Всё или ничего (СИ)
- Эдмунд! - рявкнул Чезаре, попытавшись встать со скамьи. Цепи не дали ему этого сделать. - Мой муж слишком нервничает и не понимает, что говорит - громко сказал альфа, перекрикивая шум.
- Я все понимаю! - тоже повысил голос омега. Шум вокруг нарастал, Эдмунд плохо слышал даже себя. - Тебе предоставят слово позже!
Король встал со своего места, но никто его не увидел. Эдмунд и Чезаре сверлили взглядами друг друга, толпа вокруг немного угомонилась. Люди были ужасно возбуждены процессом.
- О каком шантаже говорит ваш муж? - повторил Аяла.
- Я не знаю.
- Я напал на его корабль и вынудил выйти за меня. Шантажировал, сказал, что убью, если он этого не сделает, - громко и быстро заговорил Чезаре, стараясь не дать мужу вставить хотя бы слово. - Эдмунд сбежал, но я его все равно нашел. Сказал, что все узнают о его браке с убийцей, если не будет жить со мной. У него не было выбора. И поэтому…
- Это неправда! - перебил Эдмунд альфу. - Я сам вышел за него. У меня был выбор. Но я выбрал его. И я…
- Эдмунд! - гаркнул Чезаре.
Вновь поднялся ужасный шум.
- … знал….
- Эдмунд! - заорал Чезаре. - Не смей этого говорить! Ты слышишь меня?!
- Тишина в зале! - громогласно сказал король.
- … кто он, - громко, перекрикивая всех закончил Эдмунд.
У Чезаре все оборвалось внутри.
- Замолчи немедленно! - взревел альфа.
Он рывком поднялся на ноги, чуть не вырывая крепления для цепей с мясом. Стража тут же бросилась на него, пытаясь удержать на месте. Вокруг царило что-то невообразимое. Все кричали, переговаривались. Стража пыталась прекратить это безумие, но людей было не остановить. Все повскакивали со своих мест. Чезаре пытался перекричать общим гвалт, но даже он не мог перекрыть сотню голосов.
- Перерыв пятнадцать минут! - рявкнул король и вышел из зала. Он был в бешенстве.
- Измени показания, Эдмунд! - заорал Чезаре. Стража уводила его куда-то, как и Эдмунда. - Измени показания!
Но омега его будто не слышал. Толпа несла его к выходу, рядом быстро шагал Ник, что-то кричал. Эдмунд не обращал на него внимания. Он сделал шаг, после которого пути назад нет. Все или ничего. Либо он спасет Чезаре, либо они оба обречены.
Эдмунд сделал ставку на свою известность. Он все еще состоял в прекрасных отношениях с Капитолиной, Шало и переписывался с Тар-Тенна. И дело не только в них. О омеге знала половина мира. Его казнь создаст прецедент, а это будет никому не надо. Слишком многие могут пострадать потом. Этого высший свет не допустит. Более того, случится своего рода скандал. Разумеется, жемчужина короны стал мужем какого-то бандита и никто об этом не знал. Но более того. Король сам пригласил их к себе. Уже неважно, что он не знал правды. Он их пригласил.
Омега сгорбился в кресле и обхватил голову руками. Несмотря на волну ужаса он впервые за этот длинный день знал, что делать и говорить. Странно, но все присутствующие в комнате молчали. Каждый понимал, что обратного пути уже нет.
*
- Аяла! - заорал Чезаре, сильно ударив в закрытую дверь. Она задрожала, но не поддалась. - Аяла, Бездна тебя забери!
Странно, но дверь почти сразу открылась, будто мужчина был прямо за ней. Но Чезаре это мало волновало, в крови гулял адреналин, заставлял сердце биться все чаще и чаще. То, что натворил Эдмунд, не укладывалось в голове.
- Во-первых, капитан Аяла, - произнес альфа, входя в комнату. - Что вам вдруг понадобилось?
- Поговорить, - мрачно ответил Чезаре. - Я скажу все, что вам нужно. Но Эдмунд останется в стороне.
- У меня уже достаточно доказательств, чтобы отправить вас на эшафот без всякого суда, - альфа холодно посмотрел на мужчину перед собой.
Глаза лихорадочно горят, ноздри раздуваются. Цепи постоянно лязгали, будто Чезаре пытался освободиться. Интересная перемена.
- Бросьте Аяла, - неожиданно усмехнулся мужчина. - Мы оба знаем, что вам не дают покоя внушительные пробелы в моей биографии. Я знаю таких, как вы. Вы не сможете дышать полной грудью, пока не узнаете каждую мелочь, малейшую подробность. Ваши ищейки ничего не найдут.
Альфа изогнул губы в усмешке. Ему наконец-то стало интересно.
- Ваш муж не может остаться в стороне после своего заявления, - равнодушно произнес Аяла, следя за реакцией Чезаре. Глаза последнего недобро сверкнули.
- Может, - твердо сказал Чезаре. - Я приму любую кару. Любую смерть. Вы можете приписать мне любое преступление. Мне все равно. Но мои грехи не коснуться моего мужа.
Аяла внимательно посмотрел на Чезаре. Этот человек предлагал хорошую сделку. В конце концов, прекрасный омега не был ему нужен. Только пират. И действительно, внушительные пробелы в его биографии не мог заполнить даже Аяла, в котором за несколько лет впервые проснулась толика интереса к происходящему. Мужчина жил только, когда шел по следу преступника. А за пиратом было очень интересно идти.
- Не мне это решать.
- Он вам не нужен. Он не представляет опасности или интереса. Подумайте Аяла.
Чезаре терпеливо ждал, он знал, что королевская ищейка согласится. Он как гончая, почуявшая лису, не сможет остановиться, отказать себе в удовольствии препарировать Чезаре и долго рассматривать по кусочкам. Но это все неважно. Он оставит Эдмунда в покое. Это единственное, что имеет значение. Альфа старался не думать, что будет с синеглазкой после его смерти, потому что от этих мыслей рвалось что-то внутри. Чезаре нужен был ясный разум, но чувства все равно вырывались из-под контроля.
- И еще кое-что. Мне нужна короткая встреча с Николасом Даунхерстом.
- Это невозможно.
- Десять минут. Не более. Разве у осужденного на смерть не бывает последнего желания?
Аяла промолчал. Он все тщательно взвешивал и рассчитывал.
- Я принимаю условия сделки, - медленно произнес мужчина. - Я не буду трогать вашего мужа. По крайней мере не буду стараться его утянуть за вами.
- Николас?
- Я подумаю, - бросил Аяла, повернулся к Чезаре спиной и вышел из комнаты.
Только после того, как мужчина услышал щелчок замка, он позволил себе глубоко вздохнуть. Стало немного легче. Когда он поговорит с Николасом… опасаться больше будет нечего. А умирать не страшно. Жить было гораздо страшнее.
Через минут десять вновь раздался щелчок замка, и в комнату вошел Ник. На нем не было лица, весь как-то осунулся. Но в конце концов, горе никого не красит.
Чезаре и Ник встретились глазами. Омега изучающе и как-то устало оглядел мужчину с ног до головы. Альфа смотрел ему в глаза. Он не знал, с чего начать.
- Почему ты позвал меня? - негромко спросил Ник, сложив руки на груди.
- Не трать время на ненужные вопросы, - так же негромко ответил альфа. - У нас минут десять, - Чезаре глубоко вздохнул. - Мы оба знаем, что мне не выбраться из всего этого. Мне конец. Но я не допущу, чтобы Эдмунд последовал за мной.
- Ты не сможешь его остановить. Я не смог, - пробормотал омега.
- Сможешь. Я заключил сделку… Это неважно! Наври ему. Скажи, что я нашел выход, как выпутаться. Сочини любой бред, - Чезаре начал говорить все скорее и скорее. У него пересыхало во рту, и мужчина часто облизывал губы. Ник не узнавал человека, стоящего перед ним. - По-настоящему это неважно. Он просто не должен… мешать мне, - Чезаре промолчал минуту. - Когда все закончится… увези его из страны. Не спрашивай согласия. Просто увези. На год. На десять лет. Заставь его забыть меня. Заставь. Не дай ему страдать.
Ник распахнул глаза. Ему показалось, что в голосе Чезаре зазвучала неприкрытая мольба.
- Я не стою его. Никогда не стоил. Мы оба это знаем. Не дай ему отравить себе жизнь. Иначе я буду возвращаться к тебе в ночных кошмарах снова и снова и, в конце концов, сведу тебя с ума.
- Угрозы не обязательны. Я сделаю все, чтобы он забыл тебя, поверь мне. Но… он не сможет. Он не умеет прощать себя. Не умеет думать о себе.
- Выдай его… найди ему человека, достойного его. Выдай его замуж. Пускай его любят… и он любит. Он не должен знать, где меня похоронят. Уничтожь все, что может ему обо мне напомнить. Я должен исчезнуть из его памяти. Навсегда.