Феномен (СИ)

***
За следующие семь дней я всё запланированное совершил, и сейчас выходил к позициям, что занимали остатки моей дивизии, которая сейчас находилась в котле, в районе деревни Любоничи. Причина, почему именно сюда, так тут штаб нашей дивизии располагался, а при мне пленный, ни много ни меньше, а целый полковник Вермахта. Начальник штаба пехотной дивизии, что действовала против моей дивизии. Да ещё с портфелем документов его взял. Вон, часовые у штаба уже засекли, как я, выставив штык в сторону полковника, он даже не связан был, конвоирую его в их направлении. Я был по полной форме одет, скатка через плечо, вещмешок за спиной, каска на голове, на мне подсумки, фляжка, гранатная сумка, пехотная лопатка. То есть, как положено прикинут. Правда, с левого бока ещё кожаный портфель с бумагами по дивизии германского офицера, но это так, дополнение. Я уже видел суету в роще, появились командиры, и генерал, комдив, знакомый мне по прошлой жизни. Ожидали, когда я подойду. Так, где там мой честно заработанный орден?
М-да, семь дней прошли, как пролетели, но хранилище полное, всего сто кило свободного места на всякий случай. Из техники, танки: по одному «КВ-2», «Т-34», «БТ-7», «Т-28» и «Т-26». Из броневиков: «БА-11» и «БА-10М». Из танкеток: два плавающих «Т-40» с двадцатимиллиметровой пушкой и второй с «ДШК», «Т-38М», и «Т-38». Огнемётные машины: «ОТ-26» и «ОТ-133». Все танки и танкетки в полном порядке, на ходу и при боезапасе. Готовы к немедленному использованию. Также были тягачи: два «Комсомольца». Из автомобилей, новенькие: «Газ-АА», «Газ-ММ», «Газ-ААА», «Зис-5» и «ЯГ-6», из легковых новых авто этого года выпуска: три «эмки», одна из них вездеходная, два пикапа на базе «эмки», один из них вездеходный, «кюбельваген» и генеральский «хорьх». Мотоциклы: два «Л-300», два «М-75», два «ПМЗ-А-750», два «БМВ», два «Цундап» и один грузовой немецкий мотоцикл на гусеницах. Из авиатехники, это «У-2», нашёл свежий, сорок первого года выпуска, не изношенный, и «Шторьх» с закрытой кабиной, тоже этого года. Потом более сорока видов единиц стрелкового оружия, коллекция моя, не более двух одного вида, это не касалось пистолетов и револьверов, их куда больше. Три единицы с глушителями, повезло добыть. Крупнокалиберных пулемётов не было, хватит тех что на танкетках стояли. Всё остальное это продовольствие, топливо и боеприпасы. Миномёта два, один полковой другой батальонный к каждому по сто мин. Противопехотных немецких мин, «лягух», тридцать штук и всё. Заметили, что места для всего уже не хватит? У меня заполнилось хранилище, поэтому стеная и плача я выкинул «КВ-2», сразу места для всего остального хватило. Ну и дальше поиском занимался. А раз место появилось, то прихватил ещё новенький бронетранспортёр «Ганомаг», укороченная версия «Sd.Kfz. 250», в кузове спаренные зенитные пулемёты «МГ-34». Ну и двуствольную зенитку «Эрликон», с тройным боезапасом. Хотя насчёт «КВ» я погорячился. Спрятал его с тремя собратьями на том недоступном острове, посреди болота, проведя консервацию, чтобы до конца войны простоял, запер, накрыл брезентом и оставил. Ну и ещё три десятка единиц разной техники, что после войны станет ну очень редкой, в единственных экземплярах. Тоже под консервацией оставил. Всё же «Шторьх» это вещь, смог сесть на песчаную косу, хотя разгона для взлёта потом едва хватало. Без вертолёта тяжело.
Да, у меня три армейских полевых кухни, две немецких одного типа и одна наша, там ещё духовки, хлеб печь можно, этого года выпуска. Пользуясь свободным временем, отмыл их все и приготовил блюда в каждой по вкусу. А я хороший повар и на таких полевых кухнях готовил. В немецких три котла, у одной в большом котле борщ, настоящий, в втором котле гуляш, в третьем какао. У второй кухни, щи в большом котле, во втором котле отварной рис и в третьем чай. В нашей русской армейской полевой кухне, один котёл под уху отдан, второй под макароны с тушёнкой, уже перемешана, а третий под пельмени. Мясорубка была, взял из квартиры бандита в Бресте, накрутил фарша, налепил пельменей и вот в котле триста штук и приготовил. Между прочим, на все три кухни я потратил сутки. Ну и в духовке около сотни буханок белого и чёрного напёк, что успел. К слову наши отступали, бросали колхозы, я под видом снабженца на грузовике приезжал, успевал до немцев, и выдавая бланки, нашёл в брошенном штабе, забирал немалое количество разных припасов. Около двух тонн сливочного масла, три тонны молока, тонну сметаны, полторы тонны сыра, двести пятьдесят литров мёда, двадцать туш бычков, мне закололи и разделали, пятнадцать свиней также закололи и разделали. Яиц тысячу. Побывал я в Варшаве, есть такое, как раз к дивизии оттуда прилетел. Это песня, такие снасти, немало средств потратил в магазине. Спунинги, небольшие удочки для зимней ловли, бредни, надувную лодку и многое другое. Отложил сто кило для снастей в хранилище, а пришлось на двести размещать. Добыл у немцев марки, настоящие, не оккупационные, их и тратил. Да и закупался как немец, в гражданском. Одежда с того убитого не состоявшегося насильника, я её уже постирал, высушил и погладил. А ведь и для зимы у меня ничего нет, вскрыл склад в Минске, ещё до Варшавы, с утеплённым обмундированием, брал для комсостава. Шесть овечьих полушубков разного размера, а то я в разной комплекции людей попадаю, шапки-ушанки, валенки, утеплённое бельё, форма, две палатки зимних, одна на десять человек, другая на взвод, прошиты войлоком, утеплённые. К ним по печке-буржуйке. Кровать армейская, матрас к ней, постельное шесть комплектов с двумя подушками. Слабая замена моему домику и бане, но хоть это, пока не подойдёт время и новые не закажу финнам. Это всё что у меня есть. Мало, знаю, но хранилище полное и подборка имущества для жизни, включая на природе, вполне полная. Я готов к службе и войне.
 
Вот так меня и встретили. Хорошо встретили. А вот то что после проверки, к вечеру, определили в разведбат дивизии, быстро оформив документы, не понравилось. Там от этого разведбата едва взвод наберётся. Не хочу в разведку, мне мои ноги дороги, там всё на ногах. Ещё комдив обещал к награде за полковника представить, как вырвемся из окружения сразу отправит наградные. Ну а пока просто сказал спасибо, и отправил служить дальше. И я пошёл. Воевать. Проблемой стало то, что вовремя выхода из окружения, разрыв мины отправил меня в беспамятство, а я ещё от прошлой контузии не отошёл. Всё правильно, догадались, очнулся на поле среди группы других военнопленных. Как раз в колонну собирали. Я и очнулся-то потому что меня пнул немец, судя по нашивкам, рядовой из пехотной дивизии, где я полковника умыкнул. Из охранной им тут рано быть. Встать смог, с трудом, но надо, иначе пристрелят как других бедолаг рядом, а я пока на перерождение не хочу, меня и тут всё устраивает. Да и мало ли оно последнее? Шатало, сам я явно обыскан, карманы вывернуты, как будто у меня там что-то было, вещмешка нет, ремня нет, сапог нет, пилотки нет, расхристан, но включился в общую колонну. Почти полторы сотни набралось. Сил бежать нет, да и идти тоже, неделю отходить и набираться сил придётся, не меньше. Только тогда о побеге можно думать. Да и не сбежишь тут, не ночь, открытое поле.
Меня всё же кто-то подхватил под локоть, поддерживая, я рассмотрел только белокурые локоны молоденькой девушки-военфельдшера. Сам выберусь и её спасу, клянусь. Вот так колонна и двинула. М-да, первый опыт пленения у меня. Как же мне фигово.
 
Конец книги.
Продолжение следует.