Некромагичка для мажора (СИ)

— А, — кивнул Дарк и сделал ещё глоточек. — Ну и ладно.
— Ну и ладно? НУ И ЛАДНО?! — не выдержала “номер два”. — Ты, вообще слушал, о чём я говорила? У тебя и так отношения с отцом просто ужасные…
— Ты такая милая, когда злишься, — перебил её молодой человек. — Голос сразу становится такой прикольный. Фыр-фыр-фыр. Фыр-фыр-фыр. Прямо как фырчание ёжика.
Это было лишь наполовину правдой. Всё вышесказанное относилось к той части реплик, которые Ёлко произносила насупившись, а потому, слегка сдавленно. Динамики телефона сходство только усиливали. Крик же больше напоминал истошные визги чаек. И тут техника была уже бессильна. Разве что, наверное, самые высокие ноты микрофон не улавливал, облегчая, таким образом, жизнь слушателю “на том конце провода”.
— Вовсе я и не милая, — собеседника ещё больше скуксилась. — Нельзя так, Дарк. Я же о тебе беспокоюсь. Неужели тебя совершенно не волнует, во что всё это может вылиться?
— Да, вообще наплевать, — ответил он. — А с чего бы что-то должно пойти иначе? Мне совершенно нечего бояться. Я совсем ничего не теряю. Если ты искренне веришь, что мой папенька считает, что из меня может выйти толк, ты искренне заблуждаешься. Нет абсолютно никакого сценария, при котором я вдруг стану в его глазах достойным. Если ты вдруг не поняла, я давно уже готовлюсь к войне за наследство… в которой мне придётся иметь дело с тупой разбалованной сестричкой.
— Уф… ладно… я поняла: здесь я бессильна, — сдалась Ёлко.
— Разумеется, не бессильна, — хмыкнул молодой человек. — Мне просто приятно слушать твой голос. Кроме того, сама подумай, какие перспективы открываются в случае силового захвата наследства.
— Какие? — удивительно, как много скепсиса можно отсыпать в один конкретный вопрос.
— Отец никогда не одобрил бы нашу с тобой свадьбу, Ёла…
Молчание.
— Не… не нужно, Дарк. Если ты делаешь это только ради меня. То ты идиот.
— Цунде-е-ерка моя, — расплылся в умилённой улыбке Маллой-младший. Да так расплылся, что аж сполз немного со скамейки.
— Нет… я серьёзно. Если вдруг у нас будут отношения… это очень маловероятно, но вдруг, вот, ни с того, ни с сего. Вот, если случится такая оказия. Тогда мне разумней быть вашей фавориткой, а не женой, вопреки воле родителя.
— Эй-эй! С чего бы такая официальность, Ёла? — Даркен аж выпрямил спину. Вот только сидение под седалищем уже закончилась, потому пришлось спешно спасаться от падения упором на локти. — Ах, курва… это я не тебе, если что. Я тут просто чуть не чебурахнулся.
— В смысле, с чего бы такая официальность? — девушка беспокойно затарахтела. — Ничего не предвещало. Мы просто собрали ковен. В смысле, я понимаю, конечно, что мы много общались. Что от той же Туны ты бегал. Но ведь у тебя выбор богатый. У наших родов слишком большая разница.
— Ёлко…
— Да и с чего ты, вообще, решил, что у нас с тобой может быть что-то общее? Ты же… ты же дурак. Ты всё делаешь неправильно.
— Ёлко…
— У тебя всё из рук валится! Вот, взял, и ни с того, ни с сего влип в историю! И с отцом хочешь поругаться! А я же волнуюсь!
— Ёлко…
— Что? — наконец, удалось остановить этот бесконечный поток слов.
— В прошлой жизни мне удалось встретить такую девушку, как ты. Это большая редкость. Таких — одна на миллион. Я говорю не о внешности. Вы с ней даже не похожи, — вряд ли это так коньяк в голову ударил. В напитке его кот наплакал. Скорей всего, сказывался стресс первой настоящей битвы. — У неё волосы не топорщились иголками. Напротив, она была вся такая гладенькая, как хомячок. Вы… у вас есть что-то общее внутри. Я не могу сказать что. Обе слабые, но сильные. И очень умные. Она успевала играть на гитаре, рисовать, писать стихи, вышивать и ещё кучу всякого творческого, а ты непонятно как умудряешься всё узнавать о людях, их доходах, понимать чужие хитрые трюки. Тогда. Там. В прошлом мире я проявил малодушие. Слабость. Трусость. Я упустил свой шанс. В этом мире я ошибки не повторю.
— Эм… спокойной ночи, Дарк…
Характерный звук разрыва связи, похожий на последний вздох умирающего, и вот, вновь тишина. И лишь горячий шоколад мог согреть одинокого молодого человека этим тихим скучным одиноким вечером.
 
— Дурак! О чём я думал? — некромаг раздражённо швырнул телефон на пол беседки, и тот отскочив от упругих досок, улетел куда-то в кусты. — Курва! — сокрушённо мотнул головой “номер один”, осознав, что теперь ещё и мобильник искать придётся.
О возможности напрячь слуг Даркен вспомнил всего через пару секунд, но, немного подумав, рассудил, что лучше всё же обойтись без чужого вмешательства. Не хотелось никого видеть. Совсем.
2.
Броня чувствовала себя крайне неуютно. На самом деле, её чувства было несложно понять: многие ли из нас ощущали бы комфорт во время проводимой “на дому” стоматологической процедуры, пусть даже и магической. Сколь не был бы продвинутым и эффективным процесс построения недостающих кусков зуба из костной пыли с последующим восстановлением эмали, на протяжении всей операции всё равно приходилось сидеть в неестественной позе с задранной головой и открытым ртом, не имея даже возможности нормально сглотнуть слюну. В кабинете дантиста, хотя бы, есть трубочка с активным слюноотсосом, а тут из удобств только возможность поднять руку, показывая необходимость сделать перерыв.
Тот факт, что процедура выполнялась непосредственно руками самой пани Маллой, жены ректора, происходящей из крайне высокого рода, да ещё и с ассистенткой в лице её дочурки, ничуть не помогал. Как раз, напротив — делал ситуацию ещё более неуклюжей.
Хорошо хоть Броня успела привести себя в относительный порядок. Смыть грязь, засохшую кровь, пот. И даже причесаться. Благо, в усадьбе пана ректора при гостевых покоях имелись собственные ванные комнаты с прямым доступом без необходимости выходить в коридор. А вот переодеться девушка не успела. Хозяйки дома проявили излишнее радушие и даже не стали дожидаться, пока синеглазка сменит полотенце на заранее заготовленные одеяния. Так что, к вышеупомянутым неудобствам стоило мысленно добавить ещё и необходимость постоянно придерживать одной рукой ткань в районе груди. Не то, чтобы оно было критично в чисто женской компании, но всё же.
Впрочем, это уже ошибка самой Брони. К ней без стука никто не врывался. Девушка сама пустила хозяек, не ожидая, что всё обернётся столь неожиданным образом. Впрочем, и без непрошенного визита уюта было немного. Гостевые покои поражали размерами, однако комфорт и гигантомания, с точки зрения временной обитательницы, являлись понятиями антагонистичными. На излишне большой кровати с алым балдахином могло бы уместиться человек пять, а в расстояние от неё же до шкафа при желании получилось бы впихнуть комнатку, в которой обычно доводилось проводить свои ночи синеглазке. Никоим образом нельзя было отрицать красоты и шика местных интерьеров в стиле рококо, однако красота и чувство безопасности, порождающее уют, — не синонимы.
— Ну вот и всё, — наконец произнесла пани Маллой и отстранилась, более не нависая над гостьей. Её ассистентка тут же подала полотенце для рук. — Зубки лучше новых.
Броня пару раз клацнула челюстью, после чего пожевала воображаемый листик салата. Вроде бы, ничего не мешало. Благо, магическое обезболивание отличается от химической заморозки, и нервные окончания стали полностью функциональны сразу по завершении процедуры. Это уменьшало количество неприятных сюрпризов. Главное, слегка разогнать кровь, избавляясь от присутствия потустороннего холода.
 
— Да. Премного благодарна, пани Маллой, за вашу помощь. Я бы, наверное, провозилась пару часов, да ещё и исключительно наощупь.
— Ничего страшного, моя дорогая, — покровительственно улыбнулась женщина. — Всё же именно из-за нашего горячо любимого остолопа вы попали в столь затруднительную ситуацию. Не стоит судить о семействе Маллой только по мужчинам. Им положено быть властными и непреклонными, даже когда они знают, что не правы.