Маленький адепт Великой тьмы (СИ)

— Андрюха, ты с нами? — Спросил после уроков Андрея Семен на выходе из школьного здания. Они, с парнями, собрались отправиться в железнодорожные мастерские. Чисто осмотреться и пообщаться с тамошним народом. Все же сильно урезанные зарплаты на железоделательном заводе сильно уменьшили его привлекательность для потенциальных новых работников.
— Идите без меня, у меня сегодня дела в городе, — уже на бегу отозвался спешащий в магическую лавку мальчишка.
В магической лавке, против обыкновения, оказался народ. Не много, всего три человека, но даже такое недолгое ожидание было Андрейке нестерпимо. Еле-еле дождался, когда подошла и его очередь. Казимир Карлович, увидел мальчика, радушно разулыбался, и, подняв крышку, перекрывавшую вход из торгового зала за прилавок, пригласил Андрея пройти в его кабинет.
— Простите, господа, это займет буквально несколько минут, — объявил он подошедшим следом за Андрейкой парочке гимназистов лет пятнадцати или шестнадцати на вид, во всяком случае, усики на верхней губе у них уже пробивались.
Кабинет у Казимира Карловича был небольшой: только покрытый красным сукном стол, приземистое кресло для посетителя, да большой, под потолок, железный сейф в углу. Вот из этого самого сейфа хозяин лавки и извлек причитающуюся Андрейке долю: целую банковскую упаковку розоватых казначейских билетов двадцатипятирублевого достоинства. Андрейка от волнения даже не сразу правильно посчитал получившуюся сумму, хотя, казалось бы, чего там считать, к числу 25 сзади всего два нолика добавить.
— Держи, Андрей, это то, что тебе причитается за медвежье мясо, по три рубля за восемьсот тридцать фунтов с унциями, — сказал пожилой торговец, — а за печень вот, как договаривались, зелье повышения духа, по цене один в один совпало: восемьсот рублей. — И он, дополнительно к выданным деньгам, выставил на угол стола маленький флакончик с ярко-желтым, чуть ли не светящимся содержимым.
Андрей не стал сразу принимать это зелье, убрал хрустальный флакончик в школьную сумку. Прибавка духа же, по идее, плюсом к прибавке характеристики, должна была мгновенно восстановить ману. Соответственно, Андрейка вознамерился вечером, по уже устоявшемуся у них распорядку, предварительно слить ее чертенку, а потом, после принятия зелья, слить и еще одну, дополнительную порцию. У Ло, на его счету, количество аккумулированной светлой маны уже далеко за десять тысяч единиц зашкалило. Вот и еще один повод, чтобы попытаться усилить миньона по максимуму и отправить его на поединок в его родной мир. Система принимала от демонов светлую ману, выдавая им за нее бонусы, исключительно только в самом Инферно, и нигде больше.
— Казимир Карлович, — решил Андрейка еще попытать счастье напоследок, — может быть, у вас найдутся еще зелья для повышения характеристик, раз уж у меня вдруг оказалось так много денег?
— Разве ж это много? — Усмехнулся торговец магическим товаром. — Раз уж ты, Андрей, пошел по этой стезе, то должен накрепко усвоить, что реальная магия у людей — это очень дорогая штука.…А зелье на повышение ловкости я тебе найду… да и на интеллект, раз уж он у тебя один единственный остается не принятым, тоже. Всего же это встанет в семьсот рублей, сто рублей за ловкость и шесть сотен за интеллект. — И, дождавшись нерешительного кивка мальчика, он снова полез в свой сейф.
Вот так, не успев даже толком за свои свежеполученные капиталы подержаться, пришлось Андрейке полученную банковскую упаковку вскрывать и расплачиваться за дополнительные, запрошенные им зелья. Кстати, зелье ловкости имело зеленую окраску, а то, которое повышало интеллект, было бледно розовым. Впрочем, вкус у них, как и у ранее выпитых, был все такой же невыразительный: кисловатый, с еле уловимым, непонятным запахом.
Выпил эти два зелья Андрейка, и пустые флакончики тут же Казимиру Карловичу отдал. А что? Несмотря на то, что, хозяин магической лавки был далеко не бедным человеком, еще древними заповедано: копейка, она рубль бережет, а эти хрустальные изделия явно стоили не копейку, а много дороже.
 
Вот вроде, здорово это, иметь много денег, но, боже мой, как же сложно и трудно становится продолжать жить спокойно! Взять вот хотя бы тот же путь до дома. Раньше-то Андрейка по чужому району не сказать, чтобы без всякой оглядки ходил, все же от крупных, шумных компаний незнакомых сверстников старался держаться подалее, но, по крайней мере, сильного страха перед возможным нападением тоже не испытывал, а тут… короче, нервная это работа, быть богатым человеком, сразу же всех окружающих начинаешь в разных темных замыслах подозревать.
Все же, озираясь по сторонам, новоявленный богатей до дома дошел и деньги сразу же в свою секретную заначку спрятал. Он сам еще для себя не решил, будет отдавать эти деньги родителям или нет. Кстати, не факт, что это у него последний заработок подобного рода, Ло, воодушевленный легким, по его мнению, способом добычи очков характеристик, за этот день весь изнылся, умоляя отпустить его на еще одну охоту.
А буквально на следующий же день Андрейка узнал и о результатах похождения группы охотников, организованных Семеновым отцом. Охотники, действительно, отыскали чуть ли не на городских окраинах великое множество медвежьих следов. Даже, каким-то образом, определили, что медведь владеет магией… и все! Вернулись ни с чем, грязные и усталые. Да еще от их рассказов о грозном хищнике у жителей городских окраин случилась немалая паника, все же в недавнем прошлом не раз бывало, что подобные монстры, начавшие повышать свои характеристики охотой на людей, опустошали целые поселки.
Случилось волнение по поводу медведя и в школе, в которой учился Андрейка. Да и как нет, если один из учеников в их классе, Семен, и был одним из главных распространителей всех этих сплетен. Но даже в классе далеко не все сразу же начали пугаться, некоторые и вполне здраво рассуждали, что если бы медведь хотел напасть на людей, он давно бы напал. Андрейку особенно поразил Васька Трубачев, самый мелкий по росту из его одноклассников. Обычно Васька выглядел тихим и даже чуточку забитым мальчиком, но тут, на переменке, при очередном тематическом «медвежьем» разговоре он вдруг храбро выступил вперед и, глядя в глаза Семке, как раз разглагольствующему об ужасном монстре, от которого они с Рябовым еле-еле спаслись, заявил:
— Я думаю, что тот твой медведь уже давно ушел куда-нибудь поглубже в лес… если он вообще на самом деле был таким уж ужасным, как ты рассказываешь.
— Ты, Васек, хочешь сказать, что я вру? — Возмутился Сенька, которому даже в голову не могло прийти, что в его вполне честных, хоть и сильно преувеличенных рассказах кто-то позволит себе усомниться. — А слабо самому до той землянки добраться и хотя бы пару часиков там побыть?
— И вовсе не слабо! — Запальчиво выкрикнул Трубачев, пристально глядя в глаза Семена.
— Тогда… тогда в знак доказательства, что ты там был, принесешь порванный кожаный кошелек из-под старых монет, который мы с Андрюхой там, на столе, оставили. — Принялся на ходу придумывать условия пари раздухарившийся Андрейкин приятель. — И сроку тебе даю до конца этого воскресенья. Если в понедельник принесешь в школу этот кошелек, я при всех назову тебя храбрым пацаном и пожму твою руку, а не принесешь, не взыщи, все в нашем классе будут считать тебя брехлом и сыкуном.
— Идет! Ждите меня в понедельник с этим кошельком, — азартно согласился на заявленные условия Васек.
Дальше парни принялись обсуждать, каким образом добираться до этой самой землянки, а Андрейка занялся своими собственными делами, ведь никакого медведя там на самом деле уже и не было, так что все, что угрожало Трубачеву в его героическом походе, это провалиться в какую-нибудь еще не высохшую промоину и перемазаться в грязи.
Все же, после уроков, когда все ученики их класса расходились по домам, Андрей еще раз обратил свое внимание на Трубачева. Похоже, весь его запал угас еще в классе, он шел от школы в одиночестве, загребая своими сильно растоптанными сапогами дорожную пыль. Бог его знает, почему, но Андрейка, поддавшись душевному порыву, догнал одноклассника и произнес успокаивающе: