Сколопендроморф (СИ)
* * *Просторное полутемное помещение без окон и дверей. Приятная обстановка, негромкая умиротворяющая музыка, круглый стол и чуть больше десятка троноподобных удобных стульев вокруг него. Не все они были заняты, но как минимум на половине сидели неизвестные разумные в бесформенных балахонах с капюшонами и закрывающих лица безликих белых масках, в которых даже прорезей для глаз не было. Единственное, что внешне отличало собравшихся, это алые цифры, нарисованные на масках и спинах балахонов.
— С рутинными вопросами разобрались, — искаженным до неузнаваемости голосом объявил Первый, откладывая в сторону аккуратную стопку бумаги, чем вызвал облегченный вздох у большинства собравшихся. — Теперь к больному вопросу. Седьмая?
— А-ня? — чуть встряхнулась названная. — Вопрос… какой?
— Больной, кошка ты драная, — пнул её под столом сосед, Шестой.
— Больняй, больняй… А, с Пяньком няшим⁈ — содержание фразы совершенно не вязалось со внешним видом и искаженным голосом, но все остальные уже привыкли. Ибо конспирация — это не про Седьмую. — Дя нячего нявого. Лет сто, мяксямум двясти и всяу, кирдяк. Алхямия тут бессильня. Все провяриля, полнястяу. Нячего.
— Проверяй дальше, — устало вздохнул Первый, которому было местами сложновато разобрать мяуканье коллеги. — Шестой?
— Второй и третий проект забраковали, — пожал плечами сосед мяуки, чей голос даже через искажение звучал грубо и слегка рычаще. — Первый перспективен. Четвертый… на проверки.
— Первый — это который «Большой Бабах»? — уточнил Пятый, другой его сосед.
— Он самый, — ответил Шестой. — А четвертый — «Хлопок Дверью». Так что если все накроется и Пенек сгниет окончательно, то гадам ничего не достанется, хррр.
— Надеюсь, до этого не дойдет, — Первый устало откинулся на спинку стула. — Третий?
— Проект «Оракул» начал ход, — спокойно ответил Третий. — Но пока удачен только один объект. И тот колеблется между путями «хвост», «ритуал» и «хищник». Оракул отдает приоритет на последний путь. Но…
— Проблема? — поторопил его Первый.
— Мне нужны Вороновы в разработку. И Поляровы.
— Это… — Первый задумался, перебирая в уме семьи города. — А, помню. И что именно ты имеешь ввиду под «разработкой»?
— Они сильно сократят численность. Но шансы повысятся. Намного.
— Тогда действуй, — дал добро Первый. — На этом все? Чтож, следующая встреча через месяц…
Глава 4
Лето прошло и плавно приближалась осень.
Я спокойно продолжать жить в пещерке на горе, неподалеку от найденного источника магии. Жилище свое так же начал облагораживать по мере своих невеликих сил и познаний — бытовая магия в этом деле оказалась незаменима. Правда, намучился я все же знатно, пытаясь освоить уже более-менее знакомые чары в новом, непривычном к этому теле, да еще и без вспомогательного артефакта-концентратора. Но я таки смог. Сдюжил. Правда, как оказалось моя память хранит не так уж много бытовых чар: уборка мусора, отпугивание насекомых, освежитель воздуха, стрижка, очистка тела и вещей. Это были именно те чары, которыми я часто пользовался в прошлой жизни. Было еще несколько заклинаний, касающихся готовки еды, но без приправ и посуды смысла в этом особо не было, а просто пожарить мясо мне нынче проще с помощью прямого контроля огненной стихии.
А вот что действительно оказалось просто изумительным и незаменимым в моей повседневной жизни, так это стихия природы, она же аспект жизни или просто жизненная сила, что досталась от зеленой виверны вместе с огнем. Ох, я так бился головой об каменный алтарь, когда осознал, что еще прошлой зимой мог жить «как нормальный человек», что почти ощутил, как мутирую из лиса в барана! Впрочем, нет. Настолько же хорошо, как сейчас, не смог бы — контроля бы не хватило. Зато нынче, когда я понял весь потенциал этой стихии, то ушел в неё с головой.
В чем, собственно, дело? Просто она позволяет контролировать растения! Там, конечно, есть свои нюансы, вроде того, что при обычном насыщении растений аспектом природы они лишь ускоряют свой рост и развитие, а для полного контроля нужно либо порядочно напрягаться с волевым посылом и вбухивать прорву маны, либо же, как я подозреваю, владеть специализированными заклинаниями, но… Для меня самым важным было не заставить какой-то кустик мутировать в убивающее все и вся растение-монстра. Вовсе нет. Мне важен был другой аспект, а конкретно — манипуляция древесиной, на которой я сильнее всего сосредоточился. Ну и по итогу мне довольно легко далось проращивание, изменение формы и даже «оживление» давно мертвой древесины. И все мои опыты вылились в обычный паркет, которым был застелен пол моей пещерки. Причем пах этот пол мягким запахом смолы, который еще и умиротворяюще действовал на мои расшатанные нервы. Но на одном паркете я, естественно, не остановился, покрыв деревянными панелями стены и потолок пещеры, а потом соорудив симпатичную круглую дверь на вход. Даже хотел поставить табличку с надписью «Хобиттшир», но сдержался. Дальше последовала деревянная мебель, вроде кровати, стола, стульев и шкафчиков, а потом и до посуды добрался…
Удовлетворив наконец свои эстетические потребности в оформлении жилья и почувствовав себя полноценным цивилизованным человеком, я немного подуспокоился и взялся за изучение уже более тонких манипуляций аспекта природы — управление травой. И это дело действительно оказалось намного сложнее, чем придание деревянному бруску нужной формы. Зато я смог сначала сделать себе банальную веревку, потом нитку, потом полотно, а следом и одежду из травяного волокна: простенькие штаны и рубашку, да сандалии на деревянной подошве. Правда, после корпения над одеждой я зарекся без нужды делать себе большой гардероб — слишком уж выматывающе оказалось часами сидеть и сосредоточено «переплетать» тонкие нитки в нужной формы ткань. На ту же несчастную рубашку у меня ушла неделя кропотливого труда. Зато отличное упражнение на развитие контроля, тут ничего не скажешь (нет, на самом деле я мог сказать очень даже много, но все это было исключительно матом).
После облагораживания своего жилища и быта, я решил вплотную заняться алтарным камнем. Пришлось немного поломать голову на тему того, как бы его обезопасить или хотя бы замаскировать, пока на ум не пришла очередная «гениальная» идея — вырастить вокруг камня дерево, а потом посредством ритуала переделать его в хранителя источника.
Насколько идея «гениальная» я понял только тогда, когда начал, собственно, выращивать дерево. Мне ведь нужно было не бревно в доски трансформировать и не травку заставить удлиниться и переплестись, а вырастить натуральный баобаб, потому как алтарная плита была около двух метров в диаметре и, чтобы дерево могло нормально жить, пришлось бы делать его толщиной метров десять-двадцать. К счастью, мне хватило мозгов подойти к проблеме с другой стороны и начать растить дерево не вокруг плиты, а над ней, оплетая сам алтарь корнями. Хотя это тоже было ни разу ни просто. Особенно было досадно, когда ударили холода и дерево из-за моего недогляда погибло из-за промерзших корней…
* * *— Ну-с, с Днем Рождения меня, — довольно поздравил я сам себя, снимая с костра шашлычок из кролика с маринадом из диких трав. — Два годика сознательной жизни исполняется, хе-хе. Хотя, сколько мне там на самом деле — хрен знает, но молчит.
На самом деле я не знал точного своего дня рождения — все же календаря у меня не было. Но это не мешало мне устроить небольшой праздник в один из дней примерно в середине лета. Впрочем, повод отметить этот день действительно был, потому что я уже столько времени мучился с задумкой древа-хранителя и именно сегодня, примерно к середине лета, мне наконец удалось закончить этот проект. Если честно, доделал его на голом упорстве, граничащим с упоротостью.
И вот сегодня я с удовольствием ел шашлычок, запивал его компотиком из лесных ягод и с гордостью смотрел на здоровенное дерево, среди толстенных корней которого скрывалась алтарная плита. Больше всего мое творение действительно напоминало дуб или баобаб, причем уже солидного возраста — высота дерева составляла метров пятьдесят, а его широкая крона образовывала сплюснутую шляпку метров сто в ширину. Про двадцатиметровый в обхвате ствол я вообще молчу — это монументальная дура буквально подавляла своим присутствием. И про последнее я не шучу и совсем не преувеличиваю — из крупных животных рядом с деревом могу находиться только я и то потому, что являюсь его создателем, практически отцом. Магия от магии моей, мда. А всю живность, что подходит ближе двухсот метров, дерево шугает чем-то вроде ауры подавления или страха. Сам видел, как пятиметровый шестилапый медведь при пересечении незримой границы вдруг задрожал, поджал лапы и резко сдал назад.