Отмеченный (СИ)
Я рассказал, как Лесной пытался выцепить меня за деревом с расстояния перед вторым контактом, чтобы подчеркнуть, что не считаю его интеллект по-змеиному простым.
— Так же, думаю, у него превосходные слух и зрение.
— Значит, оно осознает окружающую обстановку и может ей пользоваться?
— Может быть, — я кивнул.
— Что на счет пищевого поведения? — уточнил кинолог.
— Он питается, используя контакт, но может контактировать, не будучи голодным. Я тому пример.
— Почему же он вступает с Вами в контакт, если не голоден?
— Ему нравится.
Гости переглянулись.
— Марк, с чего вы взяли, что Лесному «нравится»?
— Аномалия на самом деле не одна сущность. Это Лесной, который, собственно, и является змееобразным хищником, и человеческая сущность, как бы «запертая» в его теле. Этот «человек» говорит со мной.
— Человек?! — удивленно повторила зоолог.
— Больше пока сказать не могу. Буду выяснять при следующих контактах.
— Хорошо. «Человек» не указал, в каком смысле Лесному нравится контакт с Вами? Ведь, если он не голоден, ему вряд ли просто «вкусно», — уточнил кинолог.
— Вы правы. Вряд ли. Я уточню в ближайшее время.
— Постарайтесь. Это очень важно для понимания его поведения. Варианты могут быть разными. Для подавляющего большинства видов, населяющих нашу планету, одним из сильнейших чувств, способных сделать «приятно» является, безусловно, половое влечение.
Услышав это, я замер.
Я и Лесной видим друг у друга светило. Вдруг моя звезда — это, к черту демонов, его порождение. То есть своим контактом, Змей «подселил» мне кое-что. Тогда его чувство не половое влечение, а, скорее, материнский инстинкт.
Но есть и другой вариант этой идеи. Звезда была у меня всегда, и, наблюдая её, Лесной чувствует возбуждение, чтоб его.
— Постараюсь, — ответил я, стараясь не выдавать своей заинтересованности.
— Есть что-то, чем вы бы хотели поделиться еще?
Я решил опустить момент, когда Мэрону удалось «перехватить» управление Аномалией. Эту информацию, пожалуй, следует оставить напоследок.
— У Лесного над глазами имеется зона, или зоны, а может вообще какой-то орган, который источает излучение, вызывающее «удивление».
— Над глазами?
— Как думаете, можно ли закрыть эту «зону», чтобы обезопасить Лесного? — заинтересовался лейтенант.
— Это исключено. Предметы просто проходят сквозь него, если ему не нужно касаться их. Надеть на него что-либо не выйдет.
Сотрудник разочарованно вздохнул. Видимо он решил, что проблему можно значительно упростить.
— Еще Лесной очень боится быть обнаруженным. Поэтому он так хорошо прячется.
— Боится?.. Марк, необходимо узнать, есть ли у него еще какое-нибудь пространственное чутье, помимо хорошего слуха и зрения. Каким образом он обнаруживает камеры?
— Да. Он должен ощущать окружение чем-то еще. Может, чем-то вроде электростатической чувствительности, или электромагнитной.
Гости повернулись к Клорриану. Сотрудник сверился по времени и кивнул. Доктор и кинолог вышли.
— Есть что передать наружу? — он посмотрел на табло установленного у кровати измерителя ионизирующего излучения и нервно переступил с ноги на ногу.
— Передайте Гектору Берниссону, что я в порядке и нуждаюсь в его помощи.
— Хорошо, — судя по его голосу, он считал, что мне нет смысла просить помощи у друга.
— Нужно придумать, как мне сдать анализы на присмотр.
— Присмотр?! То есть прямо сейчас?
— Чем скорее, тем лучше, — я указал на табло и вздрогнул, увидев, что утренние пятьдесят миллирентген превратились в сто. Вывод напрашивался один, — Я могу упустить свой шанс. Возможно, навсегда.
— Хорошо. Я передам. Это все?
— Мистер Биэль, скажите, что сейчас известно про Аномалию?
— Компаньоны нервничают в сотне метров от Эб-Гон. Явной реакции не было до десяти часов. Сейчас ясно, что Лесной примерно посреди Эб-Гон и наверняка под землей.
— Сотня метров… Сколько патрулей выслеживает Аномалию?
— Восемь.
— Что? — я не сумел сдержать негодования в своем голосе, — Восемь патрулей на круг диаметром не больше трёх сотен метров?.. Вы что делаете?! Передайте пожалуйста, чтобы уменьшили их количество. Оставьте хотя бы три. Аномалия — это хищный зверь. Непредсказуемый зверь, который теперь загнан в угол целым взводом бойцов… Лучше вообще не приближайтесь на расстояние прямой видимости к Эб-Гон! Если хищный зверь занервничает, и решит просто «осмотреться», то… Их ничто не спасет.
— Понял! Сейчас же передам в штаб!
Клорриан выбежал из палаты, хлопнув дверью.
Я откинулся на спинку кровати, сосредоточенно рассматривая потолок. Что ж, посмотрим, как Служба Б. отреагирует на моё замечание…
Через минуту со мной связались через телефонный аппарат, присутствия которого я не заметил.
— Марк! Прием.
— Я слышу.
— Что это такое было?! Объяснись за команду сотруднику Биэлю! Прием.
Судя по голосу — это был Старший Советник. Внутри у меня все похолодело от страха, но сейчас, когда он не мог говорить вживую, я понял, что имеет смысл продолжить развивать свою идею. Мне и Мэрону необходимо пространство.
— Патрули в безопасности? — уверенно ответил я вопросом на вопрос, уже осуждая себя за опрометчивость.
— Да. Патрули у края низины Эб-Гон, — он заговорил спокойнее. Уловка сработала, — Марк, что-то не так? Прием.
— Извините. После вчерашнего у меня очень… ОЧЕНЬ нехорошее предчувствие. Когда я смогу отправиться в лес?
— Мне передали, что твои переломы больше не представляют опасности. Это зависит от тебя. Сообщи, и через двадцать минут мы все организуем. Как принял. Прием.
— Сообщить Вам, как буду готов.
— Верно. Если нужно, говори сейчас. Сразу по возвращению мы соберем необходимые анализы, пока это будет возможным. Только постарайся ничего не сломать. Прием.
Необходимые анализы… Очевидно, мистер Эйргон имел в виду мой присмотр. Чудно. Похоже, получится убить двух зайцев сразу. На такое я даже не рассчитывал. Надеюсь, вчерашние контакты не навредили Аномалии, и все пойдет как раньше.
— Я готов, господин Эйргон.
Горденский лес. 11:30
На этот раз я был так уверен в успехе, что даже осмелился поставить себе небольшую задачу: вытащить тело Гиберта из Эб-Гон, чтобы его можно было похоронить. Плевать, что пес начал разлагаться. Мне совсем не хотелось оставлять одного из моих лучших друзей на гниение посреди дороги средневекового поселка. Должно получиться, если не нервировать Лесного.
Раз Аномалия узнавала датчики цифровых камер, я предложил использовать обычный пленочный фотоаппарат, который вовсе не излучает никаких волн. Хотя Старший Советник уже смирился с невидимостью сущности, эта идея ему понравилась. Дальше я попросил несколько листов из разного материала, чтобы выяснить, как можно наиболее эффективно остановить смертоносное излучение Аномалии. Еще мне выдали мощный фонарь и дымовую шашку. Этот поход обещал быть чрезвычайно эффективным в плане выяснения свойств Змея, но все же слабо приближал меня к непосредственному взаимодействию с Мэроном-Лесным. Я должен найти способ удержания стабильного управления Аномалией с помощью воли Мэрона.
Меня сопроводили к базе исследователей.
Лес больше не казался опустевшим. Повсюду пели птицы, словно угроза Аномалии миновала вовсе. От этой мысли холодок пробежал по спине. Что если Лесной решит просто не вступать со мной в контакт?
— К черту демонов.
Патрульные с удивлением уставились на меня.
— Все в порядке?
— Я боюсь, что Лесной может не появиться, пока патрули так близко, — я продолжил уже через рацию, — Сто сорок третий. Прием.
— Сто сорок третий на связи. Прием.
— Нужно, чтобы патрули отдалились от Эб-Гон, как если бы Лесной обладал обычным радиусом. Полтора километра, кажется. Прием.
С минуту мне не отвечали.
— Я слушаю тебя, Марк. Что на этот раз? Прием, — с раздражением сказал мистер Эйргон.