Трое в столице (СИ)

Хм. Думаю, после сегодняшнего представления их станет еще на один больше.
Но увы. После возвращения из Рино эрт Торано в категоричной форме запретил нам ввязываться в какие бы ни было разборки. Ник под страхом смерти не должен был показывать свой истинный уровень магии. А мы с Ланкой обязаны были всеми силами ему в этом помогать. Вроде как приказ императора. По этой же причине от практических занятий нас особым распоряжением отстранили. В том смысле, что присутствовать на них нам все равно приходилось, а вот колдовать и магичить — нет. И до тех пор, пока ректор не обустроит специально защищенную площадку и не найдет подходящего наставника, нам было запрещено участвовать в магических поединках.
Ну что за несправедливость, а?
А ведь провокации обязательно будут. Появление Ника только раззадорило Алика и остальных. Наше возвращение, смена позиции в рейтинге, окруживший Линнеля ореол загадочности… все это и дальше станет привлекать к нам интерес. А если учесть, сколько мы с Ланкой вытерпели на первых курсах, в том числе и от этой назойливой троицы, то задание ректора виделось, мягко говоря, трудновыполнимым.
Хорошо еще, что Ник сообразил взять удар на себя. Но не далее как завтра-послезавтра нам стоит ждать новых проблем. И еще не факт, что с ними удастся легко справиться.
Ну вот! Что я говорила!
Не успели мы выйти, как сзади донесся громкий голос ан Дорио:
— Эй, Линнель. Скажи: каково это находиться в одной тройке с девчонками?
Ник обернулся и спокойно встретил его насмешливый взгляд.
— Тебе не понять.
— Да? А с какой из них ты, позволь спросить, спишь?
Линнель только усмехнулся.
— С обеими.
После чего развернулся и вышел, словно не заметив наших с Ланкой выразительных взглядов и не услышав, как загудел после его слов весь остальной зал.
***
Не могу сказать, что мне легко далась внешняя невозмутимость, однако мы еще в изоляторе договорились, что никакие внутренние разногласия не помешают нам выступить против общего врага. Поэтому мы спокойно удалились от столовой на несколько десятков шагов. С беспечным видом миновали спешащих на завтрак студентов. И только оказавшись в одном из глухих малопосещаемых коридоров, я позволила себе остановиться и спросить:
— Ник, ты что наделал?
— Сказал им правду, — пожал плечами маг.
— Да ты спятил! — наконец-то дала волю возмущению Ланка. — Теперь вся академия будет считать, что мы с тобой спим!
Линнель тихонько фыркнул.
— Мы и спим. В одной постели. Каждый вечер втроем на одно ложе укладываемся. А если кто-то там себе что-то другое надумал, то это его личные проблемы.
— Это не их проблемы! Это наша репутация, болван! А ты только что сообщил всем, что мы… мы…
— Вместе живем, — кивнул маг. — Точно так же, как это делают все боевые тройки с момента их основания и до самой смерти.
— Но так неправильно! — отчаявшись донести до парня простую мысль, прошипела Ланка. — Когда говорят о мальчиках и девочках, то слово «спать» воспринимается совсем иначе!
— Вот удивила. Когда мальчик спит с девочками, это не позор, а повод для гордости. Тогда как ваши заклятые «друзья» находятся в гораздо более щекотливом положении. Так что если разговор еще раз зайдет на эту тему, напомни им, что совместное проживание — повод поржать над ними, но никак не над нами. И вообще, с каких это пор тебя интересует, о чем перегавкиваются собаки на улице? Может, тебя волнует мнение вон того кирпича? Или канализационного люка? Нет? Тогда чего ты всполошилась? Ты сделала что-то незаконное? Может, у нас есть хоть одна возможность жить по отдельности?
Ланка, покраснев еще явственнее, пробурчала что-то невразумительное и отвернулась. А я подумала и, рассмотрев доводы Ника, пришла к выводу, что он в чем-то прав. Хотя, конечно, двойственность его высказывания вызывала желание поспорить.
— Ланк, — неожиданно смягчился маг и, подойдя, наклонился к Ланкиному уху. — Ну что ты как маленькая, а? Спорить с дураками и пытаться им что-то доказать — гиблое дело. Играть на их поле — тоже затея так себе. Этот придурок утрется. Придет время, и мы его тройку в тонкий блин на полигоне раскатаем. И вот после этого ни одна собака не посмеет косо взглянуть в нашу сторону.
 
— Все равно… — пробурчала ведьмачка, тихонько шмыгнув носом. — Они дразниться будут. Шептаться у нас за спиной. И всякие гадости говорить. А мы даже ответить ничего не сможем!
Ник улыбнулся.
— Поверь, рыжик, это вовсе не тот повод, из-за которого стоит переживать. А если тебя волнует загубленная репутация, то не бойся. Найдем мы тебе мужа. Отыщем кого-нибудь неприхотливого, кто будет готов терпеть твои выходки. В крайнем случае, если других претендентов не найдется, я, так и быть, пожертвую собой и когда-нибудь… на склоне лет, чтоб поменьше мучиться… все-таки сделаю тебе предложение.
— Чего-о?! Ах ты, поганец!
Ланка развернулась, но Линнель благоразумно отскочил в сторону, причем с такой прытью, что ударить его у ведьмачки не получилось.
— Гаденыш! — Мгновенно позабыв про ан Дорио и его дружков, рассвирепевшая подруга кинулась на Линнеля с кулаками. — Стой! Стой, подлый трус! Я с тобой еще за утро не рассчиталась!
— Чего-о?! — возмутился маг, вовремя задав стрекача. — Ты вообще-то первая меня ударила! Я всего-то и хотел пяточки тебе намочить! От чистого сердца разбудить пытался, чтобы ты, дуреха, на занятия не опоздала! А что взамен?! Получил кулаком в глаз!
— А нечего было меня лапать!
— Ну если я тебя «лапал», то и ты тогда искупалась вполне заслуженно. Ну и остудилась заодно. Воду-то я нагреть не успел… Эй, только без рук! И не смей швырять в меня учебники! Уй! Мне же больно!
— Так тебе и надо!
Ах вот что там случилось. Похоже, Ланка спросонья не разобралась, что к чему и, обнаружив, что ее куда-то несут, по привычке начала размахивать руками. Поскольку синяка я у Линнеля не видела, значит, она все-таки промахнулась. Вернее, Ник, не желая попасть под удар, попросту ее выронил. Куда-куда… в воду, конечно, которую наверняка наколдовал по пути. Ну не на пол же было бросать? Вот Ланка и взбеленилась.
Я кашлянула, когда эта парочка вихрем вылетела вон и скрылась за ближайшим поворотом, откуда еще какое-то время доносились гневные вопли и задорный смех. А потом подобрала выроненную Ником сумку и потопала в тренировочный зал.
До занятия еще оставалось около получаса, так что искать этих ненормальных нет резона. Когда угомонятся, сами появятся. Ну и разомнутся заодно, что в преддверии скорой встречи с эртом Ларуном никогда не бывает лишним.
В общем-то так оно и получилось: не успела я переодеться в спортивную форму, как Ник с Ланкой действительно вернулись. Живые, что радует, и даже здоровые. Подруга, правда, все еще дулась. Линнель, соответственно, держался настороже. Но поскольку препирались они уже без прежнего энтузиазма, то буря определенно миновала. И мне, хвала богиням, не понадобится брать с собой в зал набор исцеляющих зелий.
А вот эрта Ларуна я, признаться, была очень рада сегодня увидеть. Традиционно боевую подготовку на нашем факультете вел именно он. Однако начиная с четвертого курса, в жизни студентов… в том числе и у нас… появлялись некоторые изменения.
— Доброе утро, курс, — заложив руки за спину, поприветствовал нас заместитель ректора и строгим взором оглядел стоящие навытяжку тройки в одинаковых костюмах. — Как вы уже заметили по изменениям в расписании, занятия по боевой подготовке будут теперь проходить по пятницам, но при этом займут сразу два урока вместо одного. А затем плавно перейдут в занятия по боевой магии, для которых, начиная с этого года, отведена специальная аудитория…
Угу. В отличие от нашей обычной, находилась эта самая «аудитория для старших курсов» в отдельном корпусе. Имела внушительные размеры. Была плотно экранирована снаружи и изнутри. Обладала превосходной магической защитой. А запас прочности у нее был таким, что даже очень сильному магу не удастся пробить ограждающее заклятие и тем более что-то там сломать или испортить.