Изгоняющий бесов. Трилогия (СИ)
Рванувшись изо всех сил, я стукнул красотку каблуком сапога по большому пальцу ноги, чтобы потом на развороте и одним движением корпуса перебросить через бедро, метод проверенный.
Но, увы, девица и бровью не повела, словно не чувствуя боли. Она не отпускала, классическим борцовским захватом прижав мои локти к моим бокам и, более того, потянувшись ко мне пухлыми, причмокивающими губами.
— А я тебя-а хочу, бесого-он…
О нет! Это же просто морок, там на самом деле всего лишь туповатый прыщавый парень. Не хочу, не буду, отстаньте от меня, где мой револьвер?! Нет револьвера. Каким-то чудом я сумел извернуться, достать правой рукой фляжку, свернуть зубами крышку, выплюнуть, отхлебнуть и…
Блондинка меня поцеловала! Глубоко, с языком, получив половину святой воды изо рта в рот! Взрывом меня швырнуло на пол, а мне на грудь рухнул вернувшийся нью-царь, чихающий, обмочившийся, в соплях и рвоте. Как же я ненавижу-у эту работу-у!
— Гесс, — брезгливо стряхнув с себя обвисшего негодяя, я попытался нащупать в кармане носовой платок, — будь другом, найди какую-нибудь тряпку, я тут чёрт-те в чём, противно-о…
Мой пёс тут же кивнул, содрал модный вельветовый пиджак с одной из четверых тихих, как рыбки, жертв и притащил мне. Кое-как вытерев лицо и руки, я встал, осмотрел разгромленное в хлам поле боя, где мы остались несомненными победителями, отметил на старых, затёртых обоях два маленьких чёрных силуэта с рожками и вздохнул:
— Бери шинель, пошли домой?
— Я их немножечко кусь, но они сразу упали, не хотят играть, обижают собаченьку.
— Что с них взять, ограниченные люди, — согласился я. — Наверняка ещё и невкусные?
— Угу, — печально свёл жёлтые бровки доберман. — А у Марты есть ещё вкусняшки? Я хороший мальчик, я всех победил, я её лизь и лапку дам. На! Хочешь две?
— Думаю, нам лучше всё-таки домой.
— А вы… а меня бесы попутали-и… я больше не бу-ду-у… — раздалось нам вслед. Незадачливый царь нью-дворян, сторонник крепостничества, гаремов и БДСМ как единственного метода восстановления величия Руси, размазывал грязные сопли. — Невиноваты-ый я-а…
Ну уж это как водится! Люди никогда ни в чём не виноваты, это их бес попутал, подтолкнул к греху. А мы-то сами всегда белые и пушистые, ага…
На минуточку мне вспомнились бессмертные строки баснописца Крылова:
«Прости, отец святой,
Прости моё ты прегрешенье! —
Так взмолится Брамин сквозь слёз. —
И сам не знаю я, как впал во искушенье;
Ах, наустил меня проклятый бес!»
А тут бесёнок из-за печки:
«Не стыдно ли, — кричит, — всегда клепать на нас!
Я сам лишь у тебя учился сей же час
И, право, вижу в первый раз,
Как яица пекут на свечке».
Пока поверженная монархическая идея скулила на полу, обняв колени и пуская слюни, мы забрали наши вещи и преспокойно хлопнули по карте. Ни в какой офис Системы в таком виде я не пойду, я весь пахну свинофермой, и вся одежда в препротивной липкой дряни. Если есть возможность целиком, с головой, не раздеваясь, нырнуть в стиральную машину, покрутившись с полчаса в хорошем «Тайде», то я только «за»! И…?
— И…? — вслух повторил я, потому что мы никуда не переместились.
То же самое помещение, четверо мужиков лежат носом вниз, один истерик ноет про всё и сразу, верный доберман в телогрейке и шапке-ушанке преданно смотрит мне в глаза. Чисто автоматически я положил игральную карту на левую ладонь и осторожно прихлопнул правой. Ожидаемого результата не произошло.
— Ничего не понимаю. — Я повторил хлопки три или четыре раза, протянул карту Гессу, и он тоже пристукнул по ней лапой.
Мы оставались на месте, неведомая волшебная (научная?) сила категорически отказывалась возвращать нас в тихий дом отца Пафнутия.
— Тео, сзади, — тихо предупредил Гесс.
— В смысле?
— Я сказал, гав!
То, что в помещении появился кто-то ещё, стало ясно оттого, как резко вдруг похолодало. И это не потому, что где-то открыли и забыли закрыть дверь на улицу.
Оборачиваясь, я ещё раз успел подумать, что впредь надо всегда брать с собой старенький наган с полным боекомплектом серебра. Абсолютно всегда, даже на самые простенькие задания, потому что никогда не знаешь, чем оно закончится и куда тебя заведёт.
За моей спиной стояла черноволосая девушка в длинном кожаном пальто. Я не успел рассмотреть черты её лица, успел лишь отметить, что узкие глаза её полыхали оранжевым пламенем преисподней, когда…
— Декарт мне в печень, да что же тут происходит-то?!
Мы с короткохвостым напарником стояли в белом коридоре, перед дверью в офис. Система, пользуясь своей логикой и собственными правилами, без предупреждения вытащила нас из маленького разгромленного помещения в одной из стареньких хрущёвских пятиэтажек Москвы для сдачи отчёта по заданию. Перед нами ждал своей очереди бесобой с портфелем, в строгом костюме и значком депутата Госдумы на лацкане.
— Добрый день.
— Ты хоть бы вымылся, что ли, а? — Мужчина брезгливо отвернулся. — Здесь приличные люди собираются.
— Я с задания. Не так выгляжу, да?
— Говорю же, здесь люди работают, а не…
— Не нравлюсь? — Я вдруг полез быковать. — Один раз не тот бесогон попался?
— Да не раз, вас таких много, — с деланым страданием протянул мужчина, и я едва успел схватить добермана за ошейник. — Наберут быдла, а потом сами же…
— Следующий.
Депутат встал и шагнул к дверям, не удостоив нас больше ни взглядом, ни жестом.
— Ты не дал мне его кусь, а он плохой, — насупился Гесс, опустив морду к полу. — Не хочу, чтоб тебя обижали.
— Мне не обидно, — зачем-то соврал я.
Не знаю зачем, не спрашивайте. Приходилось и раньше сталкиваться с такими вот лощёными мерзавцами, эдакие маленькие начальники, въехавшие на чьём-то горбу в рай, презирающие всех, кого считают ниже себя, и уверенные, что почти держат бога за бороду. Наверное, это не значит, что все депутаты плохие, просто мне пока не повезло встретить нормальных, да?
— На тебе лапку. Ты хороший.
— Спасибо. — Я взял его за лапу и дунул в нос. — А ты самый лучший друг на свете.
В этот момент дверь распахнулась, и в коридор кубарем вылетел тот самый гладкий тип в костюме. Конец красного галстука был засунут ему в левую ноздрю, дорогой пиджак порван на спине, а на брюках сзади пыльный отпечаток мужской обуви. Значит, в офисе явно не Марта, а скорее всего…
— Следующий! — яростно рявкнули динамики.
Чернокрылый ангел Дезмо был не в настроении. Да он, собственно, и так-то не слишком любезен, но сегодня его, похоже, умудрились довести до белого каления. Мы с Гессом переглянулись и храбро толкнули дверь, всё равно терять уже нечего, оранжевый джокер домой не отправляет.
Вернёмся через Систему, потому что как ни верти, а задание мы выполнили. Бесы изгнаны.
— Фу, какая вонь, — дёрнулся тощий противный тип в чёрном. — Где вас носило, Фролов?
— Работали по двум рогатым в Москве, — быстро доложил я, по-гусарски щёлкая каблуками, поскольку и мне общество Дезмо ни малейшего удовольствия не доставляло. — Освободили человека от упёртых бесов гипертрофированного тщеславия с замесом на лютой похоти. Оба нечистых оказали сопротивление и были уничтожены святой водой. Они лопнули, мы в процессе слегка перемазались.
— Собака и то чище выглядит.
— Меня зовут Гесс, гр-р…
— Имейте в виду оба, я в последний раз закрываю глаза на ваше появление в офисе в таком виде. Не приходилось ещё нарываться на штрафы? Это легко устроить.
— Можешь помыть нас обоих в ванне, — широко улыбнулся я.
— Критиноиды, — буркнул чёрный ангел, нажимая клавишу на ноутбуке, а в следующее мгновение мы уже стояли на крыльце нашего почти родного дома в Пияле. Вот и всех делов.