Некромагичка для мажора (СИ)

Детали головоломки собрались воедино спустя всего пару мгновений после того, как вопрос был озвучен. Ну, конечно же, предпосылки были. Появились буквально сегодня утром. Каждый из тех, с кем доводилось общаться Броне после того, как она покинула кабинет ректора, либо был преподавателем, либо принадлежал к сомнительной тусовке Маллоя-младшего.
Пора прекращать мыслить устаревшими шаблонами. Статус Глашек сильно изменился. И последствия этого изменения ей не нравились.
— Насколько мне известно, по всему потоку нет никого, лучше вас в парафизике.
Утверждение, хоть и было лукавством, но небольшим. Синеглазая некромагичка, действительно, то и дело оказывалась на вершине рейтинга в ряде предметов, в число которых входила и упомянутая выше парафизика. Ты не можешь даже надеяться создать новое магическое течение без знания этого предмета.
— Не по данным предыдущего месяца, — Броне её собственная улыбка казалась дико мерзкой. Карикатурно натянутой.
— Ну, с моего уровня, когда даже средние оценки кажутся достойным достижением, вы выглядите под стать богине, — у Фортуны был очень цепкий и въедливый взгляд, а речь лилась легко.
Обычно, в таких случаях напрашивается сравнение с ручейком, но попаданка видела аналогию, скорей, с полётом колибри. Так уж получилось, что безродная чаще строила аналогию именно по визуальным метафорам, а не по звучанию. А визуально лишённый ограничений полёт цветастой малышки куда как воздушней, чем поток воды, безальтернативно подчинённый гравитации.
Тем временем обладательница столь лёгкой речи сделала шажок, непринуждённо вторгаясь в личное пространство Брони, вынуждая последнюю отшатнуться.
— И мне подумалось, может быть, вы мне в этом поможете, слечна Глашек? Поможете стать чуточку ближе к божественному? — губы коварной вторженки украшала невесомая, как пыльца феи, улыбка.
— Из меня выйдет ужасный преподаватель, слечна Штернберк, — улыбка потенциального репетитора больше напоминала искривлённую парой ударов кувалды подкову. Столь же лёгкая и естественная.
Ей-Форде, рядом с первой красавицей потока сложно было не ощущать себя ущербной. Как будто бы она вытягивала из окружающих все достоинства и забирала их себе. В каком-то смысле, это забавное ощущение, ведь подобное свойство часто приписывают фейри зимнего двора и их тёмным подменышам.
— Поверьте, я пробовала, — уточнила Броня. — Ещё в прошлой жизни. Мне просто не дано осознать, что именно не понятно моим ученикам.
— Ай-вей, слечна Глашек, какая вы колючая, — Фортуна на секунду зажмурилась и мотнула головой. — Думаю, мы обе знаем, к чему всё идёт. И раз уж вы так любите экономить время, пропуская растягивающие время диалоги…
— Это была моя идея, — вяло подал голос Гало, смещаясь по велению очереди на пару шагов ближе к автомату.
Незаинтересованное замечание громилы ничуть не смутило высокородную красотку. Не прерывая речи ни на секунду, та ласково, но настойчиво взялась за руку Брони чуть повыше локтя и потянула за собой в сторону. Синеглазая некромагичка не сопротивлялась этому жесту, потому как осознавала его справедливость. Нечего занимать очередь, если ты не собираешься ничего покупать.
— … то давайте представим, что я перепробовала несколько разных поводов провести с вами время, пробираясь через ваши очевидные попытки вежливо отказаться, и поговорим начистоту. Вы ведь человек дела, а не слов, слечна Глашек.
Последний финт Фортуны прошёл через оборону Брони. Он поразил попаданку, пусть не в самое сердце, но ключицу точно задел. Любому человеку нравится, когда его хвалят именно за те черты, которые он больше всего в себе ценит. А безродная, как нетрудно догадаться, ценила в себе именно деловой подход в ущерб пустому трёпу.
Но куда важней оказался тот факт, что кажущаяся пустышкой героиня литературы про подменышей оказалась способна отойти от принятых в обществе шаблонов общения. Более того, проявить в этом вопросе инициативу.
— Как скажете, слечна Штернберк, — согласилась “человек дела”. — Суть моей позиции заключается в том, что я не хочу взаимодействовать с людьми больше, чем это необходимо для выполнения моих прямых обязанностей. Большая часть того, что вам кажется интересным или развлекательным мне просто скучно. Точно также вас вряд ли развлекут многодневные партии 4X-стратегиях или набивание тройного сигма на каждом уровне свежего слешера. Лучший способ наладить со мной отношения: это ограничиться линией функциональности. Есть задача — я выполняю. Есть награда — получаю.
 
Собеседница чуть отстранилась. Удивлённо подняв бровь, она вновь окинула взглядом фигуру Брони.
— Слечна Глашек, для того образа оторванного от общества игромана, какой мне только что был предоставлен, вы слишком хорошо выглядите. И более того, вы в образ вкладываетесь. Достаточно вкладываетесь, чтобы, помимо прочего, поставить себе в расписание косметическую магию.
— Это ради матери, — синеглазка поморщилась. — Она настаивала на том, чтобы в я занялась изучением данного вопроса, потому как иначе магическая косметология ей была бы недоступна. А иметь ресурс и не использовать — откровенно глупо. Тем более, что формулы там простые… обучение того стоит. Сейчас мне проще подкрутить браслет и провести ладошкой по ножке, чем использовать материальную альтернативу.
Вдаваться в подробности о вкладе брата в собственный образ синеглазая некромагичка, естественно, не собиралась. Лёву просто оскорбляло нежелание старшей сестры отращивать шевелюру, а потому он скооперировался с родительницей в партию “за длинные волосы Брони”. Отец, конечно, тоже был сторонником этой партии, но его участие ограничивалось пассивным одобрением инициатив, в то время, как мама и Лёва чуть ли не до старших классов брали на себя все заботы по уходу за причёской попаданки. Ну и, заодно, за её гардеробом, дабы не наполнялся он чересчур скучной серой унисекс-одеждой.
Постепенно родичи стали самоустраняться с должностей старшего и младшего стилиста Глашек-младшей. Тут денёк сама за собой поухаживай. Тут два. В итоге Броня сама не заметила, как выработала все необходимые привычки.
— Ну да ладно, мы отвлеклись, — продолжила Фортуна. — Очевидно, что вас не интересуют разговоры о красоте и моде, раз вы используете магию исключительно из вопросов удобства, — подменыш сделала приглашающий жест в сторону балкона. — Поговорим о делах. Вы ведь в курсе внешнеполитической обстановки?
— Насколько это возможно для человека моего уровня, — безродная вспомнила про гирос и откусила небольшой кусок. Томатная паста смешалась с картофельными ломтиками. Это было очень вкусно. Правда, Броня всегда предпочитала гирос в жёлтой упаковке. Тот, что с сыром. — Читаю новости из разных источников. Изучаю внутренние СМИ соседних стран, доступные в Интернете. Но ЕССР довольно хорошо защищают свои данные этим знаменитым “Чёрным щитом”.
Едва открылись двери на балкон, как в коридор ворвался бойкий, шаловливый и любопытный ветер, принося с собой сладковатые запахи осени вперемешку с сухостью выхлопных газов и свежими уликами по делу о нарушении устава УСиМ: какой-то первокурсник поленился добраться до курительной комнаты начал смолить в уютном уголке, рядом с каменной химерой.
Третьекурсницы действовали не сговариваясь. Пока Фортуна только набирала воздуха в лёгкие, готовя обличительную речь, Броня уже подскочила к пареньку и быстрым щелчком пальцев отправила в затяжной полёт разом и сигарету и мундштук.
— Я понятия не имею, что у вас за род, — голос подменыша оказался пропитан разом обидой, возмущением и презрением. — Но я обязательно выясню, чтобы каждый в Праге знал, как вы позорите свою семью! Это надо было додуматься, табачным дымом, да в лицо двум высокородным слечнам!
 
Первокурсник стремительно побледнел. Не решаясь и слова поперёк сказать столь уверенно ведущим себя девушкам, он весьма шустро, по стеночке, скользнул к двери и был таков. Видимо, надеялся, что про него и не вспомнят уже через пяток минут.