Темный Охотник 4 (СИ)

Иван Францевич Гранатов очень ждал сентябрь, поскольку сентябрь в Тверской области — это не просто месяц, а сезон. Это чудное время, когда вдоль всей трассы Е-95 будто грибы после дождя появляются бабушки с самодельными прилавками и продают… да-да-да, как раз-таки грибы они и продают.
Время для резиновых сапог и плотных курток. Время для вязаных корзин и лукошек. Время для «грибалки», — как обозначал её сам Иван Францевич.
Он просто обожал ходить за грибами, и плевать хотел на то, что это, мол, занятие не для аристократа. Для него это была своего рода медитация. Тишина, спокойствие, созерцание природы.
И ещё запах.
Здесь, в дремучих нетронутых местах в десятке километров от Торжка, лес буквально источал грибной запах. Стоило лишь сделать пару шагов с опушки вглубь, как он обрушивался на тебя. Сильный, плотный, земляной, чуть ли не осязаемый.
Вот и сегодня Иван Францевич уже успел побродить по лесу и собрать целую корзину боровиков. Чистых, крепких и до одури ароматных.
Очень довольный своей добычей, Гранатов-старший раздвинул лапы придорожных елей и вышел на извилистую грунтовку. Тут его уже ждал чёрный джип с водителем и охранником. И если личный шофёр для Ивана Францевича был чем-то само собой разумеющимся, то к одарённому мордовороту с огнестрельным оружием он никак не мог привыкнуть.
Дело в том, что глава рода Гранатовых пусть и был на год старше Патриарха Черновых, однако в жизни преуспел гораздо меньше. И первые серьёзные деньги в роду завелись всего несколько лет назад.
Помог племянник.
Лёнечка.
Схема была проста и незайтелива. Лёня уехал в Ацтекскую Империю и зарабатывал там хорошие деньги, которые окольными путями попадали на счёт Гранатовых. Гранатовы эти деньги легализовывали и пускали в оборот.
Первое время, надо сказать, патриарха весьма смущало происхождение этих денег. Но потом в роду появились лесопилка, цех по производству мебели, небольшой крытый рынок на окраине города. И как-то все вопросы отпали сами собой.
Звучит не очень солидно, если не знать обороты. Каждое новое предприятие Гранатовых имело какой-то сверхъестественный успех. Из мелкого затухающего баронского рода, который и аристократами-то в полной мере назвать было нельзя, Гранатовы превратились в воротил бизнеса регионального уровня.
Деньги потекли рекой.
С ними стали считаться.
За рукой и сердцем Юльки, — младшей внучки барона, — уже выстроилась целая очередь из породистых ухажёров. Однако пока что Иван Францевич всем отказывал. Официальная версия заключалась в том, что Юльке едва исполнилось пятнадцать и замужество для неё слишком преждевременно.
Это официальная…
Ну а если говорить честно, то Патриарх Гранатовых просто набивал цену. Ведь до совершеннолетия внучки у рода были перспективы выйти с местного рынка на уровень страны, и получить соискателей гораздо лучшего качества.
Что до Лёни, то…
С Лёней была договорённость. По этой договорённости половина всех новоиспечённых предприятий рода была оформлена непосредственно на Ивана Францевича, а другая половина на него. Стороны не имели друг к другу никаких претензий. В будущем, после возвращения Леонида из-за океана, Иван Францевич согласен был оформить побочную линию рода и расстаться с племянником на мажорной ноте.
И так оно было вплоть до сегодняшнего дня.
Как только Иван Францевич добрёл до машины и вручил охраннику корзину с грибами, его телефон поймал сеть и уведомления о пропущенных вызовах тут же посыпались одно за другим. Все они были от одного абонента.
— Привет, Серёж, — перезвонил Гранатов-старший. — Звонил?
— Да, Вань, привет. Погоди. Отойду, где потише…
Серёжа был для Ивана Францевича другом детства. Вместе били палками крапиву, вместе впервые попробовали портвейн, вместе ходили на танцы и пользуясь вроде-как-аристократическим положением Гранатова кадрили девчонок.
Затем Серёжа вырос, переехал в Москву и начал строить карьеру в Тайной Канцелярии. Пусть не оперативником, а вполне себе мирным старшим архивариусом — для Ивана Францевича это не имело значение. Дружба их пережила десятилетия, и не зависела от регалий и титулов.
 
— Короче, Вань, — начал архивариус, уединившись. — Не знаю толком, что происходит, но должен тебя предупредить. Вчера ближе к вечеру граф Фирсов запросил всю информацию на твою семью. Это, чтоб ты понимал, после Разумовского один из главных начальников.
— Вот как, — Гранатов уже уселся на заднее сиденье джипа и махнул рукой водителю, мол, трогай. — Что-то конкретное узнавал?
— Конкретики как таковой не прозвучало, но Фирсов особенно подчеркнул, что его интересует генеалогия. Кто, где, куда…
— Понятно, — сказал Иван Францевич вслух, а про себя первым же делом подумал: «Допрыгались».
— Вань, ты мне-то скажи, ладно? — голос архивариуса звучал обеспокоенно. — Что-то случилось?
— Пока не случилось, Серёж.
Патриарх Гранатовых крепко задумался, а затем добавил:
— Да и не случится, наверное. Всё решим. В конце концов, ничего непоправимого не произошло. Спасибо тебе огромное, Серёж, что предупредил.
— Да не за что, Вань. Ты же знаешь, я для тебя что угодно.
— Знаю. И с меня ответная услуга, — тут Гранатов-старший перешёл с настороженного тона на простой и свойский. — Когда уже погостить к нам заедешь? Посидим, выпьем. Я, кстати, только-только из леса вышел и обязан сообщить, что грибов в этом году просто море!
— Здорово! — искренне порадовался архивариус. — Постараюсь вырваться!
— Ой, — улыбнулся Гранатов. — Постараться и выбраться — разные вещи. Когда уже на пенсию-то, старый ты пройдоха?
— Ну ты же меня знаешь. Пока не выгонят, сам не уйду…
Мужчины ещё несколько минут пообщались на отстранённые темы, а затем закончили разговор. И буквально тут же телефон Гранатова зазвонил вновь.
— Иван Францевич, — звонили из дома, дворецкий. — Вас здесь ждёт молодой человек. Представился, как Артём Чернов…
* * *
До Торжка я добрался чуть меньше, чем за три часа. Гнал не то, чтобы на весь упор, но явно с превышением скорости. По ровной, сухой и свободной дороге грех было ехать как-то иначе.
В дороге поругался… с собой.
Случилось очередное столкновение Артёма Кирилловича Чернова с братом Артемисом. Первый настаивал на том, что в семье не без урода и близкие Лагранжа ни в чём не виноваты. И более того, часть из них может даже не подозревать о махинациях двоюродного племянника.
Так что, — заключал Артём, — нужно действовать деликатно и вежливо.
— Пошёл ты в сраку! — возражал Артемис. — Никаких переговоров с работорговцами и их пособниками!
Он предлагал открыть дверь с ноги, положить всех мордой в пол и требовать немедленной встречи с нашим толстожопым героем.
Что ж…
Победил Артём.
Сошлись на том, что силовой метод решения проблем может чуть подождать, а живём мы всё-таки в аристократическом обществе с его устоями, традициями и рамками приличий. Так что сперва по-хорошему.
Динь-диги-дон, — я нажал на дверной звонок.
Обителью Гранатовых был двухэтажный домик в историческом центре города. Как раз такой, в каких традиционно жили аристократы позапрошлого века. Лепнина, высокие узкие окна, балкончики с кованным ограждением.
Если бы не пластиковые стеклопакеты и спутниковая тарелка, можно было бы решить, что это какой-нибудь объект культурного наследия.
— Здравствуйте, — дверь открыл, кажется, дворецкий.
— Добрый день. Меня зовут Артём Кириллович Чернов. Могу я поговорить с Леонидом Алексеевичем Гранатовым?
— Боюсь, Леонид Алексеевич здесь не живёт и…
— Спасибо, — я отодвинул дворецкого в сторону и вошёл в дом.
Здесь был относительно просторный холл с лестницей на второй этаж, удобными даже на вид креслами и здоровенным аквариумом. По аквариуму носилась стайка полосатых чёрно-жёлтых барбусов. Обожаю этих малявок.
— Кхм-кхм, — недовольно прокашлялся дворецкий. — Повторюсь, Леонид Алексеевич здесь не…