Его Величество император (СИ)
Твоя, навеки твоя, жена Аннабель.
Эльриан перечитал, раз, другой, потом, поняв, что уже почти выучил послание наизусть, аккуратно приподнял бумагу и прижался губами к месту, где было слово «целую». Вновь положил лист на стол, положил руки на его край, оперся о них подбородком, смотря в упор на выведенные дорогой рукой буквы. Впервые за последние дни на его губах появилась не ироничная ухмылка, не злобная усмешка, а добрая, счастливая улыбка. Так он просидел довольно долго, потеряв счет времени, пока его плеча не коснулась легкая, женская рука.
— Прости, что нарушила твое уединение, крестник, — тихим голосом произнесла маркиза Торас, — но там, в гостиной, все сходят с ума от твоего долгого отсутствия. Я оказалась самой смелой. Остальные просто испугались входить к тебе. Нагнал ты на них страху.
— Долго? — удивился Эльриан.
— Еще бы, уже больше двух часов!
— Надо же, не заметил!
Пожилая женщина не отпуская его плеча нашарила свободной рукой стул, подтянула его к себе, уселась рядом.
— Любишь ты ее, Ри. Сильно любишь! Хочу спросить, извини, а она тебя?
— Любит, Вильгемина, тоже сильно.
— А отчего же не приехала вместе с кузенами, Грассы ведь ей кузены, я правильно поняла? Родители не пустили?
— Не пустить Аннабель, если она что-то задумала очень сложно. Видимо, в этот раз имел значение один наш разговор. Вспомнила, и рваться ко мне не стала. Тогда я ей пригрозил, что в случае необходимости выбора между ней и семьей, скорее всего приму решение убрать главную причину такого выбора — себя. Она потом долго допрашивала Джанни, он ей подтвердил, что я на такое способен.
— То есть, пока у нас практически состояние войны, вы соединиться не сможете?
— Нет. Ни я Анни, ни она меня, под удар не подставим.
— А война может долго продлиться. Пока не отобьёте Циол, мятежники смогут забрасывать все новые партии оружия и наемников. Договор на аренду части территории Сейлора действовать будет еще 23 года. Подвел твой прадед, соблазнился легкими деньгами, полностью отдал весь контроль за космопортом арендаторам, не оставил никакого влияния за Элланой. Это уже твоему деду аукалось, и Эвальду тоже. Эти коммерсанты не прекратят разгружать корабли Сардора. Что им наши проблемы, когда такая выгода!
— Есть у меня одна задумка, крестная. Только пока осуществить не могу. Не полностью дееспособен. А говорить в Совете Унии должен совершеннолетний, полностью признанный император.
— А до этого еще год! За этот год эти твари многое натворить успеют.
— Год сократить можно. Нужно законченное высшее образование. А для этого с Луисом Кортни договариваться придется. Вот коронуюсь, что бы весу себе прибавить и поговорю. Отказать действующему императору сложнее, чем просто курсанту, хоть и с короной в перспективе.
— Значит планы есть! А то я подозревала, что ты весь в своей скорби и ничего кругом не замечаешь. Давай, так держать! И два совета, нет, даже три!
— От тебя хоть десять.
— Так вот, первый. Занимай императорские покои. Пора. А то кое-кто уже слухи распускает, что тебе их занять нечистая совесть не позволяет. И в продолжение этого — второй совет. Найди причину и отправь подальше свою мамашу, ты же понимаешь, что сейчас самый твой ближайший враг, это она. Уже считала, что малолетний правитель, Эдгар, у нее в руках, а тут такой облом — законный наследник жив, да еще это ты. Она тебя в первую очередь, с удовольствием Сардору сдаст и не задумается. На Эллану ей плевать, утолить бы свои амбиции.
— А третий совет?
— Не ходи по дворцу с выражением на лице — не подходи, убьёт! Люди приветливость любят. Не простоватую, когда улыбаются всем подряд, а такую, такую…слегка снисходительную, что ли. Вот, я до вас снизошел. Изобрази на лице не злость на весь мир, а такую грусть, с оттенком скорби, что бы тебя утешить хотелось, а не бежать от тебя, куда глаза глядят, лишь бы подальше. Понял мою мысль, у меня как-то коряво изложить получилось?
— Спасибо, все понял. Грусть изображу, улыбаться начну после похорон. Матушку собирался сам подловить на одном деянии, что бы был предлог отправить оплакивать отца в монастырь, на Западном континенте, под надзор дяди Иствуда. Покои займу завтра с утра. Ты права, другой бы в первую очередь туда понесся, не дав постельного белья переменить! И постепенно начну государственными делами заниматься, прикрываясь регентами. Спасибо, Вильгемина!
Эльриан поднялся, подал руку своей крестной матери, и вместе с ней вышел из кабинета. В гостиной его временных покоев уже толпились все, бывшие приглашенными к обеду, лица. Весьма озабоченные лица, просветлевшие, когда его увидели.
— Господа, — улыбнулся император, — что за общий сбор? Неужели я не могу ни на минуту уединиться, что бы прочесть лично адресованное мне письмо?
От его улыбки, которую они уже потеряли надежду когда-либо увидеть, все присутствующие как будто ожили. Зашевелились, заговорили.
— На минуту? — обратился к нему Эрвин, — это два часа для тебя минута? Что мы только не передумали!
— Интересно, что? Что меня похитили агенты из другой галактики, подкупленные Сардором? Потому, что украсть человека через окно четвертого этажа дворца, стоящего на отвесной скале и выходящего к тому же на море, не привлекая внимания, могут, наверное, только они!
— Не иронизируй, Эльриан. Снайпер и через окно подстрелить может!
— Ага, через все Внутреннее море, или стоя на качающейся палубе! Не драматизируй, дядя. Или ты вообразил, что моя девушка могла написать мне такое, что я взял и с горя повесился, или решил выброситься из окна? Не дождетесь! И девушка такого не напишет, и я не повешусь! Собственноручно доставить Иоанне такую радость? Увольте! Значит так. До ужина еще два часа. Я сажусь писать ответ, что бы передать его с космолетом на Терру. Норберт, не переживайте, я напишу Альберту, а письмо для Анни вложу внутрь. К ужину будет готово. Теперь от личного переходим к государственным проблемам. Конрад, Мишель, забирайте всех свободных телохранителей и внимательно осмотрите императорские покои на предмет неприятных сюрпризов. И вообще, подробно ознакомтесь с ними. Кто-то один пусть останется там до завтра. С той же целью, что бы ничего не подложили. И вообще, в ближайшее время кто-то один должен будет находиться там днем, в основном в спальне, это уже, что бы кого-то в кровать не подложили. Это ясно? В кабинет не соваться, Ив все равно не пустит, с кабинетом я разберусь сам. Завтра занимаемся вселением, разрабатываем график дежурств и займемся с главным распорядителем похорон, Вильм, напомни, кто у нас на этой должности?
— Граф Лориэлл.
— Хорошо! Значит, разрабатываем и утверждаем с графом Лориэлл график пребывания на посту у тел членов Правящей семьи, персон из состава Совета и министров. Послезавтра у нас, как я помню, поездка на авиадром Эстины, с инспекцией, проверим, как идет переоборудование его части в базу для военных машин. Я приму участие. Вроде на ближайшее время все?
— Да, потом начнется прощание, в процессии и в первый день основная роль у тебя, Ри.
— Помню, не переживай, с того дня и начну носить костюм под императорский мундир, разочарую подданных своим внешним видом! Конрад, возьмите с собой на инспекцию покоев старого камердинера отца и моего Сильвио. Первый посмотрит, не появилось ли в покоях ничего лишнего, второй знает мои вкусы, подскажет, что убрать, а что добавить! Все, я пошел писать письма! Не прощаюсь, встретимся за ужином. И с завтрашнего дня есть будем в малой столовой. Пора возвращаться к традициям. Ее, столовую, тоже проверьте.
Письма были написаны, в конверт, адресованный Альберту Лански, был вложены еще два, один, адресованный Этельберте, и один — без адреса. Перед ужином Эльриан передал все Норберту, который через два дня улетал вместе с Роджерсом на Пренду и дальше, на Истрим. Конверт, вместе с маской в пакете, командир космолета должен был передать лично в руки Альберту, или Кельвину. Роджерс оставался на Пренде, станцию на острове должны были запустить первой.