Непреодолимо

Она швырнула в меня подушкой.
Я застегнул молнию на брюках схватил ее, повалив обратно на кровать.
-Ты сама напрашиваешься на это.
Хихикая, она обхватила меня руками и ногами. - Сильно и часто.
Я застонал, быстро поцеловал ее, прежде чем оторваться от нее.
- Черт, мне нужно идти. Лучше бы я этого не делал.
- Я тоже. Она вздохнула и села, наблюдая, как я накидываю рубашку. - Так приятно снова остаться с тобой наедине.
  
- Мне жаль. Мне жаль, что мы не можем быть как все нормальные люди и делать это в нерабочее время.
- Все в порядке. Она улыбнулась. - Это даже весело - проказничать.
- Вот только я сейчас опаздываю на встречу с твоим отцом, - сказал я, хмурясь потому что в зеркале над ее комодом я видел, что мои волосы выглядят так как будто я только что потрахался. - И я выгляжу так, будто только что встал с постели.
Пару минут спустя я выбежал из ее квартиры с развязанными ботинками, оставив ее у двери в пушистом розовом халате.
- Увидимся вечером дома, - сказала она, смеясь, когда я, спотыкаясь, спускался по лестнице. - Еще раз спасибо за цветы!
- Не за что! крикнул я в ответ, проскакивая последние несколько ступенек и спрыгивая на площадку. Когда я спешил обратно в свой офис, ее слова засели у меня в голове. Увидимся вечером дома.
Они мне понравились.
Глава 21
 Мак 
В тот вечер, когда я вернулся домой, мы заказали пиццу, Фрэнни осталась посмотреть с нами фильм. Мы сели рядом друг с другом на диване и под одеялом испытали несколько чувств в стиле *PG-13, но на этом все и закончилось. (*PG-13 Parents strongly cautioned, усиленный родительский контроль, в американском рейтинге подразумеват 13+, в российском скорее соответстует 16+, так как может содержать сцены употребления наркотиков, насилия, наготы, грубые ругательства и сексуальный подтекст)
Я даже не смог поцеловать ее на прощание, потому что мне казалось, что дети пристально наблюдают за нами. Может быть, мне это только показалось, но Милли особенно пристально смотрела на нас в тот вечер.
В субботу я вообще ее не видел и почти ничего не слышал от нее - только короткое сообщение утром, в котором говорилось, что она занята делами в гостинице, пожелание хорошего дня, сопровождаемое маленьким красным сердечком. Это был довольно хороший день - я в кои-то веки вовремя отвез Милли на балет, закупил продукты, убрался в доме, сделал кое-какую работу, постирал всем постельное белье и полотенца. Но я думал о ней без остановки, и с течением дня понял, как сильно я по ней скучаю. Даже физически. В понедельник у меня был выходной, и осознание того, что я не увижу ее до вторника, вызывало тоскливую боль в груди.
В тот вечер я позвал детей к столу. Мы только сели, когда Фелисити ни с того ни с сего сказала: Я скучаю по Фрэнни.
- Я тоже, - сказала Уинни. Я бы хотела, чтобы она была здесь.
- Мы можем позвонить ей, папа? спросила Милли.
Я прочистил горло.
- Нет, она сегодня работает. Мы увидимся с ней на следующей неделе.
- Может, она могла бы прийти завтра и снова заплести нам косички, - сказала Уинни.
- И помочь мне с футболками, - добавила Милли, доставая телефон из кармана куртки. - Я напишу ей.
- Нет, не делай этого. Я положил руку на руку Милли, чтобы остановить ее, хотя я и сам умирал от желания увидеть Фрэнни. - Давай оставим ее в эти выходные в покое, хорошо? Она, наверное, устала от нас.
Я не думал, что она действительно устала, но даже если она не будет завтра занята, когда мы были вместе нам становилось слишком трудно держать наши чувства в секрете от девочек. Я не мог держать свои руки при себе. И я просто еще не был готов сказать им об этом - было слишком рано. К тому же, мне было не по себе от того, что я так скучал по ней. Я не хотел скучать по ней. Вся суть этих отношений заключалась в том, чтобы повеселиться, снова, хотя бы на некоторое время почувствовать себя прежним. Ведь так?
Но позже, когда я лежал в постели той ночью, я не смог удержаться и позвонил ей. Она не ответила, и я не стал оставлять сообщение.
Через несколько минут она перезвонила мне.
- Привет. Извини, что я пропустила твой звонок. Хлое нужна была помощь сегодня вечером, так что я разливаю вино на этой дурацкой корпоративной штуке в дегустационном зале.
- Полагаю, это значит, что ты не собираешься говорить мне пошлости.
Она засмеялась.
- Наверное, нет. Может быть неловко. Как прошел твой день?
- Хорошо. Ничего интересного. Я посвятил ее в подробности. - Девочки скучали по тебе за ужином. Они хотели позвонить тебе.
- Оу. Мне жаль. У нас тут просто сумасшедшие выходные.
- Я знаю. Я сказал им, что ты должна работать. Я колебался, разрываясь между тем, что хочу сказать, что тоже скучаю по ней, и не желая произносить эти слова вслух, как будто от того, что они останутся невысказанными, они станут менее правдивыми. - Я должен отпустить тебя.
- Хорошо. Позвони мне завтра, если сможешь?
- Позвоню - сказал я.
Но не сделал этого.
 * * *
Мама позвонила в воскресенье вечером. Фелисити взяла трубку на кухне, и с того места, где я стоял за столом в столовой, складывая белье, я услышал, как она взволнованно пересказывает историю о падении Уинни с лестницы тети Джоди в прошлые выходные. Это разозлило Уинни, которая услышала сестру с того места, где она сидела за столом, перекусывая.
В конце концов, каждая внучка по очереди поговорила с бабушкой, а мне удалось закончить складывать белье, убрать его наверх и запустить посудомоечную машину. Милли разговаривала последней, и я услышал, как она рассказывает маме о показе мод.
- Да, предполагалось, что это будет показ матери и дочери, но они сказали, что папа может участвовать. Потом она засмеялась. - Мы должны сами сшить себе наряды. Фрэнни помогает мне. Внутренне застонав от мысли, что мне придется носить эту гребаную блестящую футболку на людях, я начал вытирать полки, а потом подмел пол на кухне.
-Хорошо. Я тоже тебя люблю. Пока.
Милли передала мне телефон.
- Можно мне немного посмотреть телевизор? - спросила она.
- Сначала прими душ.
Она кивнула.
- Поняла.
Я заплел одну из ее косичек и поднес телефон к уху.
- Привет, мам.
- Привет, милый. Как ты?
- Хорошо. Занят. А ты?
- Отлично. Мы рады, что приедем.
- Мы тоже.
По большей части это не было ложью, хотя иногда моя мама могла быть немного властной. И не существовало ситуации, в которой она не чувствовала бы себя вынужденной высказать свое мнение. Я прислонился спиной к стойке.
 - Вы приезжаете завтра?
- Да. Мы остановимся у Джоди на две ночи, а потом приедем к вам на три. Это все еще подходит?
- Да, идеально. Свадьба только в субботу, но у меня репетиция в пятницу, и я должен встретиться с Вудсом в четверг вечером.
- А кто невеста? Я ее знаю?
- Она внучка Рут Гарднер. Живет в Детройте.
Моя мама прищелкнула языком.
 - О, я просто обожаю Рут Гарднер. Как она?
- Она в порядке.
- А что насчет тебя? Девочки сказали мне, что неделя была не из легких. Бедная Уинни!
 Я вздохнул.
 - Да.
- Они все много говорили о Фрэнни.
При упоминании ее имени мой желудок перевернулся.
- Да. Она много помогала. Она отлично с ними ладит.
- Похоже, они ее обожают.
- Да.
- И кажется, что она проводит с ними много времени.
Мне показалось, или в тоне моей матери прозвучала нотка подозрения?
Это заставило меня защищаться.
 - Ну, Мириам Ингерсолл сломала ногу пару недель назад, поэтому Фрэнни пришлось ее заменить. Они видели ее немного больше, чем обычно.
Моя мама задохнулась.
  
- О, нет! Бедная Мириам. Слава богу, у вас была дополнительная помощь.
В ее тоне снова было заметно любопытство.
- Я слышала, что Фрэнни не только сидит с детьми в вашем доме.
Я чуть не поперхнулся.
- Что? Кто это сказал?