Запретный плод для нимфы, или Нимфы против Нагов (СИ)

— Ну…, думаю, что большинство из них вряд ли разумней, чем двухлетний ребенок…, хотя встречаются и такие, как, например, стены, мебель и полы библиотек, которые достаточно образованны, хотя и знают они только то, что слышали. Книги, разумеется, они не способны читать, да и логически мыслить — тоже. И, Каролина, учти также, что зерна Lignum Scientia  ядовитые, поэтому настой нельзя употреблять больше одной дозы в сутки, и воздействует он не дольше, чем три минуты.
— А если я употреблю две дозы в сутки, что будет?
— Обычно потеря кратковременной памяти, но бывали и случаи, когда индивидуумы впадали на несколько дней в кому, и потом, придя в себя, не помнили целые десятилетия своей жизни. Так что про три дозы даже и не спрашивай, три дозы отвара из зерна Lignum Scientia — употреблять нельзя и точка!
— Ну, ладно, три минуты, конечно, немного, но все же лучше, чем ничего, — разочарованно вздохнула я, потому что уже успела нарисовать в своем воображении картину себя всеслышащей и, соответственно, всезнающей, благодаря универсально-интерпретационному зелью.
Прозвенел звонок, возвещая об окончании занятия.
— Уимзикал, спасибо, и, обещаю, что уже завтра я поговорю о тебе с моей бабушкой. Так что до встречи, советник!
[1] Et lignum Grana Scientia — Зерно Древа Познания
[2] Lignum Scientia — Древо познания
  
Глава 19
 
Как только мы вышли из лаборатории в коридор и остались одни, Присцилла естественно тут же призвала меня к ответу: — Давай рассказывай! Зачем тебе понадобилось, чтобы я отвлекла профессора Винеар?
Но я не слышала вопроса, потому что злобно смотрела на троицу хорошо знакомых мне личностей, стоящую неподалеку от нас, и троица это активно и главное секретно что-то обсуждала. Почему я решила, что секретно? Да, потому что все трое воровато оглядывались, как будто бы боялись, что их подслушают.
— Мутная треска! — выругалась я.
— Что-о-о-о-о? — опешила подруга, но заметив мой взгляд, направленный вдаль мимо нее, сменила вопрос на: — Где? — и попыталась обернуться, чтобы проследить за направлением моего взгляда.
— Не смотри! Я не хочу, чтобы они поняли, что мы за ними следим! — схватила я ее за голову обеими руками, чтобы не дать ей обернуться.
— Кто они? Кто там? Кто треска? Марина?
— Как хорошо ты меня знаешь! — прыснула я со смеха. — Да. Там Марина и еще хорошо нам знакомая скользкая и изворотливая мерзкая жаба-уж, будь он неладен этот уж! И…, ты не поверишь, пока сама не увидишь, с ними еще и глупый лосось!
— То есть Эрик, — она понимающе усмехнулась, спряталась вслед за мной за деревом и выглянула из-за укрытия, — и-и-ы-ы-ы-й… — ее «и» чем-то было похоже на звук, который издают, когда неожиданно перестало хватать воздуха. Присцилла повернулась ко мне и недоуменно-вопросительно уставилась на меня,  я пожала плечами и ответила ей выразительным взглядом, отвечая тем самым: «Сама ничего не понимаю!». Подруга снова посмотрела на троицу, по-видимому, чтобы убедиться, что ей не показалось и там точно и определенно Марк, собственной персоной. Убедившись, она опять ошарашено уставилась на меня, ее рот был широко открыт в немом изумлении, а руки широко разведены, демонстрируя крайнюю степень непонимания происходящего: — Не может быть! — и она в очередной раз обернулась, чтобы убедиться. — Это… все-таки Марк… — пришлось ей все же признать окончательно и бесповоротно. — Я поняла! — воскликнула она так громко, что я подпрыгнула. — Я поняла! — теперь ее голос звучал гораздо тише: — Они его чем-то опоили, и поэтому он не понимает, что творит… — убежденно прошептала она.
— Но зачем? — спросила я мнения подруги. Ни то, чтобы я была согласна с ее версией происходящего, но, по крайней мере, ее версия несла в себе хоть какое-то логическое объяснение того почему Марк настолько дружелюбно общается с Эриком, которого всегда терпеть не мог, и Мариной, которую он сегодня утром впервые встретил.
— А я откуда знаю? — она развела руками. — Но Каро, ты же понимаешь, что мы не можем оставить друга в беде? Мы сейчас же должны вмешаться! — И она развернулась в явном намерении немедленно приступить к операции по вызволению друга из «беды».
 
— Илла! — схватила я ее за руку. — Стой! — А если он не под воздействием?
— С чего ты взяла, что он не под воздействием?
— Посмотри на него! Он слишком непринужденно себя ведет…
— Значит, он под внушением! — сделала немедленный вывод она и опять ринулась его спасать.
— Илла! — я цепко держала подругу за руку. — А если он и не под внушением тоже? А просто засланный гоблин? Что если он, как и Эрик, прикидывается моим другом исключительно ради информации?
— Каро? Какой еще информации? Что происходит? Есть что-то, чего я не знаю? — Илла подозрительно уставилась на меня.
— Да, — виновато кивнула я и выложила часть правды: — Эрик с Мариной хотят отыскать книгу Ветитум Фруктум, так как моя бабушка — это моя бабушка, — многозначительно кивнула я, — то они думают, что я могу им в этом помочь.
— Каро, но Ветитум Фруктум — это же миф!
— Духи юго-западного и северо-восточного ветров подтвердили, что она существует…
— И они знают, где книга?
— Нет, этого они не знают, — отрицательно покрутила я головой. — Они просто слышали о ней!
— Ты ведь мне не все рассказала, так ведь? — подруга кинула на меня теперь уже не просто подозрительный, но обиженный взгляд.
— Илла! Смотри! Алекс и Дионис! Так вот кого они ждали!
— Они нас со всех сторон обложили, гады! — прошипела подруга, вмиг забыв о своей обиде на меня. — Ну, что ты стоишь? Пошли следом! Не видишь, что ли, они куда-то намылились, все вместе! Ты что, хочешь их упустить? Это же теперь наша священная миссия — вывести всех этих мерзких и скользких чешуйчатых на чистую воду!
— Илла, но у нас же через десять минут лекция по «Теории стихийных заклинаний», — напомнила я, не желая, становиться причиной, из-за которой моя подруга может даже не опоздать, а пропустить целое занятие. — Илла, со мной Тилли и Дилли, — вьюнки тут же появились из-под земли и помахали ей веточками, — кроме того, я могу еще духов ветров призвать…
— А меня не надо призывать, я уже здесь! — прошелестел мне на ушко Юз.
— Мстишь за то, что устроила тебе выволочку перед контрольной! — понимающе хмыкнула подруга. — Ну, так, то же КОНТРОЛЬНАЯ была, а это просто какая-то лекция! Разницу улавливаешь? — я разницу, разумеется, улавливала и поэтому кивнула, но очевидно кивнула я как-то не очень уверенно, потому что Илла подключила тяжелую артиллерию: — Или ты от меня просто избавиться пытаешься? Потому что и мне тоже не доверяешь? — обвиняющее тыкнула она мне в грудь.
— Каро! Или бросай подругу или бери с собой, потому что они уходят! — поторопил меня Юз.
— Хорошо, пошли! — вздохнула я.
— Но куда? Из-за тебя мы их потеряли!
— Илла, Юз знает в каком направлении они пошли, так что пошли! — я потянула ее за руку.
— Так здесь дух юго-западного ветра?! — догадалась она. — Хотела бы и я хоть раз его увидеть!
— Так я его не вижу, а только слышу!
— Хорошо, тогда хотя бы один раз услышать… — мечтательно вздохнула Илла.
Преследуемая нами пятерка прогульщиков занятий шла не в город, а, в направлении озера Забвения. «Неужели Марина каким-то образом подчинила их всех четверых, и теперь ведет для дальнейшей обработки к матери? А что, если они задумали какой-то ритуал? Или что еще хуже, а что, если они их всех отдадут русалкам?» — с тревогой думала я.
— Слышала, Каро! Хоть раз хотят МЕНЯ услышать! — пожурил меня Юз и тут же заныл голосом пятилетнего проказника, — А ты меня не ценишь! Ты меня не любишь!
— Если бы она слушала твое вечное жужжание у нее над ухом, как вынуждена я, особенно в последнее время, — я сделала многозначительную паузу для того, чтобы до него дошла справедливость моих слов, — она бы тоже перестала тебя любить! — парировала я.