Не ДРД единой (СИ)

— Лиза? — восхищенно выдал дядя Володя. — Наверное, я сплю?
Елизавета Николаевна сначала побледнела, потом покраснела и зло сказала:
— Олег Васильевич, с вашей стороны это непорядочно.
— Вы о чем, Елизавета Николаевна? — сыграл в непонятливость Олег. — Познакомьтесь, это мой старший брат, Владимир Васильевич. В настоящее время человек непростой судьбы.
— Это такой неизящный намек на алкоголизм вашего брата? — ехидно уточнила Елизавета Николаевна.
— Вы неправы, — возмутился Олег. — Владимир вообще не пьет. У него сегодня случилась трагедия. Он осознал, что все его жизнь в последние годы была сплошной ложью.
— Олег Васильевич, я взрослая девочка, я давно не ловлюсь на такие сказки, — сухо бросила Елизавета Николаевна.
Тем не менее на дядю Володю она поглядывала, из чего я сделал вывод, что не все так безнадежно, как показалось на первый взгляд. И домой она тоже не уходила. Дядя Володя же молчал и только потеряно на нее смотрел, так что Олегу приходилось вести обработку в одиночку.
— Почему сразу сказки? Случилась очень некрасивая история, касающаяся семьи Вьюгиных. Не уверен, что я вправе рассказывать. Ведь вы пока посторонний человек.
— Я всегда буду посторонним человеком, — спохватилась она и взялась за калитку, намереваясь уйти.
Олег торопливо подставил ногу, чтобы вход на соседский участок не успел закрыться, и бросил оценивающий взгляд на нас с дядей Володей. По всему выходило, что впихнуть в калитку потенциального жениха и припереть ее потом машиной не получится, а значит, нужно действовать другими методами.
— Лиза, не исчезай, — очнулся дядя Володя. — Мне так тебя не хватало.
— Проспишься — не вспомнишь обо мне, как ты не вспоминал все эти годы, — резко ответила она. — Олег Васильевич, отпустите калитку, иначе я вызову охрану.
— Елизавета Николаевна, дайте брату шанс, а?
Она зло рассмеялась и дернула на себя калитку, двинув Олега по ноге так, что он зашипел от боли, но ногу не отдернул.
— Олег, не надо, она права, — сказал дядя Володя. — Я плохо с ней поступил.
— Не ты, а Алка.
— Ой, да мне наплевать было на ее угрозы, — выдохнула Елизавета Николаевна.
— Она тебе угрожала? — возмутился дядя Володя.
— Я тебе давно говорил, что Алка — первостатейная сволочь, — обрадовался Олег. — Ты мне не верил, считал ее чуть ли не ангелом. А теперь выясняется, что она шантажировала твою почти невесту.
— Может, вы разберетесь без меня? — уже с трудом сдерживаясь, зло выдохнула Елизавета Николаевна. — Я не имею претензий к семье Вьюгиных. Я просто не хочу с ними иметь дело. Хочу, чтобы они оставили меня в покое.
— Как это в покое?
Лицо Олега стало столь возмущенным, что я забеспокоился, не выдаст ли он свои планы относительно прироста рода Вьюгиных за счет Елизаветы Николаевны — он для этого был достаточно нетрезв. Поэтому я попытался перенести удар на себя.
— Елизавета Николаевна, пожалуйста, дайте дяде Володе шанс. Просто поговорите с ним.
«Эй, полегче, — забеспокоился Песец. — Нужно, чтобы она дала шанс твоему дяде, а не тебе».
Но в этот раз я осознанно применил умения и очень дозированно, так что предупреждения симбионта были излишни. А вот Елизавета Николаевна перестала дергаться и почти спокойно ответила:
— Зачем это мне, Илья? Я тебе очень благодарна за помощь с домом. Да, я считаю себя обязанной вам с дядей, но не настолько, чтобы ворошить прошлое. Очень болезненное прошлое, если уж на то пошло.
— Выполню одну вашу просьбу. Любую, — предложил я.
— Любую? — Она коварно усмехнулась. — Пойдешь на соревнования по магии — я согласна всю ночь проговорить с этим алкоголиком.
— Я не алкоголик, — возмутился дядя Володя, — сегодня у меня был сильный стресс.
Елизавета Николаевна окатила его насмешливым взглядом, от которого дядя сразу стушевался и наверняка начал сомневаться, действительно ли он не алкоголик. За прошедшее с их размолвки время характер бывшей дядиной любовницы закалился благодаря постоянным студенческим разборкам. Строго говоря, для дяди, может, и лучше если супруга будет обладать умением поставить его на место одним взглядом. При условии, что супруга будет не тетя Алла.
  
— Он не алкоголик, правда. Мы боялись, что он сбежит по дороге к вам, вот немного и не рассчитали. — Я достал протрезвляющее зелье и вручил Елизавете Николаевне. — Пусть дядя Володя это выпьет, тогда с ним можно будет разговаривать нормально.
— Постой, — растерялась она. — Ты что, согласен?
— Если вы его не выгоните до утра, поговорите и накормите, то да.
Олег, пока Елизавета Николаевна в растерянности вертела в руках пузырек, быстро подхватил брата и впихнул его в калитку, которая уже ничем не удерживалась. После чего калитку захлопнул и заявил:
— Кажется, выход подпирать не придется.
Елизавета Николаевна гордо подняла голову и пошла к дому, красиво покачивая бедрами. Дядя Володя оглянулся на нас в поисках поддержки, мы ему замахали руками, чтобы не отставал от дамы, а Олег вообще заявил:
— Учти, Вовка, если ты не разберешься с этим вопросом, то для Песцовых ты встанешь на один уровень с Алкой и Владиком.
Дядя Володя вздрогнул и рванул за Елизаветой Николаевной. На крыльцо они взошли почти одновременно, но в дом дядя зашел после своей пассии. При этом они оба молчали.
— Уф, — выдохнул Олег. — Мы сделали все что могли для счастья моего брата и твоего дяди. Дальше пусть сам поработает. И так на все готовое пришел.
Он садиться в машину не стал, предпочел прогуляться пешком, так что в гараж машину я загонял в одиночестве. Точнее, в компании Песца, который стоило мне вылезти из машины, сразу заныл, что нужно посмотреть, что там с сидром. Пришлось пойти ему навстречу, а то ведь не успокоится. Новых проблемных емкостей не обнаружилось, Песец успокоенно вздохнул и сказал, что ему те дрожжи с самого начала не понравились, так что тот неудачный экземпляр на самом деле не такой уж неудачный, а подтверждение его, песцовой, проницательности.
Я с ним из вежливости согласился, а потом пошел на кухню, потому что в баре я почти ничего не ел, блюда там подавали на редкость невкусные. На кухне обнаружился и Олег, который выглядел абсолютно трезвым.
— Ты зелье выпил? — удивился я.
— Ну так всё, Вовку отправили почти в свободный полет, можно и вывести токсины из организма, — ответил он. — На трезвую голову я бы на это не пошел, побоялся бы все испортить. Ну так там и портить особо нечего, похоже. Ты сегодня что-то новенькое готовить будешь?
— Нет, я хочу куртку закончить, потом не до нее будет. И так весь день пробегали. Поем — и займусь.
В принципе, выбор блюд оставался, пусть и не был таким уж большим, но до конца следующей недели должно хватить, а там все равно придется закупать и мясо, и овощи — одной изнаночной рыбой сыт не будешь.
За ужином мы старательно избегали разговора о дяде Володе, но совсем отстраниться не получилось, потому что, когда мы перешли к чаю, Олегу позвонил глава рода Вьюгиных.
— Да, отец, — кисло сказал Олег. — Виделись сегодня, немного в баре посидели.… Откуда мне знать, почему у него телефон не отвечает?… Да все в порядке с Вовкой, мы с Ильей вот только что с ним расстались, помогали ему с одной проблемкой.… Ах, супруга переживает.… Ну пусть переживает, мне пофиг.… И Вовке должно быть пофиг.… Говорил.… Ты просто не представляешь, чего просишь. Лихолетов за подход к целителю много чего может запросить.… Ну так род-то не мой.… И? Он жив-здоров. А что в магии потерял, может, это вообще возрастные проблемы. Алка вообще сразу истерить начинает, когда у сыночки что-то не то. Не надо нас с Ильей вмешивать в дела Вьюгиных.… Ты сам сделал этот выбор.… Приедешь, чтобы вправить нам мозги? Приезжай. Я только за. Мне давно уже никто не пытался объяснить, как правильно жить.
Олег зло выдохнул и отключился. Объяснять ничего не стал, и так понятно было, что дед повел себя как обычно: наехал, наорал и пригрозил. Ничего нового. Я допил чай и отправился в мастерскую менять фурнитуру на почти готовой куртке. Сначала я попробовал, разумеется, не на ней, но при проверке сбоев не было, поэтому дальше я работал уже с готовым изделием: молнии приобрели совсем другой вид, выглядели необычно и привлекали внимание. Заклепки тоже им соответствовали. В целом куртка выглядела ничуть не хуже той, что была из крыльев бархатницы. Возможно, не так дорого, но однозначно не хуже. А уж когда я прошелся по ней финалочкой…