Чернышов. Проклятье рода (СИ)

— Спасибо, Ник, — устало кивнул я. — Ладно, эти проблемы оставим на потом, а сейчас нам надо этот бардак убрать.
Моё проклятие за время своего недолгого существования в материальной оболочке успело как следует навести бардак. Пришлось целых полчаса потратить на то, чтобы привести комнату дежурных в изначальный вид.
После возвращения к себе у меня хватило сил только на чистку зубов и лёгкий душ, а затем я просто вырубился, едва голова коснулась подушки.
Следующий день начался обыденно: физкультура, медитация, и после обеда должен был быть урок этикета, но до этого ещё нужно было дожить. Ведь сразу после медитации я созвонился с Масловым, и мы направились к его куратору.
По словам Никиты, Семён Семёнович, носящий звучную фамилию Стародубов, в отличие от того же Сумрака, студентов особо не кошмарил. Это было заметно уже по отсутствию очереди в его кабинет, что вселяло не особо сильную, но надежду.
— Добрый день, Семён Семёнович, разрешите? — заглянул в его кабинет Маслов, и услышав ответ, повернулся ко мне. — Заходим, Вить, только говорить я буду, ладно?
Кивнув, я последовал за ним, и после того, как мы уселись в кресла напротив стола Стародубова, Никита начал рассказ.
Я присмотрелся к преподавателю, и внешне он был прямо-таки отражением своей фамилии. Даже не столько старый, сколько древний на вид, с глубокими морщинами и бородой, напоминающей вековой мох.
— Мы по какому вопросу… Помните, я вчера брал компоненты для ритуала? — спросил Никита.
— На память не жалуюсь, — улыбнулся препод. — И как всё прошло, молодые люди? Вы ведь не просто так пришли ко мне вдвоём.
— Да, вы правы, не просто так. Ритуал я провёл. И оказалось, что на моём друге действительно лежит проклятье, которое не видно простым взглядом тьмы.
Так называлось магическое зрение, которое могли использовать тёмные маги. В моём мире ничего похожего не было, а здесь до освоения этой техники я ещё не добрался.
— Неужели? — хмыкнул Стародубов, на что Маслов кивнул. — В таком случае я жду подробности. И да, представьтесь, молодой человек.
— Виктор Чернышов, огневик, второй уровень, первый курс, — ответил я. — А подробности таковы…
На то, чтобы пересказать всю историю, начиная с похода в зверинец с Жаровым и заканчивая условной победой над проклятием, ушло не меньше получаса. Поэтому на свои следующие занятия мы точно опоздали, и нам ещё повезло, что Стародубов не был сейчас занят.
— Занимательный рассказ, не могу не признать, — усмехнулся препод. — Не будь у меня такого опыта в тёмной сфере, я бы может быть, поверил. Но я абсолютно уверен, что таких проклятий не может существовать. А уж чтобы вы были живы, существуй на вас нечто подобное, так и вовсе звучит как плохая шутка.
— Но так или иначе, это правда, — твёрдо повторил я. — Если не верите, мы можем сами повторить ритуал, в вашем присутствии.
— В этом нет необходимости, молодой человек, — отмахнулся Стародубов. — Повторяю, таких проклятий нет и быть не может, хватит придумывать небылицы! Скорее всего, вы совершили ошибку в ритуале и призвали нечто иное. Вам повезло, что эта ошибка вас не убила, поэтому повторять не советую. Можете быть свободны. Оба.
И вот… опять не поверили. Может, дело в том, что предыдущий Виктор Чернышов уже мёртв? Всё складывается так, что убившая его авария вовсе не была случайной.
Пытаться что-то доказывать настолько упёртому старику было бессмысленно, и я только пожал плечами, коротко попрощался и вышел из кабинета.
— Вить, ты это, не расстраивайся, — догнал меня Маслов. — Может, к директору сходим? Раз на занятия мы всё равно опоздали, давай сходим?
— Спасибо, но пока не стоит, — ответил я. — Подумаю, что ещё можно сделать, и лучше сам схожу.
Я и без того нехило загрузил директора своими проблемами, поэтому насчёт проклятья решил наведаться к нему в последнюю очередь. Не то, чтобы я думал о его спокойствии, вовсе нет, но именно от его решения зависит, как я буду учиться дальше, а он мог тоже не поверить в существование проклятья и начать во мне сомневаться, а этого я не желал.
  
На занятие я сильно опаздывал, поэтому поспешил в нужный корпус. Может, под конец урока успею зайти. Хотя по моему прошлому опыту, в таких случаях лучше вовсе не появляться, чтобы не нервировать преподавателя. Особенно если урок ведёт кто-то вроде Сумрака, но и специально прогуливать было не в моих принципах.
Однако по пути в нужный кабинет я заметил Анастасию Распутину, которая, не торопясь, шла в ту же сторону. Вот и нашёлся повод немного задержаться.
— Тоже опоздала? — спросил я, поравнявшись с ней.
Как и в прошлую нашу встречу, Настя удивлённо на меня посмотрела, не ожидая, что её кто-то может потревожить, но всё же ответила:
— Нет, у меня занятия в другое время, поэтому я пришла пораньше.
— Тоже этикет?
— Нет, — усмехнулась Распутина. — Кое-что пострашнее. Уроки мастерства переговоров. Так устала от них!
— Сочувствую, — пожал плечами я. — У нас такого предмета нет.
— Да вам такое и не нужно, — хмыкнула девушка. — Без обид.
— Я даже спорить не буду, — усмехнулся я. — Нам одного этикета для счастья хватит, а мастерство переговоров пусть другие изучают.
— Завидую, — вздохнула Настя, но быстро взбодрилась. — Кстати, ещё раз спасибо за помощь. Твой совет мне очень помог. Не представляю, как ты до такого додумался, хотя, казалось бы, всё на поверхности.
— Не зря говорят, что всё гениальное — просто, — ухмыльнулся я. — И да, не за что. Обращайся, чем смогу, всегда помогу.
— Правда, можно? — встрепенулись Распутина. — Я ведь обращусь!
— Конечно, — кивнул я. — Я слов на ветер не бросаю.
Настя напоминала мне одну из моих первых учениц. Она давно выпустилась и не имела к заговору никакого отношения. Но я хорошо её запомнил. Дарину ко мне передал князь из-за того, что она не умела контролировать свои способности, и первый год обучения девочка не могла поверить, что над ней нет никакого строгого надзора.
За пять лет в университете она научилась не только быть самостоятельной, но и набралась храбрости, чтобы дать отпор отцу, когда он решил выдать её замуж против воли. Уроки красноречия не прошли даром, и Дарина смогла убедить его, что в браке по расчёту она не будет счастлива, а отец такой судьбы для единственной дочери не пожелал.
— Признаюсь, ты можешь мне помочь уже сейчас, — покраснела Настя. — Ты не представляешь, как мне не хватает общения! Всё время занятия, занятия и снова занятия… Двух недель не прошло с начала года, а я устала, в первую очередь морально…
— Не вопрос, с этим я точно могу помочь. Как насчёт прогуляться завтра вечером? Как раз после твоего урока у Короедова.
— Я не против! — улыбнулась девушка и поспешила скрыться за поворотом.
Да уж, девчонки, такие девчонки! Миры разные, а они такие же непредсказуемые.
Я, наконец, добрался до нужной аудитории, и, постучавшись, вошёл. И сразу вышел, ещё раз проверив, что не ошибся кабинетом. Внутри был Всполох, а не кто-то другой, кто мог бы вести этикет.
Но нет, аудитория была верная, да и однокурсники внутри подтвердили, что я не ошибся.
— Заходи, правильно пришёл, — шепнул мне Братский, который сидел на первой парте ближе к выходу.
— Извините за опоздание, Михаил Александрович, была уважительная причина, — кивнул я преподавателю. — Можно войти?
— На первый раз, да, входите, — нахмурился Всполох. — Но надеюсь, что это больше не повторится. В следующий раз не пущу, нечего отвлекать людей от занятия!
Присев на своё место, я сразу же шепнул Артёму:
— А что тут такое? Где этикет?
— А нет сегодня этикета, — тихо усмехнулся Братский. — Отменили перед самым началом, и вот Всполох решил дополнительное занятие провести.
На этом занятии мы разбирали саму систему заклинаний в целом, и рост эффективности рун в частности. Оказалось, что сила и максимальный уровень руны напрямую зависит от уровня мага.