Мастер меча рассечет тьму! (СИ)

Лезвия входят в Миста со всех сторон, брызгает кровь. Чёрная, густая, отвратительно воняющая… В этот момент активируется мой новый талант — меч-вампир. Это пассивка, благодаря которой любой меч в моих руках при нанесении ранений вытягивает из врагов жизненную силу и передаёт её мне. Это должно прикончить Миста. Потому что если не прикончит… ну, я его точно добить уже не смогу.
Меня накрывает откат. Всё тело пронзает резкая боль, Майя тоже кричит, клинки трескаются, начинают разваливаться на куски. Боль настолько чудовищна, что я не могу сдержаться, и ору во всю глотку. Где-то на задворках сознания мелькает мысль, что ограничение на вливание духовной силы в способности, наверное, нужно для того, чтобы самого себя не прикончить перегрузкой.
В конце концов, боль окончательно становится невыносимой, и я теряю сознание, погружаясь в черноту…
* * *
Спасительная темнота позволяет пробыть в себе целую вечность, спрессованную в одно неуловимое мгновение. Сознание возвращается ко мне, оповещая о том, что я, по всей видимости, до сих пор жив. Ох, лучше бы я не был. Всё болит. Адски болит. Но это не главная проблема. И даже не то, что я ничего не вижу — пере глазами всё плывёт, смазываясь в единое неразличимое месиво.
Прежде чем понять, где я нахожусь, я слышу насмешливый голос Миста:
— О-о-о, смотри-ка, очнулся! А я уже заждался!
Какого хрена…
Зрение снова становится чётким. Вокруг всё тот же странный безжизненный пейзаж из грязных чёрно-серых красок. Вдали стена тумана. Передо мной стоит Мист, целый и невредимый. Тьма снова клубится вокруг, скрывая тело, глаза горели алым светом. А в руках он держал мой меч… Майю.
— Отдай! — воскликнул я.
Только вместо крика из моей глотки вырвался тихий полухрип-полустон. Я дёрнулся вперёд… И понял, что обездвижен. Тьма Миста протягивалась от него ко мне, сковывая… И пронзая. Тёмные шипы пронзали моё тело повсюду — руки, ноги, грудь, бока, живот. Но кровь не текла. А вот боль… Впрочем, на боль мне сейчас было плевать.
— Я одновременно впечатлён и разочарован, — сказал Мист.
— Да пошёл ты нахуй со своими злодейскими монологами, выблядок, — прорычал я, пытаясь вырваться.
Тело едва слушалось, а тьма крепко удерживала. Духовная энергия была на нуле… Никаких шансов даже использовать какую-либо способность.
Ответом на мою реплику стала резкая боль. Ещё один тёмный шип пробил мне челюсть снизу, проткнув язык, и застряв в нёбе. Я захрипел. Кровь… её было мало. Слишком мало. Недостаточно, чтобы захлебнуться.
— О нет, ТЫ БУДЕШЬ слушать мои злодейские монологи, — расхохотался Мист.
Смех этого существа был абсолютно безумным и пробирал до мурашек… Впрочем, может быть, дело не в самом смехе, а в тех колебаниях духовной силы, которые исходят от Миста, и его подавляющей ауре? Эта тварь и впрямь слишком сильна… дерьмо.
— Потому что ты слишком слаб, чтобы у тебя был хоть какой-то выбор! — продолжал глумиться этот ублюдок.
Несмотря на кипящую внутри ярость и бессилие, я не поддавался эмоциям и не впадал в отчаяние, лихорадочно соображая и ища выход.
Но иллюзий я тоже не испытывал… Мист оставил меня в живых по худшей из возможных причин. Он… или скорее «оно» — поехавшее, на всю голову отмороженное существо, чемпион богини кошмаров и страданий. Ожидаемо, что он захочет глумиться над побежденным противником, пытать его, и пытаться довести до отчаяния. Тем более, раз уж цель его хозяйки не просто избавиться от меня, а «унизить» Хор. И так уж получается, что кроме как на Хор в этой ситуации больше рассчитывать не на кого…
Я закрыл глаза, стараясь не обращать внимания на Миста, всё нёсшего и нёсшего какой-то поток бреда, и обратился к Хору.
Я пытался позвать эту сущность, пытался нащупать тонкую ниточку силы, или связи, хоть что-нибудь. Но ответа не было. Ничего не получалось. Неужели, как и тогда, в подземелье с хрономагом, меня отрезали от связи с богом-покровителем?
— Что, не помогает твой божок? — голос Миста прозвучал прямо в ушах.
 
Я дёрнулся и открыл глаза от неожиданности, что вызвало боль по всему телу. Я зарычал сквозь зубы…
Тварь была рядом, буквально вплотную. При этом присутствие этого существа совершенно не чувствовалось. Не было ни дыхания, ни запаха, ничего. Ещё секунду постояв рядом, Мист отстранился.
— А я скажу тебе почему, — продолжал глумиться он, — Потому что ты, как последний дурак, полностью игнорировал развитие связи со своим богом-покровителем. Какой у тебя там уровень класса «инквизитор»? Второй, да, да, вижу… «Лидер культа» и вовсе первый. Твоя связь с собственным богом-покровителем находится в зачаточном состоянии! Конечно, он тебе не поможет здесь! Ты для него едва ли отличаешься от обычного человека, ха-ха-ха! Подумать только, божественный чемпион, наплевавший на своего покровителя! И несмотря на это, Хор почему-то цепляется за тебя! Почему-то он выбрал тебя! Того, кто в него даже не верит! Это ли не признак… отчаяния? Чего бы там не пытался добиться Хор, его силы, похоже, совсем на исходе, раз он делает ставку на такого неблагодарного идиота как ты! И раз уж твой бог, судя по всему, отчаялся… Нужно сделать так, чтобы ты ему соответствовал!
В следующую секунду меня пронзила нестерпимая боль.
Не знаю, сколько продолжалась пытка. Агония приходила и уходила волнами, давая лишь ненадолго оклематься, ровно настолько, чтобы следующий приступ нестерпимой боли снова ощущался адом, чтобы я не мог привыкнуть.
Я лишился чувства времени, чувства собственного тела, чувства реальности происходящего… в какой-то момент я начал галлюцинировать. Видеть своё прошлое, так ярко, словно проживал его заново. Первые детские воспоминания, первое сентября в первом классе, первая драка, первая дружба, первая любовь, первая работа, первые свои деньги…
Вдруг, всё резко прекратилось. Я снова осознал себя посреди странного чёрно-серого пространства, опутанный тёмными клинками-лентами, впивающимися в тело повсюду. Боль утихла, разум снова стал ясным.
— Если ты думаешь, что я позволю тебе умереть, то ошибаешься, — сказал Мист, — Я буду вливать в тебя жизненную силу и не давать твоему телу умереть до тех пор, пока ты не сойдёшь с ума, пока твоя личность не распадётся, а твоя воля окончательно не сломается. Однако, чтобы этого не произошло слишком рано… Я приведу тебя в тонус немного другим типом страданий, чемпион Хора.
Мист, который всё это время держал Майю в руках, поднял мой меч.
Нет. Нет-нет-нет-нет-нет…
По клинку пошли трещины. Одна за другой… они становились всё больше и больше, пока через несколько секунд Майя просто не развалилась на куски, вскоре ставшие просто пылью. Я такое уже видел. Когда «пробуждал» и поглощал другие мечи.
Внутри меня что-то надломилось. Я почувствовал исчезновение связи с живым мечом…
— Крепкая сучка. Так и не смог заставить её разблокировать вашу связь, чтобы ты послушал её предсмертные крики… Но это не страшно. У тебя ведь ещё много друзей там сейчас сражается с людьми Бэроуза, да? А у этого смертного весьма неплохой развлекательный комплекс оборудован, с пыточными и всем необходимым… нужно только помочь ему выиграть.
И вот тут меня окончательно прорвало. Несмотря на шип, пронзавший мою челюсть, я заорал, выворачивая собственную плоть.
Меня переполнила такая сумасшедшая ярость, такое сильное желание вырваться и отомстить за Майю, что это невозможно было описать словами…
* * *
Мист Делароза, или, скорее, существо, когда-то называвшее себя этим именем, ощутило внезапную опасность. Попытка сломать чемпиона Хора обернулась непредвиденными последствиями. Вместе с криком человека, Мист ощутил всплеск чуждой божественной силы.
Живая тьма, бывшая частью Деларозы, и удерживавшая жертву, внезапно развеялась. Изолированное пространство, это карманное измерение для дуэлей, резко изменилось.
Тёмный туман рассеялся, грязно-серая палитра прояснилась, вернулись нормальные цвета... Мист и Александр оказались на простирающейся во все стороны равнине, кажущейся бесконечной. Сверху появилось тёмное небо, усеянное звёздами…