Жизнь архимага Поттера (СИ)
— В общем — два часа работы и они здоровы. Почти.
— Почти? — сомнение в голосе.
— Мисс помфри, они — десять лет лежат в палате в невменяемом состоянии! Конечно, им несмотря ни на какие методы прийдётся пройти реабилитацию — от двух недель до двух месяцев. Но это уже тогда когда они будут вменяемы. Вот так — с просительного тона я соскочил, перейдя на нравоучительный.
Мадам мялась… Как школьница у венеролога. — с одной стороны долг, с другой — риск. Однако, она оказалась умной женщиной — не сразу, но согласилась. Это и понятно — я единственная надежда. Хоть и маленький пацанёнок, но маг — а это намного более значит.
Герми во время нашего разговора не проронила ни слова, только сидела на стульчике для посетителей и смотрела на нас. Как то она жмётся подозрительно сегодня — всё ли у неё в порядке? Потом узнаю, а сейчас — медецина. Благо, восстанавливать — не менять, отдельная лаба с рунами не нужна, можно «на коленке», точнее — на месте.
Палата лонгботтомов, госпиталь св. Мунго, 06.05.1992
— Прошу всех выйти! — провозгласил я. — Герми, любовь моя, ты тоже. — медсёстры захихикали, когда я «подколол» подругу, но быстро умолкли, когда Герми не обратила внимание на такое обращение. Пара колдомедиков — насколько я понял — что то типа «лечащих врачей» лонгботтомов с недовольными минами покинули палату. Но это и понятно, если местная помфри такая же строгая как её родственница их Хога, то они тут «по струночке» ходят. Тут вам не там! Когда палата опустела, я повернулся к пациентам. — два тела, male et femelle, мирно посапывали в волшебном сне без сновидений. Это хорошо, проще работать, когда мозг наименее задействован… Достаю обои-две свои волшебные палочки (ту что купил в Лютном я пользовал только пару раз) и начинаю операцию. Тут я снова порадовался, что не спешил — гормоны сильно сбивают концентрацию. А так как тело ещё юное, то прошлого всю-ночь-напролёт с Гермионой мне хватило за глаза — теперь я могу воспринимать реальность вполне адекватно… Ауры, как и ожидалось — податливые, мои волшебные палочки отмеряли ровно столько энергии, сколько надо для лечения Лонгботтомов — без них действительно не стоит соваться в «посудную лавку» человеческих аур.
Три часа! Три часа полировал их ауры! Если бы они попались мне сразу после происшествия — пол часика бы повозился, но нет — ауры пытались самовосстановиться, соответственно восстанавливая нервную систему. Только бесполезно — тут надо в первую очередь ауры латать. Что я и сделал. Ну, надеюсь сейчас то всё закончилось — обследования целительской магией показали норму, и я устало откинулся на соседнюю кровать. Зевнул, спрятал палочки и… Сладко заснул. А что вы думали? Когда в руках чья то жизнь, и нельзя расслабится не на секунду — морально выматываешься мгновенно. По крайней мере я устал, я же не медик в конце концов… Так, понахватался.
Госпиталь св. Мунго, палата Лонгботтомов
Разбудила меня Герми. Сквозь сон почувствовал что она навалилась на меня всем весом.
— Э?.. — сладко зеваю, пытаясь сообразить что происходит. Герми? Точно Герми.
— Ты молодец — и чмокает меня в щёку, как какого нибудь Невилла…
— И что такое? Я уже морально восстановился, судя по солнцу, проникавшему в окно, уже часа четыре. А начал операцию я в одиннадцать, значит, поспал три часа. Великолепно.
— У тебя получилось! ИИИИ!
— Знаю, что получилось! И вообще — неужели ты, дорогая в меня не верила? Смотри — ночью тебе зачтётся!
— Гарри! — оборачивается моя подруга. К слову — я ещё лежу. Тут только замечаю Чету авроров, взирающих на это безобразие с улыбками. Поздно? Пожалуй да, Алиса смотрит неодобрительно, Фрэнк заинтересованно. Чёрт! Но их всегда можно попросить молчать.
— Здравствуйте, молодой человек — говорит мне Френк хриплым после долгого молчания голосом. Встаю с кровати и пытаюсь придать себе хоть сколь нибудь презентабельный вид.
— Здрассьте! Френк Лонгботтом, я так полагаю? — кивает, видать ещё сложно говорить — десять лет без нормальной речи — не шутка.
— Ну, тогда позвольте представится — Гарольд Поттер. Хотя, наверное, имена лили и джеймса поттеров вам болььше скажут.
В глазах авроров узнавание. Знаю, вспоминайте, вам сейчас полезно понастальгировать, перетрясти память.
— А, простите, вы кем приходитесь джеймсу? — вот этого вопроса я не ожидал. Поворачиваюсь к Герми — качает головой. Пнятненько, их ещё не просветили о том что на дворе 1992 год.
— Я? Сын, конечно же! — не верят, по глазам вижу. Но давить не буду, пусть сами во всё поверят.
— К..как сын?
— Вот так.
— А где Лили? — это уже Алиса. Голос у неё тихий…
Убиты. Одиннадцать лет назад, Волдемортом.
— Так эта с*ка и до них добралась? — гневно зыркает Фрэнк. Видать упоминание имени врага вывело его из себя. Всё таки аврор, опер, можно сказать — такими непечатными покрыл Волди, что я прям заслушался. Гневно-матерную тираду Френка, о Волди, его отношениях со всеми пожирателями, демонами, и своей змеёй прервала Алиса — она, кажись вспомнила о сыне. Наконец то.
— Невилл! — с ужасом в голосе восклицает алиса, и френк замолкает.
— С вашим сыном всё в порядке, он сейчас в Хогвартсе, сдаёт Экзамены первого курса. Хотя, я не сомневаюсь, леди что он примчится сюда уже сегодня.
— В Хогвартсе?
— Да, в Хогвартсе. Ему сейчас одиннадцать, если я правильно помню — мы родились в один день.
— Аааэээ… Молодой человек, сколько вам лет?
— Так вы не помните — одиннадцать — и улыбочка-«гин».
— А вам не рано… — начинает отчитывать меня Алиса Лонгботтом.
— Нет. Хотя, это мы такие уникальные — не беспокойтесь, с Невиллом ВСЁ в порядке — он на девочек и смотреть то стесняется.
— Ну, это уже не нормально. — вставляет свои пять копеек Фрэнк. — а то я уж боялся что за последние… Э?
— Десять лет — подсказывает моя подруга.
Десять лет мир слишком изменился. — алиса в каком то шоке, видать осознала, сколько она пропустила. Хотя у неё есть Фрэнк, утрясётся.
— Думаю, нам пора сматываться — скоро всякие медики да родственники набегут… Меня и так считают здесь героем, так как Волди десять лет назад убился об мою защиту.
— Стоп. Что с Волди? — перешёл на проф. Тему Фрэнк.
— Десять лет назад он пытался меня убить. Как я полагаю — он напоролся на защиту мамы и его пришибло. Хотя он ещё не умер, и может возродится. Неделю назад мы с Герми лицезрели его в Хогвартсе, при попытке украсть философский камень.
— Он хотел вернутся?
— Да, но обломался. Точнее — мы его обломали.
— Это как?
— Да адским пламенем приложили. Ни Волди, ни камня больше нет. Точнее — как нибудь потом расскажу. Прошу нас простить, нам пора, а то колдомедики за дверью скоро на штурм пойдут.
— До свиданья, Гарольд! — хором сказали авроры, и мы с Герми переместились в свой менор.
Глава 31. Квиддич и Малфои, или «да здравствует канон!»
Поттер-менор, вечер.* *Поттер-менор, июнь
Брюки превращаются… Превращаются…
Примерно так я думал, когда экспериментировал со своими джинсами. Эту вечную классику мы с Герми носим уже месяц — когда забирали свою одежду, купили на двоих какой то унисекс — джинса, курточки, и т. д. Что бы дома ходить, а то всё шмотьё либо премиум-класса, «на выход», либо ужасающие мантии магов. Идею с универсальными шмотками мы воплотили в жизнь неделю назад, создав на пробу обычную магловскую «повседневную» одежду вместе с мантией, на обоих вышили руны преобразования. Теперь повинуясь желанию этот «пилотный» костюмчик ещё и увеличиваться в размере может, сохраняя последний размер… Мечта! Только одно но — хватит его года на два использования. Ткань и рунная магия — не лучшие симбионты, обычно на камнях руны делают, ибо крепкие они.
Впереди у нас лето — весёлая и беззаботная (для Герми) пора, в которую надо резво так тренироваться в трансфигурации, и ещё отдохнуть успеть. Хорошо что после лихорадочно-спешного лечения лонгботтомов мы (а точнее я) смылись в менор, и ещё лучше что на нём заклятие которое не позволяет находить его совам. Хотя «пророк» мне всё же приносят, на казённую сову открыт доступ. Из этой желтейшей газетёнки мы и узнали о том что аврорат (люто, бешено!) немало полихорадило, когда до них дошла новость о «выздоровлении» их коллег. Министр что то там восторженно бубнил, дамби не упустил случая и использовал для пиара мальчика-который-выжил. Ага, как же! Добрый герой вернулся, и начал творить добро направо-налево. И что б никто не ушёл обиженным. В газетёнке так же сообщалось что нас не находят, что мы «стеснительные». Как же, мы выйдем только тогда когда страсти улягутся. На первой странице «пророка» невилл счастливо улыбался нам, стоя рядом с Фрэнком и Алисой. А всё благодаря Помфри-из-Мунго. Эта старая мадам растрезвонила на весь окрест что я «под наблюдением специалистов какими то редкими фамильными чарами» «спас» пациентов… Тьфу на вас всех.