какой-нибудь пансионат, или в детдом сдать за дополнительную плату?
Привратник погрозил Захару кулаком:
— Я тебе сейчас сдам! Я тебя самого сейчас в пансионат отправлю, к одному из тёмных богов, на воспитание. Заделал ребёнка по пьяни и в кусты?
— Вот же подонок! — Сидон даже плюнул в сторону Захара.
— Хар, ты настолько безответственный человек? — театрально удивился Флор, — Я был о тебе лучшего мнения. А как Надина расстроится, узнав о сущности твоей подлой душонки…
— Хватит ёрничать, — пресёк издевательства господин Мелий и обратился уже к Привратнику, — вопрос серьёзный. Не каждый день в мире появляются новые богини. Что мы как гильдия можем сделать, можем поручить её воспитание кому-то более ответственному?
— Исключено. Во всяком случае первоначально, только господин Хар будет для неё хоть каким-то авторитетом. К тому же, между ними будет особая связь, как между родственниками. Взаимопонимание будет. Ну и учитывайте из какого жестокого мира прибыл сам господин Хар. Не думаю, что юное божество сможет его запугать и начать здесь беспредельничать. Вам придётся справиться. Теперь придётся, и справиться, и довериться.
— Золотой пантеон, — произнёс глава, — это светлое божество?
— Не знаю. Многое зависит от воплотившего её человека. Если у него душа светлая, то и Цемфелада будет светлой богиней. Хотя, в моём понимании, она должна быть похожа на красных богов.
Привратник подошел к «собору» и дотронулся до одной из арок рукой, закрыв глаза. Строение на глазах начало преображаться. Колыбель скрылась за могучими стенами, перед которыми выросли громадные колонны из туманного мрамора и ступеньки. Гранитный цоколь поднялся метров на пять и выдвинулся уступами, словно волнорезами, на которых расположились искусно вырезанные статуи мифических существ. Крыша вытянулась изгибами арок, покрытых лепниной, в стенах появились ниши с разного рода изображениями религиозной направленности, захудалая постройка превратилась в ослепительно прекрасный и величественный собор.
Ранее прямоугольное многоэтажное строение гильдии, со дворами и ареной, превратилось в пятиугольник, вершиной которого оказалось здание собора.
— Не благодари, — обратился к Захару Привратник, — это часть моей работы, а вот храмы, в дальнейшем, сами уже строить будете. Алтарь воскрешения здесь, кстати, семиконтурный.
— Это что значит?
— Что домой я через него пойду.
— Ты его построил только чтобы домой уйти?
— Нет, конечно! Стал бы я ради этого корячиться. Собор потому что! Какой же ты дикарь. У божества может быть только один собор в мире, и он предоставляет весь возможный спектр услуг.
— Хм, а какого-нибудь бога через него позвать можно, поговорить?
— Ты совсем страх потерял? Может, тебя лучше сразу прикопать прямо здесь? Что ты в божественных чертогах забыл?
— Я не из праздного любопытства интересуюсь. Мне гильдия торговцев хорошо помогла, когда я здесь появился. Кроме всего прочего, они пообещали узнать всё о человеке, который меня призвал. Расплатиться с ними можно и золотом, но они очень просили о возможности поговорить с Верконом.
— И ты согласился?
— Раз о подобном просят, значит, это возможно. Или я ошибаюсь?
Привратник с минуту смотрел на Захара, потом покачал головой.
— Ты и правда чудной. Как можно подобное обещать? Ну и как ты собирался с ним говорить, или ты уже тогда решил Цемфеладу воплотить?
— Ничего я не решал. Я ещё сегодня утром даже не подозревал о том, что сделал. Просто, мне стало интересно, возможно ли это и насколько сложно.
— Возможно. Для тебя это будет даже не сложно. Если доживёшь, Цемфелада сможет договориться о встрече и отправит тебя к Веркону прямо из этого собора.
— А главу гильдии торговцев?
— Или главу. Если они договорятся. Только вот с чего ей договариваться, тем более с Верконом? Он такие условия выставит, десять жизней не хватит расплатиться. Зря ты согласился.
— А ты не можешь помочь в этом вопросе?
— Мог бы, если бы в этом была насущная необходимость, но её нет. Это не судьбоносная для всего мира встреча, как в случае с тобой и Цемфеладой. Так что, с этим не ко мне. Ради какого-то торговца я не могу нарушать миропорядок. При случае, обсуди этот вопрос с Цемфеладой, а там, как она решит.
— Хорошо, понял.
— Продолжай напитывать колыбель маной, не вздумай бросить это дело.
— А что будет, если бросить?
— Колыбель сама возьмёт, что нужно и воплотится тёмное божество. Демон чёрного солнца. И тогда, это королевство будет уничтожено, а за ним и других очередь настанет.
— Прикольно.
— Нет, это совсем не прикольно. Это великое горе, океан страданий и вселенная боли.
Привратник похлопал Захара по плечу, сказал, чтобы тот больше не безобразничал, пообещал ещё увидеться и утопал в собор, на алтарь воскрешения. Ну и зря, мог бы снова устроить шоу с лучами и дыркой в пространстве.
— Не думал, что вы с Привратником такие друзья, — произнёс господин Сист.
— Да как и со всеми. Недавно познакомились.
— Он тебе собор построил! И не абы из чего. Здесь каждая ступенька состояние стоит. Грандиозное сооружение…
— Не уверен, что он конкретно для меня старался.
— Для ещё не воплотившейся, мелкой, ничем и никак не проявившей себя богини, у которой ни одного верующего нет? Нет, господин Хар, здесь имеет место быть влияние непосредственно твоей личности. Это первый и единственный собор в мире, с первой в мире колыбелью, которую создал ты. Понимаешь? Ты создал то, что после появления Цемфелады станет центральным алтарём её собора. А единственный в мире семиконтурный алтарь воскрешения создал Привратник.
— А кто обычно их создаёт?
— Храмы строят люди, алтари создают боги, если их всё устраивает.
Только сейчас Захар осознал во что влез и как-то неосознанно выругался.
— О чём я тебе и говорю. Ладно, не сильно огорчайся своим положением. Привратник прямо сказал, необходимо завершить начатое дело. Цемфелада может стать для нас сокровищем и благословением, если мы приложим к этому усилия. Не стал бы Привратник доверять тебе воспитание богини, если бы ты был полным отморозком. Поверю в тебя и я. Только двери больше не обсыкай, для этого у нас туалеты есть.
— Постараюсь…
— Теперь у нашей гильдии есть собственный собор, а скоро будет и своя богиня, с которой мы просто обязаны подружиться.
Захар улыбнулся. Да, если за твоей гильдией присматривает какое-нибудь божество, это всегда радует.