Дарио (ЛП)

— Откуда вы это знаете? — удивленно нахмурилась я.
Он улыбнулся, и от этой улыбки у меня по позвоночнику пробежали мурашки.
— У меня есть друзья в Квестуре.
Квестура — это полицейское управление, расположенное во Флоренции.
Значит, дьявол проник и в правоохранительные органы.
— Это моя вина, синьор, — умоляющим голосом произнес отец. — Она — мой единственный ребенок, и я не хотел, чтобы она оказалась втянута в эту… эту…
— Ситуацию? — закончил за него Дон Розолини.
— … да.
Таинственный человек долго смотрел на моего отца, прежде чем заговорить.
— Понятно. Я уверен, что она — ваша самая дорогая собственность.
— Я никому не принадлежу, — огрызнулась я.
Это вызвало бурную реакцию.
Мой отец выглядел так, будто у него мог случиться сердечный приступ.
Медведь выглядел удивленным.
Горячая Голова разозлился еще больше.
А вот мафиози смотрел на меня с весельем.
— Конечно, нет, — сказал он своим глубоким хриплым голосом. — Я лишь хотел сказать, что твой отец дорожит тобой… и не должен больше лгать мне, пытаясь обеспечить твою безопасность. Вы согласны, синьор?
— Д-да, господин, — заикнувшись, сказал отец.
— Хорошо. Что жертва делала в вашем кафе?
Отец издал принужденный смешок, полный страха.
— Полагаю, то же самое, что и все остальные! Просто ел.
— Ваше кафе находится в стороне от проезжей части. Может, у него была другая причина?
— Нет! То есть… насколько я знаю, нет.
Внезапно я вспомнила странные слова этого уродливого человека:
«Передай своему отцу мои комплименты шеф-повару».
Я вспомнила и о своем подозрении, что этот урод знал моего отца.
Но побоялась сказать об этом.
Я также боялась снова солгать мафиози.
Но он ни о чем меня не спрашивал.
Так что, если бы я промолчала, то не солгала бы… Что я и сделала.
Незнакомец смотрел на моего отца так, словно пытался заглянуть ему в душу. С его пронзительными глазами я почти поверила, что ему это удалось.
— Позволь мне отвести его на задний двор, — вмешался Горячая Голова. — Я развяжу ему язык.
Дон поднял руку, и Горячая Голова продолжил кипятиться молча.
Но красивый незнакомец не сводил с отца глаз.
Наконец он сказал.
— Человек, который посетил ваше заведение сегодня ночью… тот, который умер вон там…
Он жестом указал на высохшую лужу крови.
— Мне сообщили, что он участвовал в заговоре против меня и моей семьи. Но я не знаю, в чем заключался этот заговор.
— Это ужасно, — серьезно сказал мой отец.
— Действительно. Если вы узнаете что-нибудь интересное, немедленно свяжитесь со мной. Массимо, дай этому человеку наш номер.
Медведь полез в костюм и достал визитную карточку. Она казалась до смешного маленькой в его огромных пальцах.
Значит, Медведя звали Массимо…
Отец взял визитку и кивнул.
— Конечно, господин.
— Я был бы очень признателен вам за содействие в этом деле.
— Безусловно, Дон Розолини.
— И пока я не буду уверен в вашем максимальном содействии… я заберу вашу дочь с собой в качестве залога.
Эти слова ошеломили меня — и в равной степени удивили моего отца.
Папа моргнул.
— Э-э… простите, господин?
— Ты что, оглох? — прорычал Горячая Голова.
Мафиози посмотрел на Горячую Голову.
— Адриано.
Значит, этого звали Адриано.
После односложной реплики Адриано замолчал.
Тогда Дон Розолини снова повернулся к моему отцу.
— Повторяю — я беру вашу дочь в залог, пока вы собираете для меня информацию.
— Что?! — возмущенно воскликнула я. — Нет!
Все четверо мужчин — мафиози, Массимо, Адриано и мой отец — удивленно посмотрели на меня.
Конечно, удивление отца было больше похоже на шок от ужаса.
Выражение лица мафиози было гораздо более забавным.
— Боюсь, что у тебя нет выбора, — сообщил он мне.
— Вот как? — огрызнулась я и повернулась, чтобы выйти из комнаты.
Но тут передо мной возник Медведь Массимо. Его скорость была удивительной для человека такого роста.
Он посмотрел на меня сверху вниз и легонько покачал головой, как бы говоря: «Это не очень хорошая идея».
 
Я отступила назад и не двигалась.
— Господин… пожалуйста, умоляю вас, только не моя дочь, — прошептал мой отец.
— Не волнуйся — о ней позаботятся. Ты сможешь вернуть ее, когда соберешь больше информации о твоем сегодняшнем посетителе.
— Но, сэр, я ничего не знаю…
— Вот поэтому я уверен, что ты выяснишь что-нибудь для меня. — Дон повернулся к Массимо. — Отведи ее, пусть соберет вещи.
— Сэр, — сказал мой отец, резко шагнув вперед, что, как я полагаю, выглядело немного угрожающе.
Потому что Адриано бросился вперед, схватил отца за воротник и толкнул его назад.
— НЕТ! — закричала я.
Главный мафиози наклонил голову в сторону, и Адриано ослабил хватку.
— Дон Розолини… — шептал отец, — Алессандра — хорошая девушка… она ходит на мессу каждое воскресенье… она девственница, господин…
Мое лицо покраснело.
Я была девственницей, это было правдой — из-за моих религиозных убеждений.
… но отчасти и из-за отсутствия возможностей в маленькой деревушке, где я жила.
Слышать, как отец произнес это вслух, было ужасно.
Красавец-мафиози вперил в меня такой взгляд, словно собирался сорвать с меня платье.
— Интересная информация, конечно, но какое отношение она имеет ко мне?
— Сэр, ваша репутация опережает вас, — прошептал мой отец. — Вы мирской человек… и берете, что хотите. Моя дочь невинна…
Мафиози говорил с моим отцом, а сам медленно шел ко мне.
— Вы хотите сказать, что я могу воспользоваться вашей дочерью?
Я почувствовала страх при этих словах — но еще жарче пылало мое лицо.
Ужас от того, что этот незнакомец и мой отец обсуждали меня таким образом, был слишком силен.
И все же, посмотрев в завораживающие глаза незнакомца, я почувствовала, как между ног у меня разгорелся жар иного рода.
— Я… — сказал отец и остановился. Он явно боялся обидеть Il Mostro.
— Я даю вам слово, — сказал мафиози, остановившись в нескольких сантиметрах от меня. — Я не буду лишать девственности вашу дочь…
Улыбка, которой он одарил меня, была одновременно соблазнительной и ужасно жестокой.
— … пока она сама не попросит меня об этом.
Мой отец не знал, что на это ответить. Он ошеломленно молчал.
Я же, напротив, знала.
— Я не шлюха, чтобы быть предметом торга, — прорычала я.
Мафиози молниеносно прижался к моему телу и вцепился в волосы на затылке.
Он откинул мою голову назад так, чтобы я смотрела на него снизу.
Я чувствовала, как он прижимался ко мне — его мускулы под костюмом прижимались к моему мягкому телу.
Я была в ужасе.
И в то же время вожделение охватило меня, как огонь.
Кроме отца, я никогда в жизни не находилась так близко к мужчине.
И уж точно не с самым привлекательным и сильным мужчиной, которого когда-либо видела.
Мое сердце колотилось в груди одновременно от страха и волнения.
Он так крепко прижался ко мне, что явно чувствовал мое сердцебиение.
Затем наклонился, чтобы прошептать что-то мне на ухо.
Я ощутила запах его одеколона — тонкий, дорогой и очень мужественный.
Его губы коснулись моего уха, и мои глаза прикрылись в дымке желания.
— Ты будешь моей шлюхой, — прошептал он. — Но только моей… и ничьей больше.
Затем он отпустил мои волосы и отстранился от меня.
Я была в ярости…
Мне было страшно…
И в то же время во мне бушевало нечто более сильное, чем все, что я когда-нибудь чувствовала раньше.
— Массимо, отведи ее за вещами, пока я поговорю с ее отцом, — сказал незнакомец.
Массимо сделал жест головой, пригласив меня двигаться.