"Фантастика 2024-94". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Маленький отряд проснулся после недолгого отдыха бодрым и отдохнувшим. Собрались быстро, настроение резко поднялось от проглянувшего, хоть и ненадолго, солнышка. Тропинка, чисто умытая дождиком, еще не просохла, и девочки остановились в совсем низкой еще травке, что-то рассматривая на ней.
- Теть Марь, смотри! - Эни указала вниз.
Марья посмотрела на извилистый след, четко видимый на влажной земле, и покачала головой.
- Нужно идти по траве, - констатировал у нее из-за плеча Кианг.
- Да уж, наши следы, на тропе, будут как стрелки на указателе.
- А может, за нами не гонятся? - высказала общую надежду Стаси.
- А если гонятся, не будем им помогать... - улыбнулась Ю.
Марья и Кианг переглянулись. Женщина рассказала всем о переговорах, которые слышала по связи, пока они спали. Вот о преследователях знал один Кианг. Идти пришлось метрах в пяти от тропы, чтобы не терять ее из виду, но и не оставлять рядом явных следов. Роща окончилась внезапно, как отрезанная ножом, а дальше простиралось открытое пространство, уходящего вверх склона. Низкая весенняя травка голубоватым ковром стелилась под ноги, река блестела веселыми бликами, шагалось легко. По дороге обсудили поведение Невса и решили, что его выходка пошла на пользу. Хотя само присутствие биофага привносило в путешествие толику экстрима. Самообучающаяся машина все же оставалась машиной, как с этим бороться и стоит ли вообще бороться - предстояло серьезно подумать и обсудить.
- Так, ребята, отключаемся от связи! - предупредила всех Марья.- Нам нужно быть внимательней, а разговоры отвлекают…
Стрекот насекомых, какие-то писки и чириканье стали слышны объемно и почти оглушающе, когда из ушей исчезли чужие голоса.
Но сварливый стрекот сойки врывался в окружающее диссонансом.
Компания замерла, прислушиваясь, на кого это напустилась крикливая птица. Марья и Эни задействовали технику вслушиваясь.
- Кони… По тропе…
Кианг резко шагнул к реке, а Эни, доставая из рюкзака палатку, кинулась вверх.
- Кианг! Нам туда, - Марья взмахнула вслед девочкам и тоже стала открывать рюкзак.
Кузнец остановился, недоумевая. Там внизу есть хоть жидкие, но кусты, а на склоне спрятаться просто негде!
Тем временем, пробежав всего десяток метров, Эни , найдя не такой крутой участок склона, вручила углы палатки девочкам и они расстелили на земле палатку, тут же зазеленевшую изображением травы. Стаси и Ю, повинуясь команде, быстро легли на полотнище. Эни с уже подошедшей Марьей так же быстро накрыли девочек сверху второй палаткой.
- На бок ложитесь и ноги подгните, - скомандовала Эни, сама ныряя под полог уже зеленого укрытия.
Для стороннего наблюдателя Марья стояла посреди совершенно пустого склона, подтыкая траву. Женщина нырнула вслед за девочками, луговина зашевелилась и успокоилась.
- Кианг, тебе, что, письменное приглашение нужно?! – нетерпеливо поинтересовалась выглянувшая наружу женщина. Кианг закатился под гостеприимно поднятый край палатки. - Девочки, уплотнитесь, на пятерых это не рассчитано!
- На шестерых, - хихикнула Ю. - Киа за двух будет.
- Да хоть за трех! Кианг, а ну, прижмись ко мне нормально! - зло зашипела Марья, вслушиваясь в нарастающую дрожь земли. - С твоей стороны край приподнят!
И Киангу не оставалось ничего другого.
- Можно было под две палатки спрятаться,- пробурчал он.
- Уложить девочек на холодную и мокрую землю?!
- Ой, мы как вчерашние ложки лежим! - тихонько хихикнула Стаси, невольно разряжая обстановку.
- Точно! И поза такая же и плотность, - также тихо фыркнула Эни.
«Хорошо хоть ложки вспомнили, а не Камасутру», - подумала Марья, тихо веселясь. Она-то чувствовала всей спиной и ее окрестностями каменно-твердое тело Кианга. Вот блин горелый, чего спрашивается, так напрягаться?
- Я не понимаю, зачем мы прячемся?! - тоже шепотом, но с ледяным спокойствием, за которым пряталось нешуточное раздражение, поинтересовался он.
- А что делать? - Марья чуть-чуть приподняла край палатки. Эни сделала то же самое. - Если это просто проезжие, совсем не хочется объяснять, кто мы, почему такие странные и куда премся.
- А если это погоня, то нам их убить, что ли? - так же недоуменно добавила Эни.
От Кианга просто поперло раздражение, теперь уже на самого себя. Мог бы и подумать, а не злиться, и тогда не выглядел бы идиотом. Вот уж, и правда, что делать? В плен брать, а потом с собой везти или на берегу связанных бросить? Два, густо бородатых всадника внимательно высматривающих что-то на тропинке, явно были погоней. Последние сомнения пропали, лошади перешли на шаг, а потом и вовсе остановились, как раз напротив ухоронки.
- Грю те, не было их тута! Тропа гола! - заявил бородач товарищу.
Тот спрыгнул с коня и вразвалку, явно разминая ноги, пошел к редким кустам верболоза. Наверх, в сторону пустого склона, они даже не смотрели.
- Ну куды поперся? В кущах их искать? Грил те, ни одна баба так быстро не пойдеть.
Ю и Стаси неожиданно подались вперед, чтобы тоже выглянуть наружу, сдвигаясь еще плотней. Марья потеряла опору и перевернулась на живот, ткнувшись лицом в пол, а Кианг, не ожидавший такого подлого маневра, оказался лежащим почти всем телом у нее на спине. Воздух с шумом вырвался из сдавленных легких, и следопыт на дороге вскинул голову, прислушиваясь. Композиция под палаткой замерла, как семейство мышей под веником, боясь вдохнуть, а не то, что шевельнуться. Положение спасла вражеская лошадь, нагло задравшая хвост и навалившая кучу конских яблок.
- Коняка пернула, а ты ухи развесил, - заржал мужик от кустов. - Отолью, пока слез, да вернемся туды у лес, засаду сладим, оне верно в лесу сидят ждуть пока мы уедем.
Через пару секунд раздалось радостное журчание в две струи, и Марья, выбравшись из-под кузнеца, наконец смогла вдохнуть.
- Ма-арь, слышь! Там погоня еще не нарисовалась? - прорезался вопрос по связи.
- И слышь! И вишь! Хорошо, что не нюхашь! - даже по связи было слышно издевку.
- Эм-м, вы там как справляетесь?
- Лошадь уже большую нужду справила. Преследователи сейчас малую досправят и назад уедут, на нас засаду ладить, - обстоятельно доложила Марья, понимая, что свободно дышать - это такое наслаждение. А вот с позами, не разрешенными королевой Викторией, надо завязывать...
Марья еще раз порадовалась окружающему безлюдью, иначе приподнявшийся и отправившийся вверх по склону кусок луга мог вогнать в нервное расстройство кого угодно. Они с Киангом остались на месте, прикрывать отход. Лежали, на траве приподняв край палатки, и следили за рощей, готовые в любой момент дать команду залечь.
- Мы уже приш... - доклад Эни прервался на полуслове, вскриком, шипением, жалобой на отдавленную руку. Сообщением, что на пятке глаз нету, и вообще, нечего свои руки под чужие ноги совать!
Марья быстро повернулась, попыталась поднять палатку и посмотреть на девочек, но ее обняли, легко повернули, и теплые мужские губы осторожно накрыли ее рот. Женщина замерла от неожиданности, потом хмыкнула про себя, обняла Кианга, погладила по шее и ответила на поцелуй. Мужик та-а-ак удивился, что Марья чуть не расхохоталась, но держали ее хоть и аккуратно, но крепко, а поцелуй стал глубоким и волнующим.
-Эй! Теть Марь, вы чего там застряли?! - ворвался в сознание требовательный голос Стаси. - Мы же вас ждем!
- Цыц, дурында малолетняя! - это было шипение Эни. - Не мешай им целоваться...
- Убиться об угол бани! - закатила глаза Марья, утыкаясь лбом в плечо мужчины. - От этой молодежи не спрячешься!
- И никакого уважения к старшим, - согласился с ней Кианг смеясь.
Ходьба и прыжки на корточках Марье никогда не нравились, и она, по недомыслию, считала, что хуже этих упражнений ничего нет. Подъем по склону, бегом на четвереньках, накрывшись зажатой в зубах палаткой, показал, насколько убогим было ее воображение. Палатка все время норовила слезть с головы или неожиданно запрыгнуть под колено. Влажная кожаная подошва туфель соскальзывала с такой же влажной травы и норовила заехать «бегущему» сзади Киангу по рукам. В конце концов, палатка подло сбила женщину с ног, а бывший настороже кузнец прилег рядом самостоятельно.