(Не)настоящая истинная, или Избранница повелителя драконов

– Те самые яблоки? – удивленно вскидываю голову на дерево.
Всего два маленьких, наполовину съеденных птицами, и на самой верхушке, но это точно фрукты, как у прекрасной незнакомки.
Додумать мысль мне не удается, ворота позади меня хлопают с громким звуком, отрезая от внешней улицы. Больше из принципа подхожу к ним и дергаю железную конструкцию на себя, но она, как я и предполагал, не поддается.
– Значит, путь только вперед, ни шагу назад, – отчего–то повеселев, разворачиваюсь и бодро направляюсь к большому дому, расположенному в глубине участка.
Моя настороженность, как и щиты, на месте, но интуиция велит довериться происходящему. И я, проверив наличие пухлого конверта с перетянутыми тонкой резинкой долговыми расписками лорда Мортимера, смело кладу ладонь на ручку входной двери, лишь на миг удивившись наличию свежевскопанных кривых грядок с непонятной растительностью внутри.
 
Глава 10
 
Дверь не заперта, и я совершенно невежливо вхожу внутрь без приглашения. Кто ее разберет, эту девицу, может, она никогда не запирается, надеясь на ворота, а они явно живут собственной жизнью.
– Леди Агнесс, прошу прощения за поздний визит, – громко произношу, пытаясь привлечь внимание кого–то из находящихся в доме, – у меня к вам важное дело. Уверяю, оно и вас заинтересует!
Но ответом мне служит тишина. Причем такая, словно в доме нет ни единой души. Если бы не свет, освещающий буквально каждое помещение, доступное моему взгляду из холла, я бы решил, что в поместье никто не живет.
Участок, наделенный древней разумной магией, – идеальная ловушка для действующего императора.
– Сесил, неужели, – разочарованно говорю себе под нос, – зачем ты так, – укоризненно качаю головой.
Мои нервы на пределе, я сканирую миллиметр за миллиметром, опасаясь пропустить нападение. Но все же я его пропускаю…
– Простите, я уснула. Вы ко мне? – раздается неожиданное позади меня и я, резко разворачиваясь, с ходу ударяю боевой магией, не разобравшись в ситуации…
Агнесс
Даю себе зарок не выходить за пределы поместья, я не готова каждый день участвовать в погонях и прыжках с мостов. Чтобы не отчаиваться, спускаюсь в погреб и, счастливая, выхожу оттуда с банкой маринованных грибов.
– Да что нам эта зелень с сыром! – подбадриваю себя, с трудом открывая соленья. – Мы с крупой и грибами справимся! И мясо не нужно, белок и так получу. А хлеб научусь печь! Да! И яблони обязательно снова дадут щедрый урожай.
На сытый желудок уже нет желания страдать. Теперь я вообще не понимаю, зачем с утра отправилась на рынок. Не иначе, привычка питаться определенным образом не дала мозгу подумать и решить не тратить деньги.
Но после драки кулаками не машут, вылазка была мне необходима, чтобы впредь осознавать, насколько опасно в городе, даром, что мы в столице, самом безопасном городе королевства. Жандармы не придут на помощь должнице, даже если долги делала не я.
Ложусь спать прямо в гостиной на диване, укрывшись пледом. Моя спальня далеко, в ней комфортно ночевать, когда в доме есть другие люди, а одной спокойнее недалеко от входа. Да и каминная кочерга всегда рядом, но ворота все равно никого со злым умыслом не пропустят.
И новое утро у меня начинается гораздо лучше предыдущего. Полная воодушевления принимаюсь за уборку и готовку. Правда, в скором времени мне становится ясно, что содержать в чистоте и порядке мне одной удастся лишь малое количество помещений. Но разве мне много нужно? И с этим справлюсь.
На другой день я решаю испечь хлеб.
– Так, я видела, Рози всегда использовала муку, яйца, сахар и соль, еще пару каких–то порошков, – задумываюсь, напрягая память. – Дрожжи? Ладно, их я найду, а яиц у нас давно не было. Нужно было заводить кур и выращивать огород еще при батюшке, – тру подбородок в досаде. – Но раз нет яиц, буду без них справляться!
Тщательно все смешиваю в большой миске и на секунду озадачиваюсь, как–то все слишком сухо, сейчас у меня просто смесь муки с прочим.
 
– Вода! – осеняет меня. – Рози воду добавляла!
Довольная собой лью в миску воду, процесс получения теста становится увлекательнее.
– Прекрасно, теперь только запечь, – произношу, выпрямляясь. – Не так и сложно вести домашнее хозяйство, – горделиво добавляю, потом обвожу кухню глазами и понимаю, как я ошиблась. – Или нет, все же сложно.
Тяжело вздыхаю и снова принимаюсь за уборку.
В итоге о хлебе я едва вспоминаю и вытаскиваю его из печи уже изрядно пригоревшим.
– Ничего, черную корочку можно убрать, – подбадриваю себя и разрезаю испеченное изделие. – Вроде внутри хорошо выглядит.
Кладу кусок себе на тарелку, добавляю оставшиеся грибы и торжественно иду в столовую, где присаживаюсь на мягкий стул, с особой тщательностью расправляю салфетку на коленях, ведь мое бедственное положение – не повод позабыть о манерах, и с наслаждением откусываю свое пекарское произведение…
– Ох ты ж, – произношу сдавленно и выплевываю кусок обратно на тарелку. – Определенно, не нужно было класть много соли и сахара, их сочетание в хлебе – это нечто.
Но я не расстраиваюсь, у меня почти получилось, осталось лишь наладить рецептуру.
На третий день я решаю заняться участком. Косить подросшую траву у меня получается, хоть это физически затратное занятие. А потому во второй половине дня я воодушевленно приступаю к своим первым в жизни грядкам. Но, провозившись до позднего вечера и получив результатом косые саженцы, я понимаю, что больше едва ли прикоснусь к земле.
– Нужно признать, что это не мое, – произношу устало, отмывая руки. – Лучше осваивать кулинарию, чем садоводство.
Возвращаюсь в гостиную, решаю прилечь буквально на секунду перед ужином, да сама не замечаю, как засыпаю.
Будит меня чей–то голос, открываю глаза в полной уверенности, что послышалось, ведь никто ко мне не может прийти. И, позабыв про кочергу, босая выхожу в холл.
А тут я, не иначе, еще не до конца проснувшись вместо того, чтобы, увидев чужака, развернуться и вернуться за кочергой, приветствую его, как долгожданного гостя.
– Простите, я уснула. Вы ко мне?
Произношу без всякой задней мысли, а уже в следующую секунду получаю мощный удар под ребра, выбивающий весь дух, пролетаю через всю гостиную, где ударяюсь спиной о стену и отключаюсь. Впрочем, успев подумать, что по крайней мере теперь я смогу разобраться со своим отцом.
 
Глава 11
 
Александр
– Твою дракониху, – ругаюсь, осознав, кто мой противник.
Секунда промедления, и я уже подбегаю к девушке, молясь про себя всем богам и магии, чтобы я не зашиб ее полностью, чтобы она оказалась жива.
– Пульс есть, но слабый, – выдыхаю, ощупывая ее запястье, а затем аккуратно обхватываю девицу и несу ее к дивану. – Ты совсем не ешь, милая, ты слишком легкая, – произношу, да только ответа она мне не дает.
Голова девушки безвольно болтается, и я придерживаю ее, укладывая повыше на подушках. Кончики моих пальцев дрожат, давно я так не нервничал.
– Ничего, солнышко, я тебя вылечу, сам покалечил, сам же и вылечу, – несу какую–то чушь, осторожно ощупывая затылок девушки.
Нужно понять, не проломил ли я ей череп. Боевой маг, конечно, не равен целителю, но нас учат основам лекарской магии.
К счастью, никаких внешних повреждений головы не наблюдается, удар пришелся на спину, что одновременно и лучше, и хуже.
– Ничего, сейчас подлечим тебя, будешь, как новенькая, – снова ласково говорю девушке, не приходящей в сознание.
Все еще дрожащей рукой обхватываю ее хрупкое запястье, на котором синеют яркие венки на фоне бледной кожи, а вторую ладонь кладу на лоб девице и начинаю процесс лечения.
«Агнесс, ее зовут Агнесс Мортимер», – мысленно поправляю себя.