Измена. Двадцать лет лжи (СИ)

– Глеб, только не злись. Только не злись на меня, прошу.
Глаза Леры наполнились слезами, а мне как-то не импонировало выслушивать её рыдания, так что я подошёл, нежно её обняв.
– Ладно, успокойся. Я подумаю, как нам лучше поступить. В любом случае ты понимаешь, что в твоей халупке попросту нет места для ребёнка? А так как Вера скорее удавится, чем отдаст квартиру, придётся и правда её продавать. Так что когда станет понятно, сколько денег я получу, мы продадим и твою однушку, и купим что-то приличное.
  
– Но я боюсь, что родители разозлятся. Они сказали...
– А при чём здесь твои родители? Ты уже давно совершеннолетняя и вправе самостоятельно принимать решения. А эту квартиру даже не они тебе купили. Кто там тебе её оставил? Судя по столетнему ремонту ты получила её от прабабки.
– Ты больше не злишься на меня?
– Злюсь. Так что тебе придётся сильно постараться, чтобы добиться моего прощения.
– Но зато если я рожу, мы сможем взять ипотеку на большую квартиру с низким процентом и...
– Нет! Никаких ипотек! Я уже с одной отмучился и мне её хватило с лихвой. Больше в такую кабалу я не впрягусь. Всё, хватит уже говорить о неприятном. Пойдём лучше в спальню. Попробуешь загладить свою вину.
Но только я уложил Леру на кровать, целуя её в шею, как раздался дверной звонок. И оказалось, что это родители моей девушки решили нагрянуть вот так нежданно-негадано, чтобы познакомиться со мной.
И тут началось самое интересное. Я старательно избегал нашей встречи, понимая, что ничем хорошим она не закончится, но в этот раз пришлось открыть дверь.
– Лера... А я что-то не понял... Это отец твоего парня? – натянуто спросил Виктор, отец Леры, при этом смотря исключительно на меня.
– Нет, это Глеб, он и есть мой парень.
– Как... парень? Да он же старше меня!
Выпучив глаза, всё также толпясь в прихожей со своей женой, Виктор перевёл растерянный взгляд на дочь, а потом угрожающе шагнул ко мне.
Впрочем, нечто подобного я от него и ожидал, представляя нашу встречу, поэтому был готов к вспышке злости.
И ещё повезло, что дело не дошло до драки.
Между нами встала мать Леры, Мария, которая смогла уговорить муда успокоиться и поговорить со мной мирно.
Вот только избежать криков и оскорблений не удалось, и Виктор в лицо высказал мне всё, что думает обо мне, попытавшись запретить Лере общаться со мной. А она возьми и ляпни о своей беременности, только усложнив этим ситуацию.
  
Глава 7
 
Глава 7
Вероника
К разговору со старшим Комаровым я готовилась прямо как к открытому уроку, на котором должен был присутствовать кто-то из ГОРОНО, скрупулёзно, напряжённо и тщательно.
Я даже в голове проиграла несколько вариантов нашей встречи, заранее подготовившись к наихудшему, как и подготовившись дать отпор отцу разбалованных мальчишек, если тот вдруг захочет предъявлять права и наседать на меня.
И этого мужчину я представляла себе эгоистичным и, не постесняюсь этого слова, зажравшимся, привыкшим всё решать с помощью денег или связей. Так что моё волнение было вполне оправдано.
Правда, я всё надеялась, что в моём случае будет как в пословице «Не так страшен чёрт, как его малюют». И в итоге всё пройдёт хорошо, и я посмеюсь над своим глупым страхом перед мужчиной, которого я и в глаза не видела.
Ага! Посмеялась!
Когда дверь открылась и порог моего кабинета переступил огромный бородатый мужик с тяжёлым, жестоким взглядом, плотно сжатыми губами и резкими, грубыми чертами лица, в дорогом костюме и огромным кактусом в руках, я выпала в осадок.
Вроде я взрослая женщина и должна уже прекрасно осознавать, что первое впечатление бывает обманчивым и не стоит ориентироваться на внешность, но, чёрт меня побери, Комаров и правда пугал!
Теперь я понимаю, почему Ангелина Павловна не захотела лично с ним разговаривать, доверив это мне.
Да встреть я такого бугая, ещё и с таким злобным выражением лица в каком-нибудь переулке, я бы бежала сверкая пятками и всем, чем только можно сверкать при беге.
Так, Вера, в любой ситуации надо сохранять спокойствие. Вот и сохраняй.
Почему я вообще так сильно разнервничалась? Словно мы с ним не поговорить собираемся, а сражаться в рукопашной борьбе.
– Добрый вечер, – голос Комарова был под стать его внешности, такой же грубый и пугающий, – Это вам небольшой презент. Мальчишки сказали, что вы любите кактусы.
Поставив на мой стол большой горшок, в котором был такой же большой круглый кактус, а вслед за ним достав из большого кармана пиджака большую шоколадку, также положив её на мой стол, Кирилл Львович пододвинул стул к моему столу и спросил:
– Так по какому вопросу вы хотели со мной поговорить?
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы отойти от «небольших презентов» мужчины и осознать смысл сказанных им слов, чтобы тут же перевести на него удивлённый взгляд.
И каким же маленьким теперь казался мой кабинет, стоило в нём появиться Комарову. Помещение, как и все вещи, словно уменьшились, да и я тоже вся сжалась.
Сев ровнее и расправив плечи, я, надеясь, что мой голос прозвучит уверенно, ответила вопросом на вопрос, с запозданием осознав, что так и не поздоровалась в ответ:
– Кирилл Львович, вы разве не читали моё сообщение? По-моему, я всё чётко и детально вам описала.
Мужчина нахмурился, из-за чего стал казаться ещё строже, и медленно кивнул.
– Скорее всего, вы писали моему помощнику, так как я оставлял его контакты для связи. Он кратко передал мне суть проблемы, но честно, я уже не помню, что вам ответил. Но он вроде урегулировал недавнюю проблему. Вы же имеете в виду ту ситуацию с огнетушителем? Во-первых, мои мальчишки этого не делали, а просто, скажем так, оказались в не том месте, ещё и не в то время.
М-да, эта фраза про время и места будет ещё долго меня преследовать. Это прямо любимое оправдание для младших Комаровых.
– Во-вторых, мой помощник ещё сегодня утром созвонился с вашей директрисой и договорился о компенсации, которую я уже выплатил. И, как он мне передал, ваша начальница осталась вполне довольна. И заметьте, я не стал наводить шумиху и искать настоящих виновников произошедшего. Но и вину своих детей я признавать не намерен. Я так понимаю, вы только об этом хотели со мной поговорить, верно?
Сообразив, что Комаров собирается закончить нашу встречу, которая ещё даже толком не началась, я невольно ударила ладонью по столу. И мужчина, уже почти вставший со стула, сел обратно.
Удивилась я, удивился он, но мы оба одновременно натянули на лица вежливые выражения. Ну, моё точно было вежливым. А вот у мужчины... Бр-р-р. С таким выражением лица убивать идут.
Ладно, это я уже утрирую.
А вообще, я поражаюсь этим человеком. Он только через помощника узнаёт, как дела у его детей? Он вообще в курсе всех тех сообщений, что я ему отправляла?
И зачем он тогда пришёл, чтобы вручить мне кактус с шоколадкой, выпендриться, какой он крутой, раз уже всё уладил, и гордо уйти, чтобы снова меня игнорировать?
Кто вообще дарит женщинам кактусы?
Понятно, что близнецы приврали, сказав, что мне нравится это растение, но у него что, нет своей головы на плечах?
Это же надо задобрить классного руководителя кактусом и шоколадкой! Как-то странно он меня оценил.
– Кирилл Львович, раз мы с вами наконец-то увиделись, то я с удовольствием обсужу с вами успеваемость ваших сыновей, а также их поведение на территории школы и постоянные попытки сорвать уроки.
  
Я почему-то улыбнулась, вот только эта улыбка, как мне показалась, была похожа на хищный оскал. Даже Комаров напрягся, посмотрев на меня чуточку иначе. А точнее, именно что «посмотрев».
До этого я была для него чем-то сродни пустому месту, на котором взгляд не фокусируется, а сейчас я явно завладела его вниманием.