Чернышов. Проклятье рода (СИ)

Все домашки я сделал в пятницу вечером, чтобы потом не отвлекаться и не портить себе настроение. Поэтому сейчас был совершенно свободен.
Прогуливаясь по берегу озера, около того самого места, где мы с Викой спасали княжича и изловили монстра, я заметил странную активность службы безопасности. Воздушники высоких уровней, от пятого и выше, создавали вокруг себя непроницаемые воздушные шары и заходили в воду.
Видимо, решили проверить, что на дне не осталось разломов. А на меня, как на свидетеля их прокола, оставшиеся на берегу члены службы безопасности поглядывали с явным раздражением. Мол, иди, куда шёл парень, тут нет ничего интересного.
Пройдясь дальше по берегу, чтобы не раздражать ни себя, ни их, я заметил также неторопливо бродящего по пляжу Всполоха. Непривычно было видеть этого боевого старичка не в мантии, а в майке и шортах. Впрочем, его это никак не смущало. Выходной же, и он тоже человек, а не только преподаватель.
— Добрый день, Михаил Александрович, — кивнул я ему, когда мы подошли достаточно близко.
— Добрый день, Виктор, — улыбнулся Всполох. — Не ожидал здесь встретить кого-нибудь из первокурсников, обычно ребята всегда на выходных пропадают в городе. А вы чего не уехали?
— Не охотно, — пожал плечами я. — Хочется как следует отдохнуть, а не нестись куда-то. Активный отдых — это хорошо, но иногда надо погулять в тишине и развеяться.
Да и маны накопить после вчерашнего расточительства.
— Вот мне тоже в тишине комфортнее, — довольно кивнул Всполох и хитро прищурился. — Подготовились к завтрашнему зачёту?
— Да, хоть сейчас могу вам сдать, — ухмыльнулся я.
— Хм, похвально. Но работу оставим на завтра.
— Я сегодня буду дополнительный материал изучать, взял книг в библиотеке.
— Ваше рвение к знаниям меня радует. В таком случае предлагаю нам с вами покормить огненного сокола. Я как раз собирался проведать птичку.
— Не откажусь, — улыбнулся я. — Никогда их не видел вживую.
— Самое время это исправить, — улыбнулся Всполох. — Уверен, что вам понравится.
В академии помимо мест силы имелся большой зверинец с самыми безобидными тварями из подземелий, а такие там встречались довольно редко. Огромное куполообразное здание находилось в отдалении от учебных корпусов, поэтому нам пришлось немного прогуляться.
Внутри помимо работников и зверей сейчас никого не было, и нас не спрашивали о цели визита. Михаил Александрович лишь кивнул охраннику, и на этом всё. Похоже, что Всполох был здесь частым гостем.
Место и правда оказалось уникальным, несмотря на опыт прошлой жизни я вживую не видел многих магических зверей, некоторые из которых здесь были представлены даже не в одном экземпляре. Взять ту же воздушную саламандру — метровой длины ящерку, которая могла свободно парить без крыльев. Или ундину, для которой здесь было выделено небольшое озеро с каналом до самого озера Селигер.
До клетки с огненным соколом мы добрались за пару минут. Хотя вольером это можно было назвать весьма условно, по факту птицу никак не ограничивали, и она спокойно могла вылетать за пределы зверинца. Но всегда возвращалась. На ней также была особая печать, немного ограничивающая волю этого создания.
На этот раз нам повезло, и сокол был на месте. Завидев нас, он радостно щёлкнул клювом, пропел что-то на птичьем и присел на вытянутую руку Всполоха.
— Не бойтесь, Виктор, сделайте также, — улыбнулся препод, кивая на свою руку.
Я повторил движение, и сокол присел уже ко мне, с интересом заглядывая в глаза и щёлкая клювом. Аккуратно, чтобы не спугнуть, я погладил птицу по тёплым перьям, а она в ответ потёрлась о мою щеку. Несмотря на то что перья её пылали искрами огня, жара от них я не ощущал.
Надолго задерживаться мы не стали, и через пять минут собирались идти обратно. Однако только мы со Всполохом отошли от открытого вольера, птица снова села мне на плечо и отказалась слезать.
— Похоже, вы ей понравились, — усмехнулся в усы преподаватель.
— Мне питомца не надо, — покачал я головой.
— Нет, такие звери никогда не становятся питомцами, — задумчиво протянул Всполох. — Они чуют другое. В древние времена этих монстров использовали для всевозможных проверок.
  
— И что же они проверяют?
— Конкретно огненный сокол чувствует проклятья.
  
Глава 11
 
Услышанное меня насторожило. На самом деле наличие сильного проклятья многое могло объяснить, особенно если оно передаётся по наследству…
В прошлой жизни мне доводилось сталкиваться с проклятьями и очень сильными. Одно такое уничтожило весь почти род моего старого друга. До сих пор жалею, что узнал об этом слишком поздно и не успел помочь. Тогда он находился на другом континенте, а там с артефактами связи были большие проблемы, и мне сообщили, только когда он погиб.
У Альберта, как звали моего друга, с которым мы вместе учились в академии ещё в молодости, остался годовалый сын. Его привезли на Родину и определили в приют, а я решил навестить его сразу, только об этом узнал.
Тогда от мальчишки веяло ледяным холодом. Воспитатели к нему практически не подходили, а дети боялись за глаза. И всё из-за влияния проклятья. Тогда я не побоялся и забрал ребёнка. Собрал консилиум магов, и мы смогли снять с него проклятье, после чего я растил мальчика, как родного сына.
Хорошо, что когда мой университет разрушили, он находился в другом городе и не видел моей смерти. Но даже не знаю, хочу ли я, чтобы он мстил.
Из задумчивости меня вывел строгий взгляд преподавателя. Но смотрел он не на меня, а на птицу, не желающую покидать моё плечо.
— Хотите сказать, что огненный сокол тянется к проклятым? — пристально посмотрев на магическую птицу, спросил я у Всполоха.
— Если у вас в карманах нет еды, то да, — улыбнулся преподаватель и серьёзно продолжил: — Но что-то мне подсказывает, что дело не в еде. Эту птицу я знаю давно и не припомню от неё такой красноречивой реакции.
— Хорошо, точнее, плохо, — ответил я. — Допустим, на мне и правда лежит проклятие. Что мне в таком случае делать? Никогда с таким не сталкивался, если честно.
Вернее, я понятия не имел, как работают проклятья в этом мире. В интернете была крайне противоречивая информация. А до учебников по тёмной магии я ещё попросту не добрался.
Самые интересные книги находились в закрытых секциях библиотеки, куда мне доступа не было. Там же хранились и крайне опасные книги, к которым относились и трактаты о проклятьях.
— Как и большинство людей, — кивнул Всполох. — И это нормально. Думаю, вы будете не против, если я проведу вам небольшую лекцию?
— Разумеется, Михаил Александрович, — ответил я. — Всегда рад получить новые знания, особенно если они по важной для меня теме.
Однако рано было радоваться. Пока мне не удалось даже окончательно выявить проблему, не то что начинать с ней разбираться.
— В таком случае начнём с того, что проклятья — это ветвь тёмной магии. Очень редкая ветвь, и практикуют её в большинстве своём не самые хорошие люди, если говорить по-простому. И да, сразу уточню, что тёмная магия сама по себе ничем ни хуже других видов магии, и может приносить много пользы, а не только разрушения. Но в отличие от других ветвей проклятья направлены исключительно на вредительство.
— Смотрю, вы сами не жалуете таких магов. Но насколько я понимаю, есть и специалисты в этой области, которые занимаются снятием проклятий?
Позиция Михаила Александровича показалась мне слишком однобокой, поэтому я и внёс своё предположение. В моём прошлом мире проклятья мог наложить любой маг, и они встречались довольно часто. Другое дело, что для поистине сильного колдовства такого рода, нужна была склонность к тёмному искусству. Но эта же специализация порождала и тех, кто снимал проклятья. И в любом городке можно было найти специалиста по чистке, как они и назывались.
Здесь же и намёка на подобное не было…
— Любопытное предположение, — хмыкнул Всполох после нескольких секунд раздумий. — Увы, но нет, или во всяком случае я о таких специалистах не слышал. Да и посудите сами, как бы подобный маг развивался, и на что бы он жил, притом что проклятия встречаются нечасто? И если бы только это. На деле же, любой тёмный маг, любого направления, способен распознать проклятие. Особенно если маг достаточно сильный.