Я тебя ненавижу (СИ)

Было страшно, что не смогу сосредоточится на выступлении. Всегда знала, что психоэмоциональное состояние порой важнее, чем физическое. Там, где мне не хватало силы, спасал мой железобетонный настрой. А сейчас все было наоборот.
Анастасия не была заявлена в команду, и я откровенно этому радовалась. Нет, не потому что она в итоге оказалась слабее, просто ей предстояло участвовать в другом чемпионате. Главный вопрос, кто поедет из нас на самые крупные состязания все еще был открыт. Но я устала от нее, от нашего соперничества, от мелких пакостей, которые она устраивала, пока не вмешался тренер. После того, как стала заниматься с Данилевским, Настя перестала меня заботить, а я, наоборот, начала волновать её сильнее.
Участие в соревнованиях позволило мне побывать во многих странах, но ни одной толком не видела. И вот сейчас, приземлившись в аэропорту Руасси, отлично понимала, что будет не до достопримечательностей, поэтому пока мы ехали на заказанном трансфере до гостинцы, впитывала в себя виды города, как и остальные участники этих состязаний, составлявшие нашу команду из четырех девушек и четырех парней. Кроме меня, все остальные спортсмены тренировались в Москве и выступали за разные столичные клубы, поэтому с нами вместе была целая делегация, помимо тренеров. Как минимум одна из нас должна пройти квалификацию, чтобы побороться за награды чемпионата.
Нас распределили по два человека, и к сожалению, мой номер был еще не готов, поэтому мы с соседкой ожидали в холле отеля. Понятия не имела как федерация расщедрилась и выделила деньги на номера в гостинице, которая больше походила на старинный особняк, расположенный в восьмом округе Парижа на Елисейских полях. Мы должны были остановиться здесь на целую неделю, пять дней были соревновательными и два дня для того, чтобы прийти в себя и потренироваться на чужой земле. Очень надеялась, что наше пребывание здесь не связано с чьей-то технической ошибкой.
После бессонной ночи с ранним вылетом из Москвы, ужасно хотелось спать и я расплылась на кресле, стараясь позорно не вырубиться, когда обратила внимание на удивленное личико Тани, которая, должно быть увидела какую-то знаменитость за моей спиной.
Обернулась и замерла. Сердце биться перестало.
Самгин шел по проходу гостиницы в компании ребят, обнимая за талию высокую темноволосую девушку. Не заметила в какой момент мои ноги сами подняли меня с места. Мне было безразлично, что выгляжу странно, что смотрю на них широко распахнутыми глазами. Я просто впитывала в себя образ Клима, вглядываясь в его лицо, ожидая, когда он заметит меня. Он мазнул взглядом по мне, не задержав внимания дольше, чем на остальных девчонках, что пялились на их ватагу.
- Мать моя женщина, какой красавчик, - раздался рядом восхищенный возглас Тани, когда Клим с друзьями зашли в лифт.
Мои коленки подрагивали от напряжения. Не верилось, что я встретилась с ним даже не в России, а во Франции. Опустилась вновь на кресло, закрывая лицо руками. Глаза болели от напряжения, на сетчатке отпечаталось как на фотографии: он в обнимку с девушкой. Высокая, как и каждая, какую я видела рядом с ним. Я одна даже не доставала ему макушкой до подбородка. Все остальные его пассии на каблуках были почти такие же высокие, как и он.
Боль оттого, что он должно быть успел забыть меня, погрузившись в куда более реалистичные отношения с девушкой, общий генофонд с которой позволит вывести идеальную модель человека, разливалась по телу вместе со злостью на себя и жгучей ревностью.
Таня потрепала меня по плечу, оказывается наш номер уже готов и нужно кидать вещи и бежать на тренировку. Я уныло потащила свой чемодан в сторону того самого лифта, где не так давно скрылась компания молодых людей. Наши номера были на четвертом этаже, я предположила, что как в «Красотке», номер Клима наверняка был на самом верхнем этаже.
  
Глава 18.2
  
Мое настроение с того момента, как я увидела его, менялось ежеминутно, повергая меня из сумасшедшей радости, от которой хотелось прыгать и визжать, до уныния, потому что он весело проводил время в кругу своих друзей, пока я убивалась, и до меня ему вовсе нет дела.  
Эта нервотрепка конечно же была замечена тренером. Во время тренировки, проходившей на спортивной арене Чемпионата, Данилевский все время одергивал меня, требовал собранности и концентрации. А я не могла ничего с собой поделать, возвращаясь мыслями к Самгину.
Мне необходимо было с ним увидеться, поговорить. Пока я в таком состоянии, ни за что не пройду первый этап.
- Простите, Сергей Архипович, это из-за перелета. Мне нужно отдохнуть.
На лице тренера отразилось глубокое недовольство мной. Он привык, что я действую отрешенно, трудясь как бездушный робот, и видеть меня в таком состоянии, для него в новинку. Я ждала окончания бесполезной тренировки, не вкладывая в нее никаких усилий, успокаивая совесть тем, что мне в любом случае нужно было поберечь силы перед самими соревнованиями.
Я посмотрела на девочек, с которыми буду выступать, зная в лицо каждую из основных соперниц. На этом настаивал тренер, вместе мы изучили сильные и слабые стороны гимнасток, принимавших участие в Чемпионате, стараясь реально оценить мои возможности на этих соревнованиях.
Как и раньше, от меня требовалось просто выполнить мою программу и тогда я должна стать первой. Набор элементов, подобранный тренером для каждого из гимнастических снарядов на этих соревнованиях, не был сверхсложным, лишь достаточным чтобы при минимальных ошибках обойти конкуренток.
Но по мере приближения к Олимпийским играм, Данилевский будет дополнять мою программу. Мои главные соперницы в лице американок, всю жизнь тренировались по той же схеме, которую я около двух месяцев применяю с новым тренером. Их гимнастика была ближе к мужской, силовая, без акцентов на женственность и давалась мне с трудом, с моим совсем не мышечным телосложением. Я следила за выступлениями лучших из них и понимала, что мне нельзя расслабляться ни на миг.
Завершив все формальности, связанные с предстоящей квалификацией, уставшие после очень долгого дня, мы все вместе вернулись в отель. Стоило мне переступить холл отеля, как я начала оглядываться в надежде встретить Клима, но я даже не знала, здесь ли он еще или уже покинул отель. Мы зашли в номер только в девятом часу вечера, впереди всех ждал только сон.
Рой мыслей в голове было не унять. Я безумно боялась, что Самгин уже покинул гостиницу, боялась, что у меня не будет возможности с ним еще раз увидеться. Таня первая пошла в душ, а когда я вышла из него, она уже крепко спала. Я села на край кровати, напротив нее, размышляя, заметит ли она если я уйду. А если заметит – доложит?
Что же, придется что-то придумать. Бессонница, нервотрёпка. Пошла погулять. Почему нет?
Я натянула джинсы и топик, на ногах кеды - ничего менее спортивного и более сексуального у меня в гардеробе не нашлось. Закрыла глаза вновь воссоздав в памяти Клима вместе с девушкой. Встряхнула головой, выбивая из нее ненужные сомнения. Если он прогонит меня, пусть так и будет. Но хотя бы я буду точно знать, что не нужна ему, что он забыл меня. А если не сделаю этого, если струшу, то не прощу себя и не смогу собраться на соревнованиях. Мозг должен быть чист, и пока я не поговорю с ним, голова будет наполнена им, его именем. В голове било набатом. Клим. Клим. Клим.
 
Подложила под одеяла подушки, чтобы на случай, если Таня проснется или кто-то решит нас проведать, было ощущение, что я все же в кровати. Прикрытие так себе, но лучше, чем ничего. А затем осторожно, как преступница крадучись, поднялась по лестнице на этаж выше. Вся наша команда и тренерский состав были на четвертом этаже, на пятом же никого из знакомых я встретить не должна, поэтому вызвала лифт оттуда.