Омут желаний (СИ)

Время нещадно уходило. На часах было без пяти минут семь. Пришло время принять решение, которое изменит мою жизнь в лучшую или худшую сторону. Я долго собиралась с мыслями, наверное, несколько секунд, которые длились несколько часов. Но в конечном итоге мой выбор был предрешен. Я сама вам об этом сказала в самом начале.
Оставив все дурное, я не спеша прошла по каменной дорожке и позвонила в парадную дверь. Признаюсь, в тот момент мне хотелось сбежать. Да уж, я та ещё трусиха. Но выбор был сделан, кости брошены, события сведены к общему знаменателю. Могу сделать ещё больше акцента на философской чуши, в которой я не разбираюсь. Суть не измениться.
– Кто там? – спросили меня за дверь.
– Это Ханна, – представилась я своим псевдонимом.
Честно говоря, когда дверь открылась, захотелось сбежать, сверкая пятками. Моя первая клиентка была очень далека от совершенства. Клер предстала передо мной сорока летней тёткой с обвисшей грудью. Она была одного роста со мной, но весила, возможно, в два раза больше. Эта черноволосая женщина была коротко стрижена, почти обрита наголо. На ней была надета оранжевая футболка, скрывающая лишний вес и, как ни странно прозвучит, мягкую мускулатуру и татуировку на предплечье в виде сердца. Ниже были широкие шорты, обтягивающие опухшие бёдра с явными признаками варикоза. На щиколотке красовалась ещё одна татуировка – на этот раз в виде ножа.
– Проходи, Ханна, – радужно поприветствовав меня, Клер, видимо, догадалась, что я собиралась сбежать, схватила меня за руку и силком затащила в дом.
Мы встали так близко друг к другу, что я отчетливо могла изучить черный цвет радужки и уловить запах пота. Это точно был пот, перебивающий аромат приготовленного мяса. Да и по внешнему виду стало заметно, как она сильно потеет. Будь я толстой женщиной, то переехала бы из жаркого Майами в Чикаго. Там всегда прохладно.
– Не похоже, что тебе восемнадцать, – окинув меня взглядом и разглядев с макушки до пят, сказала Клер. – Сколько тебе лет, Ханна?
Я осторожно поправила края юбки и решила, что мне тут не место.
– Шестнадцать.
– Даже вся эта косметика не может этого скрыть.
– Думаете?
– Вижу, – улыбнувшись, Клер взяла меня под руку и повела на кухню. – Меня это не пугает. Возраста согласия ты уже достигла, раз занимаешься проституцией.
Я все ещё верила, что смогу уйти. В обществе этой женщины мне было не по себе. И речь тут вовсе не про запахи и внешний вид. Даже слепой бы понял, что Клер бывшая уголовница. Её манера разговора, поведение, все эти татуировки говорили о женщине, недавно покинувшей места не столь отдаленные. Мне не хотелось спать с уголовницей, ибо здоровье превыше всего. Вот только у неё и на это нашелся ответ.
– Майами Дейд, – положив на кухонный стол папку с результатами анализов, сказала она.
– Не поняла, – задумалась я.
– Я отсидела восемь лет в колонии общего режима, – объяснила она. – Откинулась две недели назад. Можешь взглянуть на анализы. Я чистая. Ни ВИЧ, ни СПИД, ничего, что может повредить нашему отдыху.
Поглядев на неё краем глаза, я открыла папку и убедилась, что она сказала правду. В медицине я разбиралась плохо, но уж прочитать отрицательные результаты на анализах способна. К тому же результаты были четкими, словно сделаны специально для того, чтобы показывать людям. Обычно язык врачей более сложен для восприятия.
– Убедилась? – следом за папкой Клер положила на стол конверт, мою первую зарплату в новом амплуа. – Считать будешь?
Я открыла конверт и увидела кипу стодолларовых банкнот. Ровно столько, сколько запрашивала на сайте. Может, стоило поднять цену, чтобы бывшие уголовницы не могли меня снять? Думать об этом было поздно. От такой кучи наличности у меня засияли глаза, руки сами положили конверт в сумочку, а губы расплылись в улыбке.
– Все нормально? – не успокаивалась Клер.
– Да, конечно, – выдавила я. Эти клятые деньги загнали меня в тупик. Я не хотела их отдавать, но и заниматься сексом с этой женщиной не собиралась. Как же мерзко от неё воняло! С трудом подавив приступы рвоты, я добавила: – Живете одна?
– Боишься, что ко мне в гости кто-то нагрянет? – улыбнулась Клер. – Не волнуйся, Ханна. Я не собираюсь тебя обманывать. Все честно. Последние два года у меня выдались трудными. Мне хочется немного развлечься, понимаешь?
– Понимаю, – закивала я, хотя ни черта не понимала в том, что она говорит. Все из-за этого запаха.
– Голодна? – не удержавшись, поинтересовалась она.
Как можно кушать в этом отвратительном месте? Кстати говоря, дом был прибран, везде заметно, что женщина следит за жильём. Но этот запах пота не давал покоя. Он вызывал отвращение, поэтому я вежливо отказалась.
– Можно задать вопрос?
– Хочешь узнать, за что я сидела? – догадалась Джил, и я кивнула в ответ. – У меня были сложности с законом из-за брата. Мы состояли в одной банде. Перевозили оружие, держали притон, два десятка проституток. Я была ужасным человеком, Ханна. Может быть, по телевизору говорят, что бывший уголовник не изменит своей натуры и вскоре снова попадет в тюрьму. Но четыре стены и решетка на окнах сильно меняют человека. Моего брата убили в перестрелке, поэтому с прошлым покончено. Не бойся меня, ладно. Я не причиню тебе вреда.
Она говорила так искренне, что сложно было усомниться в её словах. Я ей почему-то поверила, даже в глубине души пожалела. Будь у меня брат или сестра, я бы тоже расстроилась из-за смерти. Мне было знакомо чувство утраты.
– Год назад умерла моя мама, – едва слышно сказала я. Сама не знаю, зачем решила открыться. Было чувство, что мы пережили общее горе.
– Прими мои соболезнования, Ханна, – робко улыбнулась Клер. – Может, хочешь выпить? У меня есть бутылка вина, холодное пиво. Даже русская водка найдется, если хорошо поискать.
Было понятно, что она пытается сменить тему. Мне тоже не хотелось говорить о смерти. Только не сегодня, не сейчас и не с ней. От водки и вина я отказалась, ибо в такую жару пить не безопасно, а вот от бутылки холодного пива отказываться глупо. Я ещё в автобусе вспотела так, что хотела промочить горло. И бутылка пива помогла прикончить не только жар, но и неприятные ощущения.
Редко пью алкоголь. Последние несколько месяцев вообще не пила. Поэтому угощение Клер начало играть злую шутку. Во-первых, я расслабилась, а это не слишком хорошо. Только не рядом с бывшей уголовницей. Что бы она ни говорила, я ей собиралась ей доверять свою жизнь. Во-вторых, после выпитого пива сначала стало свежо, а потом ещё жарче. Тело горело изнутри. Я начала обильно потеть. В-третьих, Клер это видела и улыбалась.
Пока допивала бутылку холодного пива, ещё не понимала, почему она улыбается и что меня ожидает. А ожидал меня сущий ад, через который пришлось пройти. Не скажу, что это плохо. Впрочем, вы сейчас сами все поймете.
  
Глава 5
 
До восьми часов мы пили пиво, говорили о пустяках, но большую часть времени молчали. Осушив третью бутылку пива, Клер посмотрела на мои ноги и демонстративно облизнулась. Мне стало не по себе.
– Заплачу ещё триста долларов, если пойдем в постель прямо сейчас, – сказала она, попутно вытащив из сумочки наличность.
Тут стоит сделать намек на то, сколько я могу зарабатывать проституткой. Каждый час стоит три сотни. Не много, учитывая, сколько зарабатывают профессиональные индивидуалки. Я выбрала усредненную цену. По меркам сайта ночь длиться двенадцать часов, что в купе выходит: три тысячи шестьсот долларов. И это только за время, проведенное с клиенткой. За секс идет отдельная плата, по сотни за каждый час. Это ещё тысяча двести долларов, в которые входит только то, какие услуги я предоставляю: оральный, вагинальный и обоюдный секс с женщиной. Итого Клер заплатила мне около пяти тысяч долларов за ночь и предлагала ещё триста за лишний час.
От вида денег у меня кружилась голова. Ещё вчера я с трудом смогла насобирать сотню долларов, чтобы купить интимное бельё, которое стоит сущие копейки, а сейчас у меня в сумке лежало пять штук и клиентка предлагает взять ещё. Как тут откажешься? Я охотно забрала деньги.