Тинни и Дэй (СИ)
- Лучше я подстрахую, - предложил Шани, ловко подхватил с пола оружие, принадлежавшее ранее одному из продавцов, и встал сбоку от двери, - в случае опасности – отпрыгивай. Я разберусь. Только, Тин, ты уж не зевай, лады? А то Дэй мне голову оторвет.
Все эти разговоры заняли от силы минуту, и все это время человек продолжал кричать и стучать. Это изрядно напрягало. Зато, по крайней мере, очевидно, что он еще жив… стоило мне приоткрыть немножечко дверь, как человек ввинтился в щель и тут же захлопнул дверь, подперев ее спиной. Я быстро защелкнул замок, а человек тут же сполз на пол.
- Ха-ха! Я уж думал – кранты! – сообщил он и начал сотрясаться в беззвучном смехе.
Я отошел в сторону – пусть придет в себя маленько, человек, верно, пока мы трепались, уже сто раз с жизнью попрощался. Рыжий смотрел на меня неодобрительно.
- Че пялишься-то? – ласково поинтересовался я.
- Да так. Нам вообщет засыпать надо. Чтоб вернуться. А тут – этот. И как? Связывать его, что ли? Допустим, свяжем, чтоб не мешался. Тогда поутру найдут два трупа и чувака. Все одно – прибьют залетного.
- А камеры? По записям будет ясно, что он тут ни при чем.
- Если здесь есть камеры. А их, скорее всего, нет. Короч, пизда ему. Зачем лез, спасал – непонятно!
- Иди ты, Рыжий! Че, по-твоему, пусть бы сдох? Так, может, мне и тебя надо было тем животным на Тине оставить? Не думал об этом?
- Пф! Ты меня отбил только для того, чтобы монет заработать!
- А вот и нет! В тот момент, когда мы ввязывались в драку, я даже не знал, что ты – это ты! Просто нельзя оставлять людей без помощи! Нельзя!
- Стоп, стоп! Ты что – просто побежал тогда на вопли и кинулся выручать не пойми, кого?
- Я кинулся выручать попавших в беду людей. Потому что так правильно. И по-другому я не умею. И лучше бы тебе это усвоить. Можешь считать меня дурачком или еще кем, все равно.
- Иногда ты меня дико бесишь, Тин, - прошипел сквозь зубы Рыжий, я ответил ему в том же тоне:
- А ты меня.
Мы помолчали, давая друг другу время, чтобы остыть. Пока мы оба пытались переварить разницу в мировосприятии партнера, мой взгляд, блуждая по помещению, упал на зашедшего парня. Тот уже не смеялся, а настороженно пялился на маонца. И было отчего – наш дорогой Садаршан ходил кругами вокруг тел, лежащих на полу, сверкал частоколом зубов и взгляд был такой жадный и голодный, что мне стало не по себе.
- Шани! – тихо позвал я, - ты ведь не собираешься кхм-хм… правда?..
- Держусь из последних сил, - нисколько не смутившись признался маонец.
- Блин, чувак, нельзя быть таким прожорливым! – с ноткой осуждения произнес Рыжий, и тут я был с ним полностью согласен.
- Ох, ну какие вы все-таки странные! – Шани закатил глаза. – Они уже мертвые! Им все равно. Ну, я честно не понимаю, почему нельзя съесть кусочек. Что за глупые предрассудки? Ладно, я еще понимаю, отчего вам, людям, полулюдям, нельзя употреблять плоть себе подобных. Но я-то - совсем другое дело!
Определенная логика в его словах присутствовала, однако все в моей душе восставало против нее. Бывают такие постулаты – простейшие, очевиднейшие, которые воспринимаются как аксиома. А когда некто ставит их под сомнение, осыпая тебя градом подтверждающих его позицию суждений, возникают затруднения с защитой этих самых аксиом. Вместо дельных аргументов - в голове плещется ошалелая растерянность, так как кощунственного покушения на «истину» ты никак не ожидал, не готовился к подобному. Мысль буксует. Вот как обосновать запрет на поедание существ, которые при жизни были разумными? Типа: никто так не делает? Жалкий какой-то аргумент. Единственное что пришло мне в голову – попросить Шани не травмировать мои чувства. То есть я сослался на собственную эмоциональность и подчеркнул, что психическая травма еще никому не помогала в жизни, а именно это произойдет, если Шани съест на моих глазах хотя бы кусочек человека.
- Ладно, твоя взяла, - со вздохом согласился маонец, - тогда я, пожалуй, начну готовиться к засыпанию. Хочу поскорее покинуть это место. И поесть уже.
- Ага, - Рыжий стрельнул в мою сторону мрачным взглядом. - Что возвращает нас к моему вопросу: что делать с чуваком?
- Не надо со мной ничего делать! – подал голос молчавший до того парень, - я сейчас еще немножечко посижу, и просто пойду обратно, хорошо? Я уйду и все, ладно?
- Они еще там, - сказал Садаршан, - я имею в виду – звери. Я их чувствую. Они ждут. Ладно, иди-ка сюда!
Парень и пикнуть не успел, как маонец схватил его за руку, вытянул на середину, мгновенно опутал волосами, запеленав в них как в кокон. А потом преспокойно опустился прямо на пол, уложив парня вплотную к себе.
- Все! Я – спать. Ты – молчи и не дрыгайся, а то сожру. И вот этот высокочувствительный хер… – тут маонец указал пальцем на меня, - помешать не сможет. Короче, лежи тихо. Очень, очень тихо.
После такой речи парень, кажется, даже дышать начал через раз.
- Вот, видишь, а ты волновался! Шани легко все решил! – не преминул заметить я, Рыжий на это только раздраженно фыркнул.
Мы отошли в дальний угол, чтобы не мешать маонцу, я присел у стены, Рыжий, поколебавшись, расположился рядом. Вроде и ссоры толковой не было, а чувство неприятное. Так и хочется что-то сказать, чтобы сгладить тягостное ощущение, но я все не мог придумать – что? Так мы и сидели: вроде рядышком, но ужасно недовольные друг другом. Наконец, Рыжий молча встал, подошел к маонцу, наклонился, рассматривая его лицо, вернувшись ко мне, сообщил, что мы тоже уже можем укладываться. Почему-то перед сном я вспомнил папу Ксана. Вот уж кто легко бы меня понял! Он всегда говорил, что людей не нужно любить, им опасно доверять, но помочь оказавшемуся в смертельной опасности – долг любого разумного. Наверное, Иша думает иначе. Ну, его-то уж явно другому в детстве учили. Чему тут удивляться! Эх, как же хочется увидеться с папами. Прижаться к широкой груди Ксана, ощутить одобрительное похлопывание Шыкха. Со всеми этими приключениями и перемещениями мы так замотались, что я не мог вспомнить – когда в последний раз была связь? Надо бы глянуть по картам – в какой мы галактике и где примерно должны быть наши. На корабле должны быть мощные системы, скорее всего сигнал дойдет до пап достаточно быстро… все-таки удачно мы корабль получили. Можно сказать – завоевали. На катерах-то передатчики всегда слабые – бьют недалеко, плюс всегда есть опасность того, что на пути попадется какое-нибудь скопление и замедлит сигнал до безобразия или вообще - заглушит. Поэтому пока мы летали на катере, приходилось дожидаться посадки в космопорту и уже оттуда посылать папам сообщение. Это если мы находились далеко. Небольшое расстояние и с катера можно пробить. Тем более, что папы некоторое время назад поменяли старый корабль на другой – более навороченный; у него прием чувствительнее, чем у предыдущего. А еще - мощные щиты и несколько компьютеров, соединенных в сеть – чтобы можно было мониторить перемещения отпрысков. Сейчас мы с Дэем, наверное, горим красным. Так как не ясно, где болтаемся. Да, действительно! Вот же он, экран на всю стену, иконки-фотографии… так, а Рунако-то с семейством, оказывается, гостит у пап! Надо же…
- Ептыть!
Я повернулся на восклицание и чуть не подпрыгнул от радости! Это же папа!
- Пап!!! – закричал я и двинулся к нему навстречу.
Но отец не спешил раскрывать для меня объятия, он нахмурился и отступил назад, я приостановился: он что, злится на меня? За что?