Отмеченный (СИ)

— Марк! Оно прошло к нам мимо тебя и остановилось! Прием.
Я не мог ответить им. Боль геометрически усиливалась.
— «Марк… Я запомню твоё имень»
Возникло непреодолимое желание повернуться назад. В момент, когда тело, вопреки моему сопротивлению, перевернулось животом вверх, мне стало легче и я закричал:
— Я НЕ УМРУ, ЧУДОВИЩЕ!!!
Не контролируя себя, я приподнял голову в сторону угрозы, увидел ослепительную вспышку и перестал чувствовать что-либо. Впереди замерла крохотная, постепенно угасающая звезда, а всё вокруг погрузилось во тьму.
Что же ты такое?
«Что-то большое. Что-то способное передвигаться под землей быстрее, чем человек бегом по земле… И при чем здесь вообще Мэрон?» — подумал я (впрочем, ничего, кроме как думать не получалось), наблюдая, как светило медленно угасает.
Вдруг звезда перестала гаснуть, приняв яркость, близкую к настоящим звездам на ночном небе.
— Не помню такого, — удивился я, — В прошлый раз такого точно не было. Она погасла, а я очнулся.
— Погасла? — уточнил незнакомый голос со стороны, еще больше удивив меня. Голос был необычно ясным, будто говорили мне прямо в ухо.
— Да, в прошлый раз.
— Что-то происходит. Я в первый раз могу говорить с кем-то. Чудно. Кто ты?
— Я? — я задумался на несколько секунд или минут. Для голоса в моем сознании он был слабо осведомлен, — Марк Лиссебар, который только что встретился с Лесным Страхом.
— Марк?! Постой… Быть того не может. Марк ведь только что встретился со своей смертью.
— Смерть? Это вряд ли. Я не религиозен, поэтому уверен, что жив. То, что я могу мыслить — означает, что мой мозг цел и живет. Сознание существует, пока существует работоспособный мозг, ясно?
— Э-э… — промычал собеседник в замешательстве.
— Другое дело — что ты тут делаешь, и кто ты такой. Либо ты просто моя галлюцинация, либо… это, к черту демонов, фантастическое телепатическое воздействие со стороны. Так что скажешь? А, наваждение?
— Марк, я Мэрон.
— МЭРОН?! Тот самый Мэрон, который…
— Пытался предупредить тебя об опасности.
— Действительно. Однако, это не отвечает на вопрос, почему ты в моей, черт возьми, голове.
— Я не в твоей голове, Марк. Я… существую с тем, что хотело убить тебя. И сейчас с ним. Под землей.
— Существуешь с ним? Хочешь сказать, ты внутри него? Внутри Лесного?! Или…
— Я вижу всё, что видит оно и ощущаю некоторые его эмоции. Я могу лишь слегка влиять на его настроение. Кажется, могу…
— Мэрон… То, что ты существуешь совместно с Лесным Страхом и видишь то же, что и он — означает, что твой мозг живет в нем, как бы это бредово не звучало. Ты понимаешь и говоришь, как человек. Скажи…
— Да. Кажется, я был человеком.
— Был человеком? Как давно?
— Настолько давно, что почти ничего не помню. Это была другая жизнь, и с каждым годом она становится всё больше закрытой для меня.
— И всё же постарайся вспомнить. Фамилия Вассер тебе ни о чем не говорит? Мэрон Вассер.
— Мэрон кто?
— Принц из Кардеула, которого звали Мэрон Вассер.
— Мэрон Вассер из Кардеула… — задумчиво повторил он, — Принц Кардеула?
— Да.
— Мэрон Вассер, — вновь повторил он.
— Что ж, похоже ты в самом деле ничего не помнишь.
— Я сумел вспомнить свое имя, только когда ты спросил его… Твои слова на счет принца кажутся мне знакомыми, но я не уверен, что Вассер, и принц из Кардеула относятся ко мне. Извини.
— Ладно. Хм… Мэрон, скажи, как ты говорил со мной?
— Я могу только наблюдать и думать.
— Думать… Значит со мной говорил Лесной Страх?
— Лесной Страх? Так ты называешь это существо?
— Так его начали называть лет пятьсот назад, когда началась убийственная жатва. Все жертвы Лесного были убиты либо в лесу, либо около леса, отсюда и прозвище.
— Ясно. Нет, Лесной Страх молчалив. Никогда не слышал, чтобы он говорил. Впрочем, думаю, это потому, что он недостаточно умен для произношения каких-либо слов. Он ведет себя, как хищное животное: хочет есть — ищет добычу, после убийства отдыхает, если чего-то опасается — уходит под землю.
— Опасается?! Он боится чего-то? Ты уверен?!
 
— Конечно. Он постоянно боится быть обнаруженным. Долгое время Лесной не охотился именно из-за этой боязни. Его голод возрастал и вынудил двигаться очень далеко, пока угроза быть обнаруженным при добыче пропитания не миновала. Хотя я говорил, что он кажется глупым, здесь в его осторожном и точно выверенном поведении, чувствуется разум. Если его кто-то видел, то это был последний раз в жизни жертвы.
— Ты прав, никто еще не смог поведать, что он такое. Даже я, который перенес вторую встречу с ним, не сумел ничего разглядеть.
— ВТОРУЮ?!! Погоди. Тот парень из места, которое удивило Лесного — это был ты?
— Да. Удивительное место — это Эб-Гон. Поселок в лесу, откуда вы пришли за мной сейчас. Лесной убил там моего пса.
— Всё верно. Ты был с собакой бело-рыжего окраса.
— Его звали Гиберт… Он остался в «месте, которое удивило Лесного», зато меня что-то приволокло туда, где я встретил «смерть» на этот раз. Ты знаешь что-нибудь о моем перемещении?
— Действительно. Как я и говорил, что-то происходит. Перед тем, как попасть в удивительное место, Лесной начал беспокоиться. Что-то привлекло его к удивительному месту. После встречи с парнем в удивительном месте он стал вести себя еще более странно. Это он перенес тебя, Марк. Не знаю, зачем Лесной это сделал, но он точно был в «хорошем настроении», когда опустил тебя на землю далеко от удивительного места.
— Как давно он направился к удивительному месту?
— Кажется, несколько дней назад. Он забеспокоился и вдруг решил вернуться в места, где его могли обнаружить.
— Ясно. Значит, он двигался сюда не случайно. К черту демонов, откуда про это узнал Дир? Кто он вообще такой…
Мэрон не стал интересоваться, о каком Дире идет речь. Через какое-то время я понял, что он вовсе умолк. Звезда передо мной вновь продолжила угасать, пока не стала невидимой.
Появилось притупленное чувство боли, а вокруг слышались какие-то хаотичные звуки. Постепенно ощущения вернулись к норме. Я понял, что болела голова, а рядом со мной были господин Эйргон и глава исследовательской группы. Судя по качке, все мы находились в транспорте.
— Он вздрогнул!
— Ты уверен?
— Да! Вот еще! Марк наверняка приходит в сознание.
— Вижу. Что с показателями?
— Всё так же. Он мертв.
Я попытался открыть глаза и прекратил попытку, ощутив уже знакомое жжение.
г. Форбен, отделение «Особой терапии» городской больницы, палата № 2.
Как оказалось, из леса меня забрали не сразу. Дир долго сомневался, не давая Старшему Советнику отправить управляемый зонд для сбора раненных. Мы с Мэроном успели поговорить всего несколько минут, но на самом деле прошло в десятки раз больше времени. Мне понадобилось около шести часов на «возврат с того света» — это в три с половиной раза быстрее, чем после первого контакта! Удивительно. Правда, восстановительный период никто не отменял. Глаза очень жгло, а по туловищу и конечностям будто проехали чем-то тяжелым.
Медики даже не пытались завести мое сердце. Меня сразу поместили во вторую палату, где я сумел как следует отдохнуть до сегодняшнего дня.
С раннего утра началось обследование. Особое внимание уделили мозгу. Что-то мне подсказывает: здесь сыграло роль моё заявление, что в лесу я слышал голос, который, похоже, не записался.
К удивлению учёных, после утренних процедур я уже сумел открыть глаза, не испытывая при этом жуткой боли. В прошлый раз на это потребовалось двое суток.
По окончанию медицинских процедур в палате меня ожидали господин Эйргон, отец, мистер Биэль, трое исследователей и Корнелл. Представив, какой шквал вопросов готовится в мою сторону, я решил сразу удостовериться насчет призрака, так как сам всё меньше верил, что на самом деле видел его…