Алекс. Безродный. Дилогия (СИ)
— Можешь быть спокоен, — фыркнул дед вновь, перебирая склянки внутри сумки. — Я не настолько обезумел.
— То есть ты всё же несколько безумен, я прав? — лукаво спросил я.
— Все мы безумцы в некоторой степени, — усмехнулся он, смотря на меня. — Все без исключения.
* * *
— Как у тебя там дела, старик?
— Нормально. Печать готова, так что можешь начинать, — ответил он, направив энергию в руки и активируя небесно-золотого цвета печать. — Только помни: выруби его, а не убивай. Мне ещё его душа, или что там у них, нужна. Иначе нахрен мы его вообще призываем?
— Как скажешь, — пожал я плечами, выливая кровь и зажигая свечи.
Я зажёг последнюю свечу и встал в боевую стойку, приготовив клинок. Для борьбы с демонами нужны особые требования, нежели для людей. Первое, что надо помнить, — почти все демоны могут вселяться в человеческие тела. Демоны перекрёстка не исключение. А потому, чтобы предотвратить это, надо сделать на собственном теле пентаграмму, которую мы также используем для удержания его в определённом месте. Тату, конечно, подошло бы для этого дела лучше, но у меня не было времени для её нанесения, так что пришлось обойтись простой краской. Ну как простой… По словам Глациуса, она стоила целое состояние…
Второе, что следует знать, — не каждого демона способно ранить обычное оружие. Если перворанговые ещё кое-как уязвимы для него, то более сильных демонов оно даже не поцарапает. Потому приходится выделываться: создавать оружие из определённых материалов и наносить на него печати, которые не дают ранам заживать и причиняют боль.
Третье — демоны сами по себе сильнее людей в десятки раз. Если ты вышел один на один с ним и не подготовился — пиши завещание. Мало того что размозжат голову и не заметят, так ещё и душу украдут.
Демоны перекрёстка — довольно суровые противники. Ко многому неуязвимы, у них неплохая регенерация, владеют телепатией и телекинезом, способны на вселение в чужое тело и самое главное, умеют искривлять реальность во время заключения сделки, дабы исполнить желание призывателя.
И вот подул ветер, хотя мы под землёй, а двери заперты; свет потух, стало гораздо темнее, чем должно быть.
Началось…
— Кажется, адресочком-то я ошиблась, — раздался со всех сторон женский голос.
— Да нет, дорогуша, — Усмехнулся я, глядя на демона, что принял женский облик. — Ты как раз в том месте и в то время.
А ничего так он себя красавицей сделал. Большегрудая красотка в красном платье, что явно без нижнего белья. Волосы темнющие, словно сама ночь, а кожа хоть и напоминает человеческую, но всё же куда белее, чем должна быть.
В принципе, встреть я кого-то такого на улице, то не подумал бы, что передо мной демон. Но у таких есть отличительная особенность: когда их что-то интересует или они на эмоциях, их глаза меняю свой оттенок на полностью чёрный. Есть и другие демоны, что «грешат» подобным, так что это не личная особенность демонов перекрёстка.
— Тогда ладно, — пожала та плечами, осматриваясь. — Тогда… каково твоё желание, милый?
— Моё желание просто как червь: извести ваш род как явление.
— Как жаль, дорогой, —наигранно погрустнела «девушка», — я не в силах исполнить твоё желание. Боюсь, даже Он не способен на подобное.
— Тогда я хоть заберу твою жизнь, — произнёс я и побежал на неё.
— Боюсь, что тут ты немного ошибся, — оскалилась демонюга с почерневшими зрачками. — Жизнь потеряешь тут только ты!
Внезапно тварь исчезла, словно её и не было. Когда я только допустил мысль, что мои методы по удержанию демоновых отродий здесь не работают, я почувствовал резкую боль в спине, как будто по ней ударили тяжёлым молотом. И это сквозь броню, мать вашу!
— Женщина! — крикнул я, перебивая боль. — Тебя не учили, что бить в спину — это как минимум некрасиво⁈
— Удерживать меня в пентаграмме, подобной клетке, — фыркнула она, чуть улыбаясь, — тоже не есть красиво.
— Зато честно!
Я выкинул металлическую «дробь» с начерченными пентаграммами в её сторону, отчего демонюга, отбившись, зашипела, получив хорошие такие ожоги на руках.
И вдруг ни с того ни с сего она начала смеяться, словно для неё нет никаких сложностей.
— Игра только началась, дорогой!
С этими словами она кинулась на меня.
Я собирался принять её удар на щит, с которым я всё это время стоял, но она внезапно «размножилась» на несколько копий. Они разбежались в разные стороны, готовясь нанести по мне удар.
Выбрав одну, я приготовился к атаке, как вдруг «демон» развеялся, а я оказался в полёте от удара слева.
— Пацан! — крикнул Глациус. — Хватит дурака валять, и займись уже делом наконец!
— Да-да, старик, отвянь! — крикнул я в ответ, не отрывая взгляда от демона и его копий. — Мешаешь только! Держи крепче!
— Бедный, бедный Алекс. Брошенная, преданная душа, что жаждет лишь мести и сострадания, — сказали «они» в унисон, после чего злобно захихикали.
— Да-да, молодец! Мысли читать научилась. А теперь заткнись и сгинь уже!
— Я могла бы исполнить твоё самое заветное желание, — пропела демоница. Она лукаво улыбнулась, увидев, как я немного вздрогнул, и продолжила: — Воскрешение давно умерших есть самая малость, на что мы способны. Только попроси, и я вся твоя!..
— И не надейся, — фыркнул я. — Я уже заключил одну сделку на свою голову. Во вторую кабалу вы меня не загоните! Да и веры вам нет. Подстава для вас — часть вашей блядской сущности!
Я отбросил щит в сторону, достал мешочек и рассыпал находящуюся в ней соль далеко перед собой. Демон, чуть сжавшись от летящего в него невыносимого продукта, лишь стоял и наблюдал, поскольку больше ничего сделать и не мог.
— Как же вы надоели со своими барьерами!.. — злобно прошептала она в унисон с копиями, которые начали «входить» в неё. — Вечно приходится играть не на всю катушку.
— Смирись, — фыркнул я, поднимая вновь щит, — такова жизнь.
— Не тебе мне о ней говорить, человек!
Демоница вновь исчезла, а я водил глазами в попытке понять, откуда она ударит. Справа! Нет… Удар пришёлся слева, да не один! Отправив меня в полёт, демоница подожгла свою руку и выпустила пламя в мою сторону.
Быть может, против обывателя этот трюк и сработает, но я-то научен с вами бороться, хоть с подобными ещё сталкивался. Не просто ж так на мне печати, что защищают от такого рода атак?
— Тц. Даже так не повеселишься, — недовольно пробурчала она и вновь понеслась ко мне.
Я же, поскольку мой меч и щит отлетели в сторону, атаковал её кулаком в лицо, да вот только это не причинило твари никакого вреда. Я словно по металлу ударил.
Демон, даже не поморщившись, схватил меня за руку и, закрутив, кинул в сторону.
— Сдавайся уже, — сказала она, шагая в мою сторону. — Тебе меня не одолеть, а ископаемое вмешаться не может.
— Ты кого тут ископаемым назвала, гниль⁈ — отозвался старик. — Сама-то не можешь даже за печать эту шагнуть.
И действительно, демоница остановилась аккурат перед первым кольцом пентаграммы, не в силах его переступить. Для них это подобно стальному заслону, через который им не пройти.
— И дальше? — пожимала «девушка» плечами. — Я выйти не могу, вы не можете меня одолеть. У ископаемого энергия не бесконечна, так что и свою печать вечно держать не сможет. А как только она спадёт, твоя пентаграмма перестанет для меня что-либо значить, — хищно улыбнулась демоница.
— Ну, уж тебя-то одолеть я смогу.
Я встал и оглянулся в поисках моего полуосновного оружия.
— Что-то потерял? — ехидно улыбаясь, сказала демонюга, доставая из-за спины мой меч.
Я же в ответ чуть нервно ухмыльнулся:
— Все демоны такие остряки?
— От рождения, — самодовольно улыбнулась она.
— Тогда будем действовать по-другому… — сказал я и достал клинок поменьше.
Большое оружие нужно в основном для проверки первоначальной реакции демонов. Если тем и его хватает, то главное не вытаскивают. В моём же случае клинка побольше не хватило, а потому надо менять стратегию.