Жара на Аляске (СИ)

К шести часам она, наконец, добралась до дома, совершенно разбитая, раздражённая и подавленная. И именно в этот момент мистер Эриксон, управляющий жилым комплексом, передал ей записку, в которой сообщалось, что арендная плата за жильё повышается.
Такой день мог сломить и самого стойкого. Хотя Грейнджер всегда отличалась волевым характером, но сегодня всё ей казалось безысходным.
  
Чувствуя её настроение, дети весь вечер вели себя тихо. От бесконечных мыслей о том, как выйти из создавшегося положения, Гермиона просто обессилела. Медленно отхлёбывая чай, она всё пыталась понять, почему же её жизнь складывается именно таким образом. У неё были небольшие сбережения, но их хватит только месяца на два. Все те деньги, что она привезла с собой из Британии, уже почти закончились. Грейнджер горько усмехнулась, подумав о том, что, узнай сейчас кто-нибудь из её старых друзей, в каком она оказалась положении, над ней бы посмеялись, а потом родители Рональда точно отняли бы у неё детей.
После войны Гермиона уже через три дня узнала, в каком городе и на какой улице живут её родители. Она хотела убедиться, что с ними всё в порядке, поэтому сразу полетела к ним в Австралию, и к большому удивлению обнаружила, что её мама беременна и должна родить через два месяца дочь. Применять магию к беременной женщине она не стала, решив, что и отца пока лучше не трогать, пусть живут под вымышленными именами. Грейнджер удостоверилась, что у родителей всё хорошо, они ни в чём не нуждаются, и тогда она спокойно уехала.
Вернувшись в Лондон, она узнала, что, пока её не было, Уизли изменил ей с Браун: Лаванда его соблазнила, что-то подмешав тому в напиток. Гермиона простила Рона, в тот момент он был ей очень нужен, к тому же она видела, что он искренне сожалеет о содеянном. Грейнджер быстро забеременела, они с Уизли решили оставить ребёнка. Молли настояла, чтобы они как можно скорее поженились, а если кто будет спрашивать, говорили, что малыш родился раньше срока, но никто таких вопросов им не задавал. В конце февраля Гермиона родила мальчика — его назвали Хьюго. Грейнджер не собиралась становиться матерью так рано, но когда появился Хьюго, она была рада, что он у неё есть. Через два года летом Гермиона родила дочку Розу.
За это время Гарри успел жениться на Джинни, у которой, как и у её матери, сильно испортился характер. Война повлияла на всех Уизли, оставив свой отпечаток: они стали жестокими. Поначалу Гермиона всё списывала на смерть Фреда, ей казалось, что со временем Молли, Артур и их дети станут прежними. Но время шло, а всё становилось только хуже.
Гарри быстро стал начальником Аврората, по сути, других желающих не было, и, к сожалению для старинной подруги, его характер так же поменялся: он выслеживал и спокойно убивал всех подряд Пожирателей смерти, причём даже тех, кто и сопротивления не оказывал. Тут шатенка тоже находила ему оправдание: на одно задание, которое сначала все посчитали пустячным, Гарри взял свою невесту, она официально не работала в Аврорате, но не раз помогала жениху в расследованиях. В тот раз они думали, что просто будут наблюдать за женщиной, она была дальней родственницей Пожирателя смерти уже в преклонном возрасте, надо было узнать: общается он с ней или нет.
В итоге оказалось, что вместо одной родственницы Пожирателя смерти и него самого, они увидели сразу пять сбежавших Псов, которые спрятались в доме. Поттер и Уизли хотели задержать их, те оказали сопротивление, началась битва, и в Джинни угодило заклинание–проклятье. Когда подоспели другие авроры, в том числе и Рональд, его сестре было очень плохо. Хорошо, что один из старых работников знал, что надо делать в таких случаях, он не дал невесте главного героя войны умереть на месте. Когда Джинни доставили в Мунго, целители не были уверены, что мисс Уизли полностью поправится: она могла или остаться в коме, или, выйдя из неё, повредиться рассудком. Все родственники и друзья тогда не отходили от больной. К счастью для всех через три месяца Джинни полностью поправилась, её организм оказался очень крепким. Только этот случай наложил ещё больший отпечаток на неё, Гарри и всю семью. Они все стали ещё жёстче.
Родив Розу, Гермиона сидела дома с двумя детьми, она стала всё больше времени проводить среди маглов, гулять в парке, радуясь, что они с Роном купили дом рядом с простаками, а не поддались на уговоры родни и не поселились в Хогсмиде или ещё в каком-нибудь месте, где рядом были одни маги. Грейнджер стало казаться, что единственный человек, который остался прежним — это её муж.
Несмотря на тяжёлую работу в Аврорате, той злости и ненависти, что была у окружающих, у Рональда не появилось. Стоило ему перешагнуть порог дома, как он широко улыбался, брал на руки Хьюго, который бежал к нему, спеша рассказать, где он сегодня был с мамой и что делал. Входя в гостиную, он целовал жену и дочь, садясь за стол, говорил о работе, не вдаваясь в подробности. Ему было куда интересней послушать, чем сегодня занималась его семья. Только оказавшись вдвоём в спальне, они спокойно обсуждали своих родственников и друзей. Им совсем не нравилось, что с теми происходило, но поделать они ничего не могли, никакие разговоры не помогали. Так Гарри с Джинни и остальные ещё и обижались, что Рон с Гермионой стали реже заходить к ним в гости.
За всеми проблемами в волшебном мире Грейнджер не забывала о родителях, она знала, что у них всё хорошо. Но так уж получилось, что второй раз она всё никак не могла слетать в Австралию. Когда Розе исполнился год, она, наконец, решилась это сделать. Когда Гарри узнал об этом, он пришёл вместе с женой в гости к подруге и дал ей золотую цепочку с чёрным камнем.
— Что это? — недоумённо спросила шатенка, разглядывая камень. — Зачем мне это?
— Это древний артефакт, я забрал его в доме одного из чистокровных Псов, — стал объяснять Поттер. — Вы все знаете, как в чистокровных семьях относились к сквибам: их просто вычёркивали с фамильного древа, а потом отдавали маглам, — с осуждением произнёс он.
— Да, я это знаю, — кивнула Гермиона. — Но мне зачем эта цепочка?
— Надень на шею своей сестре, — приказным тоном сказал Гарри. — Если камень станет жёлтым, то твоя сестра точно волшебница и очень сильная, если он станет красным, то это будет означать, что у неё есть магический потенциал, а если он останется чёрным, то значит — она простая магла.
— Ты ещё забыл сказать, если камень станет синим, то значит ребёнок — сквиб, — добавила Джинни. — Ты обязательно должна узнать кто твоя сестра.
Поттеры пристально смотрели на подругу, и она поняла, что они хотят ей сказать.
— Вы считаете, если моя сестра окажется не волшебницей, то мне лучше не возвращать родителям память? — спросила Грейнджер, Рон рядом с ней шумно выдохнул.
— Решать, конечно, тебе, но я бы поступил именно так, — честным и серьёзным тоном ответил Гарри. — Моя мама была единственной волшебницей в семье, родители, я думаю, не специально, но выделяли её за это, — он нахмурился, — и что в итоге из этого вышло? Моя тётя возненавидела меня, потому что я был сыном сестры, которой она завидовала. Понятно, у вас с сестрой разница в возрасте большая, но всякое может быть.
— Гермиона, ты только представь, что ты возвращаешь родителям память, они приезжают в Лондон, и тут с ними что-нибудь происходит, — Джинни быстро обрисовала мрачную картину. — Не дай Мерлин, конечно, но такое может быть. И тогда ты забираешь к себе домой младшую сестру, но она не волшебница. Только представь, каково ей будет жить среди магии, а у вас с Роном двое детей… — она сделала многозначительную паузу. — Или вот тебе такой вариант: твоя сестра магла, но она так и живёт в Австралии, ты с родителями тогда будешь видеться хорошо, если раз в год. И каждый раз, гостя у них, твоя сестра будет тебе если не завидовать, то относиться странно, а уж если она окажется здесь… — подруга развела руками. — Ты подумай, вариантов может быть много.
Грейнджер не могла не признать правоту друзей, обстановка в стране хоть и стала лучше, но всё равно то тут то там вспыхивали очаги напряжённости. Гермиона давно призналась себе и мужу, что до сих пор не поехала к родителям потому, что боялась: когда вернёт им память, они захотят снова жить в Лондоне, стопроцентную безопасность она не могла им гарантировать, нельзя ведь будет запретить им выходить из дома из-под защитных заклинаний. Поэтому прекрасно понимала, что лучше живые родители в Австралии, чем мёртвые здесь. Она взяла медальон и полетела с ним на зелёный континент.