Фрейя. Ведущая волков

– Это невыносимо – спать на одной кровати на таком расстоянии друг от друга, – горячо прошептал мне в шею Николас, и мое непокорное дыхание моментально сбилось.
– Не знаю, как ты, а я сладко спала, пока кровать не начала ходить ходуном, а ты дышать, будто загнанная лошадь, – возмутилась я.
Ник снова расхохотался.
Я все еще привыкала к его смеху, который прежде слышала от вечно серьезного и сдержанного сына вождя редко. От этих звуков у меня на душе становилось тепло.
– Тебе кто-нибудь говорил, какая ты милая в общении?
– А тебе, насколько ты бесцеремонен? – буркнула я, отбросив попытки вырваться. Впрочем, пыталась я скорее из вредности. Ладно, только из нее…
– Неужели тебе неприятно? – шепотом спросил он. За словами последовал мягкий поцелуй в ключицу, от которого все тело покрылось мурашками.
Я упрямо молчала.
Хмыкнув, Николас откинулся обратно на подушки. Но, прежде чем снова обнять меня, привстал и положил между нашими бедрами свернутый край покрывала. Когда причина столь странного действа дошла до меня, щеки запылали от смущения.
Мы долго лежали, не говоря ни слова. Привыкая к этой новой приятной близости. Его рука, твердая и горячая, лежала вдоль моей. Его ладонь накрывала мою кисть, легонько сжимая, а большой палец невесомо гладил пальцы. И мое тело, поначалу напряженное, как перед атакой, постепенно расслаблялось.
– Осталось немногим больше недели, – тихо сказала я.
– Этого хватит, чтобы подготовиться. Кезро встретят достойный отпор, – спокойно отозвался Николас. В его голосе не было ни капли сомнения, и эта уверенность мгновенно заполнила мою душу, притупляя нарастающую тревожность.
– Думаешь, мы сможем их победить?
Мы. Мне нравилось, как это звучит. Гораздо лучше, чем одинокое «я».
Он некоторое время раздумывал над ответом. Я вслушивалась в его дыхание, но оно оставалось таким же размеренным.
– Думаю, у нас есть для этого все шансы, – наконец ответил он. – Мы не можем предугадать будущее, но можем сделать все, что от нас зависит, чтобы достичь желаемого. Однако, каким бы ни был исход, мы встретим его с честью.
Я задумалась.
– Насколько большой клан Шэлдо?
– Почти не уступает нашему.
– И все равно у Кезро и Хири перевес в численности, – с досадой констатировала я.
– Единственное преимущество их бездумного активного размножения, – раздалось у меня над ухом, и я была уверена, что Ник поморщился. – Превосходство в численности не гарантирует победу в сражении. Даже один волк способен выстоять против стаи псов.
– Но его раны после такой битвы могут быть смертельны, – прошептала я.
– Он приложит все усилия, чтобы их зализать, – хмыкнул Николас, зарывшись носом в мои волосы. – Ведь иначе некому будет защищать самку и волчат.
И снова он не упустил случая смутить меня двусмысленными фразами. Только добился совершенно другой реакции.
Я резко окаменела. По телу прошел холод, а перед глазами замелькали воспоминания.
Пронзенный стрелой Лидер, громко скуля, падает на землю. Легенда вылетает из укрытия и скорбно опускается у неподвижного тела. Легенда исчезает во тьме леса, ее округлый живот покачивается в такт шагам. Она исчезает одна. Уходит без человека, к которому привыкла, и без отца будущих волчат.
Насторожившись моим молчанием, Николас привстал на локте и вытянул шею, чтобы заглянуть мне в лицо.
– Что с тобой? Я что-то не так сказал?
– Лидер, – прошептала я.
Николас застыл, так и нависая надо мной. Он сосредоточенно смотрел куда-то вниз, явно пытаясь вытащить что-то из сундуков памяти.
– Тот черный волк? – догадался он.
Я кивнула с грустной улыбкой. Холод внутри немного оттаял при мысли о том, что Ник помнит.
– Кто теперь защищает стаю… – Мой голос предательски дрогнул.
– Когда один вождь уходит, на его место приходит другой, – произнес Ник. – Они справятся.
Я вздохнула, ничего не ответив. Мне так хотелось верить в эти слова!
– Ты скучаешь по ним, – вдруг негромко сказал Ник.
– Ты не представляешь, как сильно. – Я прикрыла глаза.
 
Николас наклонился и потерся лбом о мое плечо, скрытое рубахой.
– Хочешь, навестим их, как только все это закончится?
Погрузившись в свои мысли, я не сразу расслышала его вопрос. Некоторое время лежала неподвижно, боясь, что мне все послышалось. А потом резко перевернулась на другой бок и приподнялась.
– Что?! – Голос надломился. В горле встал ком, сонливость как рукой сняло, и мною овладело такое возбуждение, что я готова была хоть сейчас взобраться на лошадь и поскакать в лес. – Правда?
Ник молча кивнул, глядя мне прямо в глаза.
– Да! Да! Да! – закричала я, позабыв о том, что внизу спит семья вождя, и бросилась Николасу на шею. Он охнул и сдавленно кашлянул, когда мои руки сжались слишком сильно, но его лицо светилось от улыбки.
– Значит, решено.
Когда мы уже умиротворенно грелись в объятиях друг друга, у меня в голове возник вопрос, не дающий мне покоя долгое время. Я пыталась было его игнорировать, но понимала, что не засну, пока не узнаю ответ.
– Ник? – нерешительно позвала я.
– М-м? – мгновенно откликнулся он, когда звук собственного имени выдернул его из дремы.
– Ты бы правда отправил к волкам лучников, если бы я тогда не поехала с тобой?
Он досадливо вздохнул.
– Конечно, нет. Но мне нужно было найти способ усмирить сбежавшую дикарку.
– Это я-то дикарка? – Я повернулась к нему, не зная, веселиться мне или оскорбиться.
– Ты укусила Дритана и сбежала в лес. – Он приподнял бровь.
Я хмыкнула.
– Может, я просто хотела, чтобы ты за мной побегал.
Николас ухмыльнулся, подаваясь вперед.
– Да-а, Кезро знатно повеселились, когда сын вождя вражеского клана прямо посреди разговора сорвался с места и помчался мимо них за сбежавшей рабыней, – лукаво протянул он.
Я расхохоталась, впервые увидев эту ситуацию с такой стороны. Мой смех заглушили горячие губы, не справившиеся с искушением.
  
Глава 27
 
Фрейя
 
Следующие пять дней пролетели как одно мгновение.
С Николасом мы почти не проводили времени вдвоем, сваливаясь от усталости после заката. Однако даже его незримое присутствие придавало мне сил и не позволяло страхам и отчаянию взять верх над холодной решимостью. Я знала: теперь, что бы ни ждало меня впереди, я встречу это не одна. И за последние месяцы я поняла, как ценен этот дар. Даже буря, вырывающая из земли деревья с корнями и разверзающая небеса, не способна пошатнуть человека, которого подпирают со всех сторон надежные плечи.
Несмотря на идущую полным ходом подготовку к войне, мне удавалось отбирать у времени кусочки мира. Каждое утро, приближающее роковой день, каким бы суматошным оно ни было, начиналось с прикосновения к счастью. Разлепляя тяжелые веки, я неизменно видела рядом сиреневые веточки лаванды, ярко-розовые бутоны кипрея или белые лепестки ромашек.
Николас, как и следовало ожидать, приказ отца проигнорировал, хоть и не полностью. Он в самом деле возвращался домой к закату, но вот уходил по-прежнему с рассветом, из-за чего снова однажды повздорил с Аяном. В тот раз вождю пришлось сдаться и пойти на компромисс.
Приготовления и правда требовали много внимания и усилий. Просыпалась я обычно в одиночестве, но знаки внимания скрашивали его, хоть я и пыталась намекнуть Нику, что не обязательно вставать еще раньше, чтобы нарвать мне свежих цветов. Вот только мои намеки предпочли не замечать.
Наша излюбленная с Даменом поляна для поединков стала моим постоянным пристанищем в последние дни. Некогда высокая трава была безжалостно притоптана, образовав удобную для тренировок площадку. Мои ладони загрубели, мышцы стали крепче и практически вернулись в былую форму, а боевые навыки заметно отточились. Как бы хорошо ни владел оружием мой брат, отец слишком рано ушел из жизни, чтобы обучить его искусству войны, а Теодену никогда не приходилось сражаться самому. Так что мне было что перенять у воинов Этна, дополнив те знания, которые дал мне когда-то брат. И было чем поделиться с другими.