Непреодолимо

- Папа?
- Да?
- Что ты делаешь?
- Смотрю на тебя. Думаю о том, что ты слишком быстро растешь.
- Перестань. Это странно.
Я засмеялся.
- Извини. Я уже ухожу. Ты уверена, что не хочешь грелку?
- Уверена. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи. Я дошел до ее двери и обернулся. - Я люблю тебя.
- Я тоже тебя люблю.
Спустившись вниз, я почувствовал себя немного лучше, но не намного. Боли в животе Милли, как и кошмары Фелисити и боязнь монстров Уинифред, начались после отъезда их матери и обычно вспыхивали всякий раз, когда Карла говорила, что приедет в гости, хотя она редко это делала.
  
На кухне я подошел к телефону Милли, который был подключен к зарядке, взял его и ввел пароль. У нас с ней было соглашение - я разрешал ей иметь телефон, а она разрешала мне иметь к нему доступ в любое время, чтобы убедиться, что она не сидит в социальных сетях и не переписывается с серийными убийцами. Время от времени я просматривал ее сообщения, но в основном это были длинные переписки, полные эмодзи, между ней и несколькими друзьями, и иногда сообщения от ее матери.
Когда я увидел, что Карла выходила на связь сегодня, боль в животе Милли обрела смысл.
 Привет, дорогая, я просто хотела сказать тебе, как я рада тому что увижу тебя! Не забудь, ничего не рассказывай своим сестрам, чтобы это было сюрпризом! Я говорю тебе об этом только потому, что ты прислала мне сообщение, в котором написала, как сильно ты по мне скучаешь. Это было так мило с твоей стороны написать мне, но, услышав, что ты грустишь из-за меня, мне тоже стало грустно. После этого у меня несколько дней была мигрень. Я бы очень хотела быть там на показе мод матери и дочери, о котором ты говорила, но эта дата мне не подходит. Но зато я увижусь с тобой в пятницу, и мы так хорошо проведем время! 
Я положил телефон, моя кровь кипела. Я специально попросил Карлу не рассказывать детям о ее визите, а она тут же за моей спиной начала переписываться с Милли. И как она смеет заставлять Милли чувствовать себя виноватой за то, что та сказала ей, матери, что скучает по ней! Задыхаясь, я метался по кухне. Мне хотелось ударить что-нибудь. Швырнуть что-нибудь. Разрушить что-нибудь. Открыв заднюю дверь, я несколько раз вздохнул ледяного воздуха, чтобы успокоиться, но это почти не возымело эффекта. Затем я вошел в дом и выпил немного виски.
Через десять секунд я уже поднимался по лестнице по трое за раз, затем открыл дверь Милли.
- Милли? Ты еще не спишь, дорогая?
- Нет.
- Могу я с тобой поговорить?, - спросил я, борясь за самообладание.
- Можешь.
Я подошел к ее кровати и сел у ее ног.
- Я видел сообщение от мамы на твоем телефоне. Это то, что тебя беспокоит?
Молчание.
- Она сказала, что приедет в гости.
- Я знаю.
- На этот раз она действительно приедет ?
- Этого я не могу сказать.
Милли повернулась и посмотрела на меня.
- Иногда я очень скучаю по ней и хочу, чтобы она была здесь. А иногда мне хочется, чтобы она просто держалась подальше.
Мое горло сжалось.
- Это нормально, что ты так хочешь, дорогая. Все, что ты чувствуешь, это нормально.
- В школе проходит показ мод с матерью и дочерью, - грустно продолжила она.
- Я знаю. Для чего он?
- Это что-то вроде сбора средств. Я должна сама создать свои наряды. Все мои подруги делают это.
- Ну, это глупо и несправедливо, - огрызнулся я. - Не у всех есть мама.
- У всех моих друзей есть. Даже если их родители развелись, их матери все равно рядом.
Я выдохнул, чувство вины тяжелым грузом лежало на моих плечах.
- Мне жаль, Миллс.
Милли замолчала на мгновение.
- Она хоть еще любит нас?
- Конечно, любит. Я наклонился к ней, положил руку ей на плечо и откинул ее волосы с лица. - И я тоже.
- Я знаю, что ты любишь.
Это должно было сделать меня счастливым, но я все еще чувствовал, что этого как-то недостаточно. Я попытался снова.
- Иногда мамы и папы решают, что больше не хотят быть женатыми, но они всегда любят своих детей.
- Но если ты любишь кого-то, ты хочешь быть с ним, правда?
- Ну... да. Обычно. Но любовь - это сложно.
- Такого не должно быть, - сказала она со свирепостью. - Если ты любишь кого-то, ничто другое не должно иметь значения. Ты должен делать все возможное, чтобы быть с ним как можно больше.
- Я согласен.
Она замолчала на мгновение.
- Мама говорит, что ты недостаточно любил ее, и поэтому ей пришлось уйти.
Мое самообладание пошатнулось.
- Это чертовски смешно. Затем я вздохнул.
- Извини. Я положу доллар в банку, когда спущусь вниз.
- Все в порядке. Ты не обязан. Я тоже разозлилась, когда она это сказала. Это заставило меня чувствовать себя плохо.
- Тебе не из-за чего переживать.
Наклонившись вперед, я прижался губами к ее лбу.
- Послушай. Может быть, я не умел любить ее. Может быть, я недостаточно старался. Я не знаю. Честно говоря, дорогая, большую часть времени я просто чувствовал себя растерянным. Но сейчас для меня важно чтобы ты и твои сестры знали, как сильно я вас люблю и и как я хочу быть самым замечательным отцом, даже если ваши средства на колледж истощаются из-за банки ругательств.
Это вызвало легкую улыбку.
- Эй, у меня есть идея.
- Какая?
- Что если я буду участвовать в показе мод вместе с тобой?
- Ты?
Я выпрямился и выпятил грудь.
- Да, я. Я симпатичный чувак, тебе не кажется?
Она хихикнула.
- Наверное.
Встав с кровати, я прошелся по ее комнате, как Джон Траволта в «Лихорадке субботнего вечера». - И я умею двигаться, Милси.
- О Боже, папа. Пожалуйста, не ходи так перед моими друзьями. Никогда.
- Эй, послушай. Священный долг отца - как можно чаще ставить своих детей подросткового возраста в неловкое положение. Так что никаких обещаний.
- Ты действительно собираешься участвовать в шоу со мной?
- Ты этого хочешь?
- Да. Но мне нужно спросить и убедиться, что это нормально, когда отец участвует в показе мод матери и дочери.
- Если нет, мы подадим на них в суд за дискриминацию, - сказал я, показывая на нее пальцем.
Она улыбнулась, и я почти почувствовал, что в мире снова все в порядке. Может, я и не был суперпапой, но у меня получалось.
- Спокойной ночи, милая.
Я поцеловал ее и направился к двери.
Внизу я сложил немного белья, разложил все вещи по корзинам и открыл ноутбук на обеденном столе. Я написал Сойеру и ДеСантису, что завтра меня не будет из-за проблем с уходом за детьми, попросил перенести встречи и извинился за позднее уведомление. Затем я попытался решить некоторые рабочие задачи, которые не смог закончить в течение дня, но мне все еще было трудно сосредоточиться.
В полночь я наконец сдался и лег спать, но, несмотря на усталость, не мог заснуть. Я злился на Карлу, волновался, что она не приедет, волновался, что приедет, беспокоился о Милли, боялся, что не справился с ее вопросами, тревожился о будущем и отчаянно хотел снова наладить отношения с Фрэнни. Но как?
Я не мог вернуться назад и исправить то, что мы сделали. Я не мог не слышать слов, которые она произнесла. Я не мог избавиться от тоски по ней. Но я также не мог действовать в соответствии с этим. Мои девочки со мной, Фрэнни заслуживала кого-то, кто мог бы поставить ее на первое место, кого-то кто находился бы на том же этапе жизни, что и она, у кого было все время и энергия в мире, чтобы сделать ее счастливой.
Я не спал полночи, желая, чтобы этот кто-то был мной.
Глава 13
 Фрэнни 
На следующее утро, сидя за стойкой администратора, я напрягалась каждый раз, когда кто-то входил в дверь гостиницы, но Мак так и не появился на работе. Около полудня я как бы случайно спросила отца, где он, и он сообщил мне, что Мак взял выходной.
  
Хотя я должна была радоваться, что мне не придется его видеть, я все равно бродила мимо его пустого кабинета, чувствуя грусть, одиночество и разочарование. Неужели я совершила ошибку, рассказав ему о своих чувствах? Неужели это только усугубило ситуацию? Что, если я навсегда испортила отношения между нами, и мы никогда больше не сможем смотреть друг другу в глаза?