Измена. Двадцать лет лжи (СИ)

Улыбнувшись Кириллу, кивнув ему, я вместе с Глебом отошла в сторону, смотря на этого мужчину абсолютно трезвым взглядом, только сейчас обратив внимание, как время его не пощадило.
И это так странно. Вроде бы недавно я считала его красивым, находила в нём много достоинств и часто им любовалась, а теперь всё как отрезало.
Глеб стал для меня чужим, и спал последний флёр любви, показав мне его настоящего, без приукрашений влюблённого мозга.
  
– Кто этот тип? – начал с претензии неверный, словно имел на это какое-то право.
– А что, если это мой новый мужчина?
О-о-о, каким же непередаваемым было выражение лица Глеба, он так забавно округлил глаза и приоткрыл рот, что я чуть не рассмеялась.
Дурак! Он и правда думал, что я уже старая и не смогу никого заинтересовать?
– Быстро же ты обо мне забыла. Но я не думаю, что у вас с ним сложатся крепкие отношения. Скорее всего...
– Мне плевать на твоё мнение. И не тебе в чём-то меня упрекать. Или ты забыл, что ты встречался с Лерой два года, будучи со мной в браке? И я даже без понятия, сколько всего у тебя было женщин.
– Ну ладно, давай не будем о плохом, идёт? Я пришёл извиниться и искренне сказать, что мне жаль.
– Продолжай, я внимательно тебя слушаю.
– Вера, вот только не надо этой издёвки в голосе. Пожив отдельно от тебя, я понял, как сильно был не прав и...
– А что такое, Лера отказывается плясать вокруг тебя и исполнять твои просьбы? Её поди надо выдрессировать, чтобы ровно в семь тридцать завтрак был на столе, а отглаженная рубашка лежала на кровати.
– Лера... оказалась не той. И знаешь, я понял, что лучше тебя нет никого. Ты и правда была хорошей женой, с которой мне было комфортно. Так может зароем топор войны и попробуем восстановить наши отношения? Как-никак нас связывают целых двадцать лет. А это ого-го какой срок.
– Знаешь, Глеб, я прекрасно понимаю, зачем тебе нужна я. Но я не понимаю, зачем мне нужен ты. Какой от тебя толк? Что ты можешь мне дать как мужчина? Поддержку? Заботу? Любовь? Нет, ничего из этого ты мне не дашь. Всё, что у тебя есть от мужчины, так это член. А он, как ты знаешь, есть у половины населения нашей планеты.
– Я всё осознал и готов исправиться. Обещаю, я изменюсь ради тебя.
– Если ты что-то и осознал, так это то, что никто не облегчит твою жизнь так, как это делала я. И ты прав, тебе со мной было комфортно, но не более. Поэтому заканчивай этот фарс. После всех твоих поступков мне хочется забыть тебя как страшный сон. К тому же, как видишь, я теперь не одна и одинокая старость мне не обеспечена.
Прикрывшись Кириллом, я подмигнула неверному и ушла, оставив последнее слово за собой.
А мой похититель, швырнув букет в сторону, таким взглядом посмотрел на Глеба, что будь я на его месте, я бы предпочла не надоедать своей бывшей.
– Хочешь, я и с ним поговорю по-мужски? – с предвкушением спросил Кирилл, открыв для меня дверцу.
– У него от мужчины одно название. К тому же в случае чего я и сама смогу с ним разобраться.
– Уверена?
– Уверена. Ты просто ещё не знаешь, как я умею орудовать сковородкой.
– Да ты, как я посмотрю, опасная женщина. Мне уже пора начинать бояться?
– Зачем? Ты же не из робкого десятка. К тому же сам как-то сказал, что не боишься брать неприступные крепости штурмом. Вот так и докажи мне это.
В глазах Кирилла зажёгся опасный огонёк, от которого по спине пробежались мурашки, но я также ощутила некое предвкушение.
Я и сделать ничего не успела, как он прижал меня к машине и поцеловал, с напором, жадно, но без продолжения, почти сразу же отстранившись от меня.
– Как скажешь. Но предупреждаю, у тебя уже не будет возможности отделаться от меня.
– Звучит как угроза.
– Это предупреждение. Станешь моей, и я тебя уже никому не отдам.
И как бы я ни старалась убедить себя, что не так-то уж сильно меня тянет к этому сероглазому мужчине, это была наглая ложь. Ведь с каждым днём я всё чаще думала о нём, ждала его сообщений и звонков, и постоянно улыбалась, стоило мне только увидеть вдалеке знакомую крупную фигуру Комарова.
Рядом с ним я чувствовала себя другой, свободной от каких-то установок, раскрепощённой и лёгкой. Мне нравилось ловить на себе его восхищённые взгляды, а каждое якобы случайное прикосновение заставляло меня предвкушать следующее касание.
И у нас вошло в некую традицию проводить вечера пятницы в ресторане.
Только мы вдвоём, долгие разговоры, обмен улыбками, его горящий взгляд и хрипловатый, громкий смех.
Я и не помню, когда мой бывший в последний раз заряжал меня таким позитивом, энергией и восторгом, как это умудрялся делать Кирилл. Он прекрасно чувствовал моё настроение, знал, что и как надо сказать, покорял меня своей силой и честностью, порой глупыми шутками и желанием выкроить для меня как можно больше свободного времени.
А главное, он всё также ни к чему меня не подталкивал, спокойно дожидаясь, когда я буду готова полностью открыться ему.
И пару месяцев назад я бы и не представила себе, что проведу новогодние каникулы в кругу своих дочерей, брутального на вид мужчины и его двух близнецов, которые вполне спокойно приняли новость, что их отец мной увлечён.
Хотя как иначе, когда они сами пытались этому поспособствовать?
А потом, на моё день рождение, которое я провела в том же кругу людей, к которому добавилась Ира и её муж с детьми, стоя на веранде ресторана и любуясь ночным небом, я оказалась в объятиях Кирилла.
– Решила сбежать?
– Решила немного побыть в тишине. Но я рада, что ты нашёл меня.
Обернувшись, я обняла Кирилла за шею, для этого встав на носочки, и посмотрев в его красивые серые глаза, улыбнулась и коснулась его губ поцелуем, сначала нежным, а потом наполненным страстью и желанием показать, что я хочу полностью и без остатка принадлежать ему одному.
  
Эпилог
 
Эпилог
Три года спустя
Глеб
– Пожалуйста, не заставляй меня снова обращаться в суд. Ты ведь прекрасно понимаешь, что тебе всё равно надо будет выплатить задолженность по алиментам.
Подловив меня у работы, Лера встала на моём пути, преградив мне дорогу коляской, в котором сидел Артур.
Сын с интересом меня рассматривал, внешне полностью напоминая свою мать, так ничего от меня и не унаследовав.
И я уже порядком устал от бывшей, постоянно преследующей меня по пятам. Мы расстались три года назад, а она всё не может успокоиться.
– У тебя же есть муж, вот пусть он и содержит твоего сына.
– Это наш сын. Или ты забыл, что участвовал в его рождении?
– А ты забыла, что я просил тебя облегчить нам обоим жизнь и сделать аборт? Это ты перестала пить противозачаточные и проигнорировала моё нежелание заводить ещё детей. Как ты там говорила? Родишь для себя, да? Ну а я тут при чём? Могла бы найти кого-то богаче бармена, тогда бы денег хватало. Но, судя по всему, у тебя как не было мозгов, так и нет. Будешь плодить нищету, да?
Усмехнувшись, я кивнул на её выпирающий живот.
Что могу сказать, Лере совсем не шло быть беременной. Она снова подурнела и набрала, и было видно, что её брак с бывшим одногруппником оказался не очень удачным.
Уставшая, измотанная и с тёмными кругами под глазами Лера мало чем напоминала милую, лёгкую в общении и красивую девушку, в которую я влюбился пять лет назад.
– Какой же ты урод! Теперь понятно, почему даже твои дочери перестали с тобой общаться. Старшая хоть позвала тебя на свадьбу? Я видела на её страничке в соцсетях, что она тоже в положении. Ты об этом знаешь? Или тебя игнорируют?
  
Ударив по больному месту, Лера злобно улыбнулась, окончательно испортив мне настроение.
Но нежелание дочерей общаться со мной я приписывал Вере. Только бывшая могла надавить на них и настроить против меня. Это своего рода была её месть за наш развод.