Некромагичка для мажора (СИ)

Дарк секунд пять молча смотрел на девушку, не просто не говоря ни слова, но даже не двигая ни единой мышцей лица.
— Мне не очевидно, — произнёс он подчёркнуто механическим тоном. — Поясни, пожалуйста.
Броня тем временем прогоняла формулу в онлайн-компиляторе. Разумеется, это не было полноценной заменой серии реальных экспериментов, но очень помогало выудить простых и обидных методологических блох, которые могли бы “положить” всю систему без прямой ошибки в логике заклинания. Так сказать, магический аналог неправильного имени переменной в программном коде, или опечатки при наборе текста при онлайн-общении с граммар-наци. То, что ты хотела донести — верно, но способ передачи информации засбоил.
— Начнём с того, что я потратила на этого оболтуса полтора года. Полтора года я отшивала всех других парней и, если так угодно твоей извращенсеской душе, девушек, которые не просто могли, но и хотели мне предложить то, чего я на самом деле хочу. И вот, полтора года спустя, мне, наконец, удаётся добиться проявления внимания… и что я получаю? Скучное и унылое признание в любви? — некромагичка покачала головой. — Дарк, мы ведь с тобой, вроде, в одну эпоху жили. Представь, что ты ждёшь релиза игры от какой-нибудь именитой студии. Ты заплатил деньги за предзаказ. Ты следишь за каждой новостью. Ты ждёшь игры несколько лет… а затем на релизе выясняется, что вместо игры ты сразу получил финальную катсцену и титры.
Собеседник поднял бровь.
— Ты намекаешь на конфетно-букетный период?
Корешки растительного гомункулуса из-за взрывного роста оказались намного длинней, чем планировала Броня. Удивительным образом, неразумное создание, не имевшее даже подобия мозга, скопировало созданные некромагичкой псевдомышцы и перераспределило их по всей длине корня. С ходу не удавалось вспомнить ни единого принципа, который мог бы объяснить это явление. Внешнеконтурное духовное управление, которым чаще всего объясняются все подобные отклонения, не годилось. На растительного гомункулуса внешний контур даже специально не получалось нацепить. Что уж говорить о стихийном формировании.
— Я, порой, поражаюсь, как некоторые люди умудряются дожить до своего возраста одним куском, — задумчиво произнесла девушка. Проблемы Дарка её мало волновали, в отличие от нового открытия. — Такая глупость должна доставлять человеку хоть какие-то неудобства. Ты знал о таком явлении, как конфетно-букетный период, и, тем не менее, решил оставить Ёлко без него?
— Я не говорил, что речь идёт о Ёлко… — молодой человек задумался. — Хотя, ты права. Больше некому. Но разве это такой повод обижаться? Некромагички Форгерии эмансипированы по самое “не балуй”. Зачем им этот пережиток патриархального общества?
Хоть вопрос был задан тоном насмешливо-шутливым, намекающим на несерьёзность, доля правды в этой шутке была ощутима. В том смысле, что Даркен, на самом деле, не понимал.
— Эмансипация не облегчила задачу мужчинам, зато существенно усложнила её. Ведь теперь женщина не просто красивая, способна рожать детей и нагружена приданым, но ещё и вполне самостоятельная единица. В Форгерии, помимо всего прочего, эта единица зачастую способна закатать в асфальт половину своих обидчиков без вмешательства мужчины, — вздохнула Броня. — Сами же мужчины, по сути, остались на том же уровне, что и при жёстком патриархате. Конечно, всегда будут женщины, которые себя не ценят или готовы по иным причинам демпинговать цену в условных единицах конфето-букетности, но это всё детали свободного рынка отношений. В вакууме же ситуация складывается таким образом, что возросшую ценность женщины нужно отбивать более активным и качественным ухаживанием.
Девушка хмыкнула.
— По крайней мере я бы даже не начала задумываться, зачем мне связывать свою жизнь с мужчиной, без достаточного на то повода, — добавила она. — Я лучше буду “с кем попало”, но в качестве наёмного рабочего, бойца или аналитика, но не в качестве жены. Среднему мужчине моего уровня, кроме конфетно-букетности попросту нечего предложить мне того, чего я не могла бы получить без него.
 
Пару секунд молодой человек молча изучал лицо собеседницы, а затем откинул голову на спинку кресла. Взгляд его был направлен куда-то в небеса, словно бы те можно было углядеть сквозь многочисленные этажи небоскрёба.
— Вот оно как. Значит, Ёлко, услышав моё признание, ты сделала шаг назад, надеясь, что я буду догонять? — обратился он к человеку, которого здесь не было, и который попросту не мог его услышать. — Бенэ. Я буду догонять и не дам тебе уйти.
Тем временем, повинуясь приказу Брони, растение облизало от крови — насколько можно считать подходящей такую формулировку для существа, у которого нет языка — свои корни-щупальца и запустило первый цикл пищеварения. На сегодня было достаточно экспериментов.
Некромагичка решила последовать примеру босса и тоже откинулась назад. Синие глаза изучали переплетение прямых серебристых линий между лампами на высоком потолке.
Мысли роились в голове. Но каждая из них двигалась слишком быстро, чтобы получалось её рассмотреть и изучить. Ни одна не хотела останавливаться и на секундочку, выйти из области подсознательного в сознательную плоскость. Подобный вид мыслительного процесса люди часто называют интуицией, а выводы, сделанные таким образом — озарением. Броня была не из тех, кто недооценивает силу этих явлений: интуиции, работающей с неструктурированными данными, и озарения, дарующего сознанию новую структуру.
И вот, наконец, одна из мыслей, налетавшись вдоволь, приземлилась на кору головного мозга. Немного косматенькая, с ярким чёрно-жёлтым брюшком. Она посетила много-много цветущих и ярких подсознательных образов и собрала с них немало пыльцы.
Озарение, хоть и было на вкус горьковатым, но демонстрировало многообещающие питательные и полезные свойства. Словно бы каштановый мёд.
Девушка поспешила подтвердить свою догадку. Она поспешно достала из сумочки мобильный и быстро тапнула иконку записной книжки, куда сохранила контактный телефон четы Вейлис.
Долго висеть на трубке не пришлось.
— Алло? Слечна Броня? — услышала некромагичка слегка удивлённый голос матери семейства. — Кажется, мы уже оставили отзыв в Necrohelper. Спасибо, ритуал помог.
— Меня интересуют слегка иные последствия моего визита, — ответила она. — Семена? Как они?
— Растут не по дням, а по часам. Мы как будто бы не мандарины, а фасоль посадили, право слово. Ну, что тут говорить? Магия.
Голос женщины звучал расслабленно. Очевидно, она не заметила за побегами дерева никаких тревожных странностей.
— Хорошо, — кивнула некромагичка. — Сейчас я немного занята, но мне бы хотелось изучить растение-хранитель получше. Я с вами заранее созвонюсь перед визитом. Мне потребуется ассистирование со стороны Макса. На сей раз обойдёмся без плоскогубцев. Обычное наблюдение. Об эффективности большинства ритуалов можно говорить только спустя определённое время.
— Я понимаю, — ответила женщина. — Макс бывает дома по вечерам в будни. Только не во вторник или четверг. Ну и в воскресенье: по субботам они с отцом на рыбалку уезжают.
— Бенэ, — кивнула Броня. — До связи.
Ехидный голос Дарка прозвучал, едва лишь девушка повесила трубку.
— Ставишь эксперименты на ничего не подозревающей челяди?
— Да, — холодно ответила она, не тратя ни секунды на размышления. — Не хочу выслушивать обвинения от того, кто использует высоконасыщенный прах ради бессмысленных погромов. У каждого из нас ведь найдётся оправдание.
— Согласен, — хмыкнул молодой человек. — Оправдание, как анальное отверстие — есть у каждого.
 
Именно после этих слов к парочке некромагов УСиМ подошла одна из сотрудниц “Пражского Торгового Центра”. Подход к униформе у Фурмана был идентичен подходу к оформлению интерьеров: лишь бы выглядело футуристично. Сверкающее глянцем серебристо-белое платье с юбкой-карандашом и синий, словно бы неоновый, жакет. Подобно вишенке на торте, венчало весь образ строгое карэ. Глядя на что-то подобное можно было без труда ощутить себя актёром в каком-нибудь фантастическом фильме в сеттинге недалёкого будущего, где каждый из сотрудников подобных учреждений — непременно клон.