Некромагичка для мажора (СИ)

— Ты про того зелёного милягу, что попытался высосать из тебя жизненные соки своими корешками? — весело подмигнул молодой человек.
— Именно, — некромагичка переключилась на бутербродики с сёмгой. — Использую кое-что из того, что наработала во время его создания. Заодно проконтролирую, чтобы у Игги была мощная корневая система вместо кучи щупалец с ложномышцами: пусть растёт себе тихо и мирно в одном месте, а не ползает по городу.
— Ла-а-а-адненько… но я, всё равно, не хочу лезть в канализацию, — Даркен вновь бросил задумчивый взгляд на своего мобильного. — Знала бы ты, как там воняет…
— Тебе и не потребуется, — ответила она. — Для этой части операции будут нужны лишь двое: я и кто-нибудь, кто меня подстрахует. Остальным же придётся поддержать боевиков из челяди.
— Чудненько! — кивнул молодой человек, тапая пальцем по всплывающему окошку входящего сообщения. — Ты уже достаточно наелась? Пленники на подходе.
— Э-э-э-э… — неуверенно протянула змеюка, рассеянно облизывая жирные пальчики. — Мне бы хотелось ещё поработать над планами. Может, ты займёшься допросом?
— Как-нибудь в другой раз, — с самым серьёзным видом ответил некромаг. — Кроме того, Бронь, при всём моём к тебе уважении, лучше Гало наземное наступление не спланирует никто. Спасибо за костяк плана, но мясо будут наращивать другие: сосредоточься на том, в чём ты на самом деле хороша.
— Думаешь, я хороша в пытках? — удивлённо подняла брови девушка.
— Знаю, — Даркен поднялся с места и достал из кобуры волшебную палочку: не было смысла экономить имевшийся прах и двигать мебель руками, если перед боем всё равно придётся сменить державу. — Как минимум, потому что у тебя самое зверское лицо.
— Э-э? — указательный пальчик девушки смотрел прямиком на её недоверчиво-удивлённую мордашку.
Это выглядело столь умилительно, что некромаг не сдержался и прервался на пару секунд, чтобы насладиться столь редким и приятным зрелищем. Впрочем, затем он вновь вернулся к работе: взмах волшебной палочки переместил сначала стол, а затем и диванчик, на котором сидела змеюка, подальше к стене. “Номер один” хотел расчистить место для пыток в центре комнаты. В конце концов, пленников ведь будет сразу три штуки.
— Тебе всё равно. Это самое страшное. Я видел твои глаза, когда ты оставляла послание для Сковронских в “Вечне забаве”. Для тебя это просто работа. И не важно, что она связана с человеческими мучениями.
— Не буду спорить, — некромагичка задумчиво мусолила салфетку. — Значит, мне сосредоточиться на пытках и подготовке ритуала?
— Именно, — кивнул Дарк. Серые очи ещё раз скользнули по комнате, после чего молодой человек кивнул себе, удовлетворённый результатами своего труда. — Не беспокойся, мне ещё потребуется твоё занудство во время фазы теоретической проверки планов на прочность.
— Бенэ, — согласилась девушка. — Значит… ты хочешь, чтобы всё происходило прямо здесь? — она указала взглядом на расчищенное “номером один” пространство. — В присутствии всех собравшихся?
Молодой человек с радостью отправил бы Глашек вместе с её невольными подопечными куда-нибудь с глаз долой, из сердца вон, да вот только осознавал, что практика эта порочна. Нельзя вечно бегать от обязанностей, даже от неприятных. Идеальный некромаг жесток и безжалостен. А пан ректор хотел вырастить из своего сына идеального некромага.
— Да… прямо здесь.
3.
Два с половиной часа.
Именно столько времени прошло с минуты, когда Дарк отхватил себе безымянный палец и до текущего момента.
Это много или мало?
С точки зрения подготовки сложной рискованной операции: просто ничтожный срок. На организацию одного лишь вчерашнего манёвра отвлечения внимания ушло раза в два-три больше времени, а ведь там было куда как меньше переменных, которые следовало бы учесть. Как минимум потому, что Маллой-младший достаточно хорошо осознавал, какими именно ресурсами он обладал. Не было у него на руках ничего даже близко настолько же непредсказуемого, как дендроголем Броньки.
 
Однако, с точки зрения заложников два с половиной часа — это целая вечность. Сомнительно, чтобы кто-нибудь из них согласился бы с идеей подождать ещё часика три, пока отряд спасения проработает очередной маловероятный сценарий.
Кроме того, вряд ли рыцарям плюшевого енота предоставится иная возможность атаковать Сковронских в тот неловкий момент, когда их предприятие находится в состоянии адаптации к новым условиям. Стоит ведь подождать ещё день или два, а то и несколько часов, в зависимости от умения противника организовывать логистику, и все пленники окажутся отсортированы по степени полезности и размещены по камерам, а вооружённые дуболомы получат свежий график держурств и инструкции на случай непредвиденных ситуаций.
Иными словами, даже безотносительно человеколюбия этот день и этот час — лучший момент для нападения. А всё остальное — лишь вопрос грамотной организации и человеческой глупости.
Даркен смотрел на закреплённые на внутренней стене бронированного фургончика крупные электронные часы, отсчитывавшие последние минуты до начала операции. Бездушные сегментированные цифры, отделённые друг от друга двоеточием. Почему они так сильно напоминали чьи-то очи? Смотрящие с укоризной и некоторым высокомерием на маленького человечка, решившего восстать против мирового порядка.
“Номер один” вспомнил… глупость какая. В одном из мультсериалов, что некромаг смотрел в своём форгерийском детстве, именно так и выглядел Хронон. Один из Семерых. Совершенно неканоничный дизайн, право слово, но сколь круто оно выглядело: человеческое лицо, с ярко-красными двумя точками на переносице, и с двумя парами цифр на месте глаз.
Отрешённый наблюдатель, не интересующийся ничем, кроме непосредственного течения времени. Божество, точно знающее, как решить все проблемы мироздания. И даже решающее их. И решающее неизменно эффективно… в будущем. Оттого его и не волнуют мелочные неурядицы настоящего, ведь там, дни, года, века и тысячелетия вперёд, относительно этого момента, абсолютно каждого праведника ждёт счастье, а каждого злодея — забвение или же вечные муки.
Хронон знает всё. Что было. Что есть. Что будет. Ничто на этом свете не укроется от его всевидящих очей. И именно он доносит до остальных божеств нужную им информацию, которую те могли упустить: но строго в тот момент и в тех количествах, которые сам посчитает необходимым.
— Считаешь, я не должен этого делать?
Горькая усмешка. Слова, обращённые к высшему существу.
Краем глаза Дарк заметил, как чуть встрепенулись его спутники: Гало и Вик. До недавнего момента тишину в грузовичке нарушали только случайные шорохи и позвякивания металлических застёжек, да убаюкивающий стук тяжёлых дождевых капель о бронированный корпус. Никто не говорил ни слова. Вот и сейчас подчинённые решили промолчать, не решаясь вмешиваться в беседу “номера один” их ковена с “номером один” божественной семёрки.
— Быть может, ты и прав, — некромаг рассеянно повёл одоспешенными плечами. — Знаю-знаю, что ты сказал бы: светлое будущее ждёт нас. Надо просто позволить вещам идти своим чередом. Вот только где это светлое будущее, а где мы?
Молодой человек взял в руки шлем и повернул его забралом к себе. Чёрно-красный. Чем-то похож на тот, что носил коммандер Шеппард. Есть даже метка “на виске”. “N7”. Форгерийцы, не знавшие истинного значения этих символов воспринимали их, как отсылку к своим богам. Восхваление или же знак подобострастного благоговения. Вот только Дарк никогда не был религиозен. Ни в прошлой жизни, ни в этой.
 
Для него отметина “N7” была знаком величия человеческого существа.
Иронично, сколь долгое время некромаг, подсознательно стремившийся к подобным идеалам, на деле был бесконечно далёк не только от образа своего кумира, но даже от того, чтобы сделать к нему хоть сколь-нибудь осмысленный шаг. Но, тем не менее, спустя долгие десятилетия и одну бездарно потраченную жизнь Дарк получил возможность заслужить право носить эту простую метку из двух символов.