Адмирал Империи (СИ)

А сердце нашей Таисии наполнялось в этот момент чувствами, которые она когда-то давно уже испытывала к адмиралу, оставшемуся в палате. И вот теперь они снова вернулись. Сначала наша молодая прекрасная княжна испугалась эмоций и той волны нежности, которые вдруг нахлынули и не отпускали ее, когда она каждый раз вспоминала о Василькове. Тася на некоторое время собрав всю волю в кулак, даже начала корить себя за подобную слабость, которая простительна, как она считала, лишь совсем юным девчонкам.
— Тебе сколько лет, капитан-командор? — спрашивала саму себя Таисия. — Напоминаю ты уже взрослая, если не сказать больше… Ну ладно, пусть не то чтобы старуха — но тебе точно не семнадцать, когда вы встретились в первый раз! Более того в данный момент ты носишь титул регентши и опекуна своего младшего брата императора, ты похоронила отца, а твоя Империя стоит на грани развала! И сейчас, раскрасневшись как после бани, ты идешь чуть ли не в припрыжку и не думаешь ни о чем, кроме этого смазливого контр-адмирала⁈ Оставь подобные глупости Таисия, твой пубертатный период, когда ты смотрела на Василькова, как на небожителя давно прошел…
Но те приказания, которыми Таисия Константиновна пыталась привести себя в чувство, никак не помогали, и снова она возвращалась в своих мыслях к тому человеку, без которого давно не представляла свое будущее. Контр-адмирал Васильков действительно не оставил молодой княжне шансов, как говориться — от судьбы и гормонов не уйти… Своими действиями, поступками и словами этот человек в ее глазах был настолько близким, что возможности не думать о нем у великой княжны просто не было. Красивый, отважный, благородный, как рыцари минувших тысячелетий(да-да это я все о себе любимом, по крайней мере в данную секунду в глазах этой девушки я выглядел примерно так). У Таси кружилась голова, такое иногда с женщинами случается…
Так витая в розовых фантазиях и не стесняясь собственного злорадства по поводу того, что я и Доминика разбежались, княжна добралась до своих апартаментов. Вообще очень странно и необычно было видеть как Таисия, улыбаясь, непринужденной походкой идет по коридорам, где менее часа тому назад лежали безжизненные тела людей, а стены до сих пор были испачканы кровью. Некому было сейчас убираться в отсеках вмиг обезлюдевшего «Одинокого» потому как от его команды осталась лишь половина. Только иногда по пути следования Таисии Константиновне попадались редкие космопехи из штурмовых отрядов с «Черной пантеры» и «Императрицы Марии», которые до сих пор находились на борту крейсера, контролируя ситуацию на корабле и выискивая последних «щитоносцев» Вереша.
На верхней палубе крейсера в жилом блоке капитан-командор как раз встретила четырех таких безмятежно снующих по коридору солдат. Все они были облачены в бронескафандры и вооружены до зубов. Тихо разговаривая между собой, они стояли сейчас у закрытых дверей перед каютой ее и императора. По нашивкам Таисия поняла, что это были штурмовики с линкора капитана Наливайко. Таисия пусть и не близко, но все же была знакома с Якимом, и знала, что этот огромный страшного вида рыжебородый казак являлся ближайшим моим товарищем еще со времен крайней русско-османской войны…
— Что вы тут делаете, господа? — спросила солдат Тася, подходя ближе.
Космопехи, увидев княжну, тут же вытянулись по стойке «смирно», а старший группы произнес:
— Ваше Высочество у нас приказ полковника Наливайко — охранять покои императора Ивана Константиновича…
— Понятно… Но разве охрана по-прежнему необходима? — спросила Таисия, до сих пор не зная, что происходит на остальных палубах крейсера.
— Мы вроде как перебили всех, — ответил солдат, пожимая плечами, — но кто его знает, может пара-тройка мадьярских крыс где-нибудь еще и прячется. Наш командир приказал охранять вас, пока он окончательно не убедится, что «Одинокий» полностью зачищен…
— Благодарю вас, господа, — Таисия Константиновна легким кивком головы выразила признательность штурмовикам. — Его Императорское Величество внутри?
— Да, госпожа, — штурмовики, обескураженные от такого вежливого к ним обращения, немного опешили и стали переминаться с ноги на ногу. — Иван Константинович находится внутри помещения…
«Госпожа, — усмехнувшись про себя, подумала Таисия, входя в каюту. — До сих пор никак не могу привыкнуть к подобным обращениям».
Ее младший брат, как она и предполагала, спокойно сидел за столом и был погружен в изучение очередной исторической книги, голографический объемный переплет которой сейчас светился перед ним на столе. Странная, причем появившаяся относительно недавно, любовь малыша к чтению огромных фолиантов и файлов всякого рода информацией поражала и одновременно радовало Таисию. Маленький император, оказывается, чего не было замечено за ним ранее, просто обожал толстенные книги в электронном формате, проводя за их чтением и не только чтением, но и за детальным изучением все свободное время.
Вот и сейчас, несмотря на то, что совсем недавно по всему «Одинокому» шли жестокие схватки, и на палубах крейсера рекой лилась кровь, Иван Константинович, будто всего этого не замечая, оставался спокоен и был полностью погружен в чтение очередного пансофического трактата.
— Мне бы твое хладнокровие Ванюшка, — улыбнулась девушка, подходя к сидящему за столом ребенку и обнимая его сзади. — В кого ты такой невозмутимый? В наших родителей точно нет… Лично я, хоть и видела на своем веку не мало, но не обладаю той безмятежностью и умиротворением в критической ситуации, которые ты сегодня продемонстрировал. Мой ли ты брат вообще, а?
— Ты называешь критической ситуацией то сражение, которое произошло в соседней с нами каюте? — император задал вопрос, даже не отвлекаясь от чтения.
— Конечно! — воскликнула удивленно Таисия. — А, что это, как не опасность⁈ Мы оба находились на волосок от смерти. Если бы не контр-адмирал Васильков и его подоспевшие вовремя «морпехи» — мы бы сейчас с тобой здесь не разговаривали… Меня до сих пор подтряхивает от всего произошедшего!
— Тебе он по-прежнему нравится? — неожиданно повернулся к сестре Иван Константинович.
— Ты это о чем? — немного опешив, спросила Таисия, заметно краснея. — Не понимаю…
— Ни о чем, а о ком, — поправили ее не по возрасту внимательный император. — Ты прекрасно поняла мой вопрос, я говорю об контр-адмирале Василькове. Итак, он тебе по-прежнему нравится, как нравился когда-то давно, когда я еще был совсем маленьким?
— Так, Иван очень странные вопросы ты мне сейчас задаешь, — медленно произнесла Таисия, осознавая, что полностью раскрыта этим восьмилетним детективом. — Конечно же, адмирал мне нравится… Он и тебе нравится, я в этом уверена. Это достойный человек, который встал на нашу защиту и теперь верно нам служит. Я ему очень благодарна и…
— Это все понятно, — кивнул мальчик, улыбаясь тому, как сейчас смешно и растерянно выглядит его старшая сестра. — Я когда задавал вопрос, имел в виду — нравится ли тебе этот человек, как мужчина нравится женщине? Хотя можешь не отвечать, я уже знаю, что ты на это скажешь.
— Это точно не тема для разговора пузатой мелочи со своей старшей, не желающей обсуждать личные темы, сестрой, понятно⁈ — воскликнула Тася, заметавшись по комнате, как воришка, которого застукали за кражей. — И вообще откуда в таком маленьком человечке, такие взрослые мысли и вопросы⁈
— Прости, если я смутил тебя Таисия, — улыбнулся Иван Константинович. — Контр-адмирал Васильков и в самом деле очень хороший человек, он мне по душе и я рад, что тебе, тоже. Я еще не совсем понимаю, почему вам взрослым так крайне необходимо быть рядом друг с другом. Но, главное для меня то, чтобы ты была счастлива, поэтому не стесняйся говорить со мной на такие личные темы. Даже если я чего-то не пойму в любом случае я всегда тебя подержу и никогда больше не стану упрекать или смеяться над твоими чувствами.
— О, как мило… Ваня своими словами ты делаешь меня самой счастливой в Галактике — расчувствовавшись, Тася поцеловала брата в темечко и весело рассмеялась. — Мне кажется, что-то перепуталось в нашей семье. Это я должна быть мудрой с тобой и поддерживать тебя на жизненном пути, а выходит совершенно наоборот. Мой восьмилетний брат волевым решением берет шефство над своей двадцати четырехлетней сестрой. Что ж, после этого я тогда тоже обещаю ничего отныне не скрывать от тебя и перестать относиться к тебе, как к маленькому… Что касается контр-адмирала Василькова, то, да я признаюсь, что испытываю к этому мужчине невероятно нежные и дружеские чувства…