Не ДРД единой (СИ)

— Нет. Не расскажем в любом случае, — признал я. — Хочу оценить риски основания своего предприятия, поэтому буду рад любой информации.
Дед поворчал еще немного для порядка, но потом все же, надеюсь что честно, рассказал обо всех этапах: от создания до продажи.
Как я и подозревал, в составе небольшого дела были и бухгалтер, и торговый представитель, роль которых была не так уж мала. По мере рассказа Олег скучнел, потому что сообразил: не потянем без найма сотрудников, да и с наймом — неизвестно. Потому что дело новое, непонятное, кому-то придется вникать в тонкости, я дал понять, что этот кто-то будет не я, а Олег считал что уходом за яблонями уже выбрал лимит этого года на все новые знания не по археологическому профилю.
— Так, Илья, я понял, что это не наше, — наконец сказал он.
— Почему вообще решили покупать? — заинтересовалась девушка.
— Да не то чтобы решили купить, нам предложили в обмен за артефакты, которые Илья с их наемника снял.
Олег рассказал историю дуэли, а дедок возмущенно проворчал:
— Вот ведь жук этот Шмаков. А вы совсем дурные. То есть решили три артефакта отдать в обмен на нашу лабораторию?
— А что не так? — насторожился Олег.
— Все не так. Нет, предприятие у вас в любом случае останется, не зря Шмаков внес пункт о нерасторжимости. Но деньги вам придется ему за это выплатить, и не по той стоимости, по которой он хочет это вам сбагрить.
— Почему это?
— Вы же ему артефакты собрались даже без описи отдавать, просто в обмен, так?
— Так, — подтвердил я.
— Я ж говорю, совсем дурные.
— Со Шмаковыми так нельзя, — влезла девушка. — Нужно все до последнего знака записать и проверить. Полную опись артефактов сделать, иначе Шмаков потом заявит, что они все были целительскими и поддерживали жизнь убитого вами. Вывернет так, что вы потом перед дисциплинарной комиссией не оправдаетесь. Доказательств у вас на руках не будет, а он предоставит справку от целителя, что убитый нуждался в этих артефактах. И вывернет, что дуэль была проведена не по правилам, а значит вы не имели права забирать имущество проигравшего. Вас обяжут вернуть, а в связи с невозможностью — выплатить компенсацию. И будет она в стоимость артефактов, потому что вы сами согласились на эту цену.
— Дичь какая-то… — не поверил Олег.
Признаться, я тоже отнесся со скепсисом: очень уж много свидетелей было у нашего поединка. Причем зафиксировано было нарушение именно со стороны Шмакова.
— Я тоже так думал, но не учел поддержку Шмакова княжеской семьей. И теперь, как видите, остался если не совсем ни с чем, то очень к этому близко. А ведь когда-то наша продукция славилась не только в шелагинском княжестве. Так что моя вам рекомендация: идете к нотариусу и заверяете опись артефактов, если уж планируете с ними расстаться. Но я бы на вашем месте оставил их себе.
Тут я задумался и полез смотреть цены на артефакты такого типа. Выяснилось, что хлам по мнению Песца стоит очень даже неплохо по мнению современности. И если это предприятие оценивать в стоимость трех артефактов по верхней планке, то пришлось бы нам выплачивать Шмакову компенсацию до конца жизни.
Я хмуро посмотрел на симбионта тот притворился, что спит. Даже не стал намекать на нашу общую недоразвитость.
— На всякую хитрую жопу найдется свой винт, — неожиданно сказал Олег. — Леонид Николаевич, а почему вы отказались сотрудничать со Шмаковыми? Предполагаю, что зарплату бы вам положили повыше, чем та подачка, что в договоре.
— Он хотел, чтобы я производил из дерьма, ставил свое имя и получал за это пять процентов, — пренебрежительно бросил дедок. — Но Шалеевы своим именем дорожат.
Я задумался. Захотелось помочь конкретно этой семье, чтобы Шмаков себе все локти от злости сгрыз. Но при этом и себе не навредить.
— Если производство к вам вернется, вы сможете восстановить утерянные связи?
— Кто ж его нам вернет? — неприязненно буркнул дедок.
— Мы. Вы нам своим рассказом сэкономили кучу денег и нервов, — пояснил я. — Но вернем не сразу, а когда я получу диплом. Можем на это отдельный договор заключить. Но с условием, что всем с этим предприятием занимаетесь вы сами и помогаете в продаже моей продукции. На вашу долю прибыли не претендую. Ну и возвратим, разумеется, не бесплатно, а за разумную сумму, которую вам будет по силам набрать за это время.
  
Шалеевы переглянулись.
— С сырьем будут проблемы, — уже с интересом сказала девушка.
— С сырьем как раз не будет, если не нужно будет где-то афишировать источник.
— Нужно будет, — ответил дедок. — Но в нашем деле как? Никто не знает, сколько куда идет. Поэтому один процент нужного можно покупать официально, остальное — нет. Неофициально и цены будут пониже. Так ведь?
Я важно кивнул, потому что бесплатно поставлять сырье им не собирался. И в этом случае получаем совершенно законные отчисления якобы за продукцию, но на деле — за сырье. А это даже при небольших объемах — неплохие деньги.
— А качество как? — спохватился Шалеев.
— Отличное. Сам пользуюсь этим источником.
Он с сомнением на меня посмотрел, справедливо опасаясь, что столь юный алхимик не слишком разбирается в сырье. Но сказал совсем не то:
— Раскручивать придется почти с нуля: времени-то прошло много, клиенты ушли к другим.
— То есть ваше согласие на сотрудничество получено? — уточнил я, после чего позвонил тому же Шишкину, с которым уже разговаривал, и обрисовал ситуацию.
— Илья Евгеньевич, лучше бы вы со Шмаковым не связывались, — вздохнул он. — Вам нужны длительные судебные разбирательства, которые будут в любом случае? С непредсказуемым результатом, между прочим.
— Вопрос принципиальный, — ответил я. — Поэтому нужно составить договор так, чтобы минимизировать последствия. Сделаете к нашему приезду? Описание артефактов я скину. Сумму сверху ставьте по максиму, поторгуемся — снизим, Шмаков заинтересован в продаже.
В последнем я был уверен — актив был точно убыточным и Шмакову прибыль не принесет никогда.
— Опекун ваш в курсе, Илья Евгеньевич?
— Олег Васильевич рядом, и он согласен.
— Не совсем согласен, — проворчал Олег. — Но вариант интересный.
— Да, еще нужен договор с Шалевыми, — вспомнил я.
— Без юристов обойдемся, — решил дедок. — Достаточно будет договора между Родами.
— Хорошо. Договор с Шалеевыми готовить не надо, только со Шмаковым.
— А что ты сам-то собираешься производить? — спохватился дедок.
— Декоративную косметику. Есть у меня интересные рецепты. Возможно, кремы. Но тут уж как пойдет. Времени у меня не слишком много, — ответил я. — А вот дел, напротив, выше крыши.
— Предупреждаю, — внезапно сказала девушка, — если качество не устроит, помогать в продаже не будем.
В ответ я только усмехнулся. Олег так вообще неприлично громко захохотал.
— Илья, покажи им что-нибудь из твоей продукции.
Я достал зелье регенерации. Дедок просветил его вытащенным из шкафчика артефактом и уважительно откашлялся.
— Годно. Сработаемся.
Когда мы вышли, Шмаков уже вытоптал дорожку вдоль забора. Что характерно — внутрь прорваться не пытался. Опасался, наверное, что проклятье его настигнет, стоит только пересечь некую невидимую черту.
— Ну что? — обрадовался он нашему появлению. — Посмотрели? Я ж говорил не предприятие, а картинка. Самому нужно было бы, но очень неудобно расположено.
— Предприятием вы обозвали этот клоповник с почти отсутствующим оборудованием? — холодно спросил Олег. — К которому еще доступа нет из-за того, что дух прежнего владельца шалит?
— Оно вам все равно бесплатно достается, — возразил Шмаков.
— Не скажите. Выставив ваши артефакты на аукцион, мы получим куда больше.
— Вот именно что мои! — взвился Шмаков. — Никакого аукциона! У меня право первоочередной покупки.
— Но не обмена на чулан с полтергейстом, — возразил Олег. — Было бы там хотя бы оборудование, а то только куча разрешений, к которым идет недружелюбный бывший владелец. Это, простите, даже на стоимость одного артефакта не тянет.